Ханна Хаимович – Прикажите мне, принцесса (страница 35)
Элейн принялась уныло распарывать остатки шва на рваной наволочке. Похоже, это надолго. Сейчас Нейтин во всех подробностях перескажет свое утреннее свидание… подготовку к собственной свадьбе… Хешшу, у мнимой сестры и ее подруг, похоже, нет других интересов.
— Мало того, что он опоздал, так еще и целых полчаса рассказывал, как не мог выехать из города, когда возвращался в замок! И это вместо приветствия!..
Элейн от души посочувствовала Джаверу. Вежливо объяснить, почему опоздал, и в ответ получить гневную тираду взбалмошной девицы.
—…Якобы выехать не дали маги, которые с утра натягивают над Кадмаром какой-то чувствительный купол! Это идея ЛʼАррадона… Этот купол будто бы поможет выследить ту, о ком нельзя говорить… вы меня поняли, да?..
— Госпожу Вирузим? — громко спросила Элейн.
Сонная одурь, вызванная болтовней о женихах, мгновенно слетела с нее. А ведь ЛʼАррадон вполне способен на что-то такое. Как Эреол не предвидел это? Не гонять по городу гвардию и Теневую Охрану с обысками, не паниковать, а просто зарядить вадрит, настроив его на «Листок госпожи Вирузим», и отследить источник. С другой стороны, Эреолу хватало сил, чтобы замаскировать собственные вадриты, которые он дал Элейн, могло хватить и на маскировку источника листовок… А вдруг нет?
— Тихо! Ну да, ее… Вообще-то об этом нужно молчать, — сникла Нейтин. — Иначе она… оно… может сбежать. Получается, Беннел — сплетник из-за меня… У него там был знакомый маг, ну и… Девочки, никому не говорите, пожалуйста! — добавила она жалобно.
— Говорить? Мы ничего не слышали! — бодро заявила Аэлли. — Когда же принесут чай?
Элейн решилась. До темноты еще оставалось достаточно времени. Достаточно, чтобы добежать до квартиры Эреола. Может быть — при этой мысли все внутри похолодело — может быть, уже поздно его предупредить, может, его поймали? Или не успели, но он уже сделал и распространил листовки, ничего не подозревая, и если купол уже натянули, то Эреол на грани разоблачения? Или он предвидел это и наложил на листовки какое-нибудь заклинание нейтральности, которое могло скрыть следы личности автора… но он никогда не говорил ни о чем подобном… Нужно было предупредить его, если только еще не стало слишком поздно.
Она зажмурилась и резко полоснула по пальцу тонким ножом для распарывания швов. И вполне искренне вскрикнула от боли.
— Эллин! Что случилось? — всполошилась Нейтин. Элейн вскочила.
— Руку к юбке прижми! Сейчас же! Иначе запачкаешь новые чехлы и ковер! — с досадой буркнула Аверия. — Сейчас я найду, чем перевязать.
— Не нужно, у меня в спальне есть ранозаживляющий вадрит, — сказала Элейн. — Я пойду. И прилягу… Голова кружится…
— Только осторожно, не испачкай здесь ничего! — напутствовала ее Аверия. Выбегая за дверь, пока никто не вызвался сопровождать, Элейн еще слышала, как Нейтин что-то с укором говорит тетке.
Никакого вадрита у нее и в помине не было. Остановившись за углом коридора, Элейн оторвала кусок материи от нижней юбки, кое-как перевязала руку — угораздило же, надо было аккуратнее резать! — и помчалась прямо к выходу из дворца.
Коридоры, лестницы и этажи смешались перед глазами. Хорошо хоть благодаря другому вадриту, хамелеону, все встречные принимали ее за служанку. Хотя даже слуги обычно возвращались из города, а не направлялись в него в это время суток. Закат был совсем близко. Тучи, приносящие гибельный дождь, еще не появились на краю алеющего неба, но до этого оставалось недолго.
Как же медленно! Пока она добежит, станет уже поздно куда-то идти. А за ночь купол, как бы он ни работал, сделает свое дело, и утром Элейн с Эреолом вместе будут схвачены с поличным. Если не успеют уйти раньше.
Дыхание сбилось напрочь, в груди болело от быстрого бега. Больше всего хотелось присесть и отдышаться. Эреол учил Элейн стрелять, концентрировать внимание, контролировать эмоции и множеству других нужных вещей, но только не бегать вот так на пределе сил.
Пусть он окажется дома. Пусть до него еще не доберутся маги ЛʼАррадона.
У символических городских ворот Элейн перешла на быстрый шаг. Здесь, у этого декоративного сооружения, похожего на небольшой замок с крохотными башенками и шпилями, заканчивалась дорога из теплого коричневого камня, ведущая от подножия горы-дворца. А еще здесь толпились странные личности, которых не пугала перспектива попасть под дождь: чуть поодаль на газоне возвышался переносной павильон. Похоже, они как раз крепили что-то маленькое и незаметное к внутренней арке ворот.
Они не могли быть никем, кроме магов, обслуживающих тот самый купол. От сердца немного отлегло — значит, Эреола до сих пор не выследили. Но все равно стоило поторапливаться.
Бесстрастные глаза колдуна вспыхнули заметным беспокойством, когда он открыл дверь.
— Что случилось?
— Пока ничего, — Элейн цеплялась за ручку, чувствуя, как подкашиваются ноги. За спиной у Эреола, в глубине квартиры, виднелась единственная лампа на столе — тусклый огонек, уже заменивший дневной свет. — Но ЛʼАррадон с подручными сооружает какой-то купол над Кадмаром, чтобы выследить госпожу Вирузим. Я точно не знаю как, но…
— Я понял, — Эреол втащил ее в комнату, захлопнул дверь и принялся собирать разложенные на столе бумаги и газеты. Подумав, он потянулся и к печатной машинке, немного уменьшив ее заклинанием — совсем чуть-чуть, все еще берег магию. — Уходим отсюда. До начала дождя около десяти минут, — он взглянул на стремительно темнеющее небо.
— Ты уверен? Тучи уже… — Элейн встала, усилием воли стряхивая с себя ватную слабость, и попыталась помочь, но Эреол пресек эту инициативу властным движением руки.
— Не меньше. Хорошо, что ты вовремя узнала о куполе. Обошлось без битвы, это сэкономит мне много сил, — сказал он. — Пойдем, вернуться в замок ты все равно не успеешь. Я уже выяснял, какие здесь есть подходящие места. В харчевне «Белый миспард» можно снять комнату над залом.
— Что я скажу Аверии… Меня же хватятся! — пробормотала Элейн.
Ноги после отчаянного броска через полгорода дрожали и отказывались держать. Она даже не сразу выделила из отрывистых фраз Эреола то, что резануло слух.
— Подожди, ты разве знал, что ЛʼАррадон устроит облаву?
— Догадывался… Потом расскажу. Быстрее!
***
Спустя десять минут они уже были под надежной защитой прочной металлической крыши «Белого миспарда». На кровле в Амоннине не экономили.
Хозяин принял оплату, выделил обычную комнату из длинной вереницы небольших каморок на втором этаже вдоль балкона-галереи над главным залом. На смуглом лице пожилого трактирщика не возникло ни тени удивления. Видно, Эреол накрыл себя и Элейн каким-то очень убедительным мороком-личиной.
И теперь пожирающий разум дождь хлестал по жестяному наружному подоконнику, иногда выстукивая обрывки мелодий на стекле, а Элейн сидела за хлипким столом в жестком кресле, пила чай с черствым ягодным пирогом — похуже, чем при дворе, зато с чувством выполненного долга, — и пасмурно гадала, как будет оправдываться завтра утром. Порез на руке кое-как заживил Эреол. Он утверждал, что после использования клятвенного вадрита неплохо пополнил запасы магической энергии, переработав в нее потраченные реваншистами жизненные силы. Правда, энергия эта, по его словам, отдавала магией ЛʼАррадона, а не ощущалась как привычный взаимообмен с простыми людьми. И колдун понятия не имел, в чем дело. Но пока это работало как нужно, он не заострял внимания больше, чем необходимо.
Он всегда учил Элейн расставлять приоритеты.
— Рано или поздно ЛʼАррадон додумался бы применить «купол», если он принимает настолько близкое участие в делах Кервелина. — Эреол вошел в комнату, закрыл за собой дверь, и звуки шумной пирушки внизу отодвинулись на задний план. — Они натягивают над городом определенное магическое поле, потом накладывают на все листовки разом поисковое заклинание и отслеживают их прошлые перемещения. Копия купола показывает следы красными линиями. Это просто, хотя создание купола сильно тянет магию. Ну да не ЛʼАррадону беречь силы… — усмехнулся он. — Я был готов, что рано или поздно мою квартиру найдут. И я примерно знаю, на что способен ЛʼАррадон, так что рассчитывал вырваться. Правда, наша тайна раскрылась бы тогда намного раньше. Ты правильно сделала, что немедленно предупредила меня.
Эреол пересек комнату и сел напротив Элейн, небрежно облокотившись на поцарапанную столешницу. На лице его блуждала торжествующая усмешка. Та самая, одновременно юношески-задорная и пугающе хищная.
— Так ты знал? — проговорила Элейн. Она слишком устала и перенервничала, чтобы сохранять остроту эмоций. — Почему не говорил мне? Если бы тебя раскрыли, только глупец не догадался бы, что и меня — принцессу — тоже следует искать где-то в деле.
— Умозаключения… Лишняя информация ни к чему, — отмахнулся Эреол. — Этого ведь все равно не случилось.
Огонек за мутным стеклом лампы дрогнул. Под низким потолком гуляли неизвестно откуда взявшиеся сквозняки. Элейн поежилась. Подобие этого огонька забрезжило в ее усталом сознании. Что-то важное, важное… Что-то, связанное с «куполом»…
— Послушай, — она наконец поймала ускользающую мысль, — этим способом можно отследить что угодно, так? А кинжал, которым убили Феретти? Убийство можно было бы раскрыть за минуту. Это нужно не только реваншистам, но и королю. Феретти был одним из ключевых военачальников.