Ханна Хаимович – Огненная Арка (страница 71)
Аджарн рассматривал черные дома и каменное небо с откровенным любопытством. И выглядел точно так же, как всегда. Здешнего фона он явно не чувствовал. Да Эвелина и сама его с трудом улавливала!..
Улица Френн. Вот и пустая пристройка к одному из шестиэтажных домов, в которой там, в Малдисе, размещался книжный магазин. Вместо трамвайных путей — одни только голые опоры; когда-то здесь собирались строить мост, но проект заморозили… Арка копировала даже такие мелочи.
А потом Эвелина заметила черную нить, тянущуюся вдоль улицы по центру. И черные сгустки теней, увлекаемые вперед неизвестной силой, точно бусины, скатывающиеся с основы.
— Этого быть не должно, — пробормотала она, подходя.
— А, так это здешней магией не предусмотрено? — заинтересовался Аджарн. — Смотрите, здесь же все улицы затканы такой паутиной. Значит, это и есть следы той чуждой магии, которая проникла в Арку…
— Значит. Послушайте, вы говорили, что собираетесь перенаправить сюда огонь с очагов самовозгорания в Малдисе, — Гелена подошла и остановилась на почтительном расстоянии от нити — так, чтобы не оказаться на пути у очередного сгустка.
— Я помню. Подождите. Если это тот же магический фон, то почему поток…
Аджарн поднял руку, и его раскрытая ладонь замерла в паре сантиметров от нити, ловя импульсы.
Нить отреагировала в мгновение ока.
Площадка перед пристройкой-магазином, где они стояли, — только эта площадка, точно на нее направили прожектор! — вдруг осветилась ярко-алым. Привычным, спокойным, далеким от агонии или сбоев. Тончайшая нить-паутинка начала утолщаться, стремительно наливаясь черным. Рука Аджарна точно превратилась в магнит, стягивающий к себе эту черную кровь, которая прежде размеренно текла по нитям-сосудам. На площадке было тихо, ни ветерка. Но от паутинки на Аджарна вдруг дохнуло плотной силовой волной, трепля полы пиджака и ероша аккуратную стрижку.
— Не колдуйте в Арке, неизвестно, во что это может вылиться! — крикнула Эвелина, но было поздно.
Аджарн убрал ладонь. На нити перед ним уже сам собой рос пульсирующий черный сгусток.
— Вы понимаете, что сейчас разрушили последние проблески стабильности в этом месте? — зловеще поинтересовалась Гелена. Подходить ближе она не рисковала. Иначе давно бы вцепилась Аджарну в волосы. Глаза опасно поблескивали — точно у обезумевшего дракона, такого, какими они становились от магии Гелены. Но сгусток рос, и нить не спешила его уносить. Затем красный свет начал меркнуть.
— Успокойтесь. Ваша черная паутина реагирует на мою магию, — сказал Аджарн. — И, кажется, я могу немного управлять ею… Смотрите.
Он кивнул на небо. Далекие каменные своды пещеры потемнели. Над головами сыто наливалась чернотой гигантская туча, сотканная из непроглядного мрака.
— Если здесь сосуды, то сердце — там, — продолжал Аджарн. — А если…
И, не договорив, он шагнул прямо в сгусток.
Эвелина вскрикнула. Гелена коротко и мстительно рассмеялась. Сгусток вспыхнул черным светом — и опал, оставаясь на месте…
А затем быстро покатился вперед — и резко ушел вверх.
Спустя пару секунд туча торжествующе полыхнула угольным туманом. По ее изменчивому дымному брюху пошли круги, точно от брошенного в воду камня.
— Проклятие, что мы наделали? — Эвелина закусила губу, отчаянно желая перемотать время назад. — Если сейчас еще и Аджарн погибнет в Арке…
— Туда ему и дорога, — отрезала Гелена.
Эвелина отвернулась. Нет. Не туда. Она сама испытывала к этому человеку в основном неприязнь, но желать смерти… Нет.
Она знала, что все должно быть иначе.
Паутинка едва заметно задрожала.
А потом сгустки-бусины покатились потоком, одна за другой. Паутина плакала черными слезами, и слезы уходили вверх, взлетая в море — такое же черное, неподвижное, подернутое дымкой.
***
Паники не было.
Но не было и борьбы.
Не было даже трезвого сознания.
Агнесса стояла в охваченном пламенем Зале Сути и бездумно следила, как огонь медленно, но неотвратимо бледнеет. Вот он утратил черноту, вот поблек от красного до оранжевого, затем выцвел в желтый — и продолжал блекнуть, обращаясь фосфорической зеленью. Зелень лизала артефакты, они вспыхивали, отчаянно пытаясь сопротивляться, — и чернели, отмирая.
Агнесса видела это, приходя в себя, но пока разум включался и вспоминал, что происходит, мигающий огонек проворачивался — и разум снова перескакивал в мир видения, точно как вспыхивающий фонарик над кабиной утреннего трамвая.
В видении был Лейдер. И не один он. В видении десятки магов, гильдмейстеров и рядовых, всех, кого Агнесса хоть раз встречала на жизненном пути, собрались здесь. Они роились, как насекомые, наседали со всех сторон — и нападали, не делая ни единого лишнего движения.
Удар! Выставить щит.
Вспышка — щит возник. Удар — поток чуждой магии коварно бьет по ногам, как пулеметная очередь. Щит не спасает.
Щит на ноги. Удар! Поток чуждой магии врезается в спину.
Щит…
Чуждой…
Едва Агнесса начинала вспоминать, где и когда сталкивалась с такой же магией, как сознание переключалось — и враги исчезали, а перед глазами возникало стремительно зеленеющее пламя. И появлялось осознание, что чуждая магия не направлена лично на Агнессу, она разлита по всей Арке, а сама Агнесса стоит в недрах черного облака, и это облако — и есть средоточие магии… но стоило задуматься, как его уничтожить, как враги возвращались, и магические потоки хлестали со всех сторон. Неизменным оставалось только желание от них избавиться.
Свое?
Чужое?
Агнесса не взялась бы сказать, где заканчиваются ее желания и начинаются желания Арки. Арка разумна, она ведь знала это. Всегда знала. Просто разум Арки — нечеловеческий, скорее звериный… а они, ведьмы, женская гильдия, разумная и прогрессивная, — просто кровяные тела. Лейкоциты и фагоциты в крови чудовища, которое еще никому не удавалось обуздать.
Избавиться. Чужое.
Если не получается уничтожить чужое, можно пустить гнилую кровь.
Агнесса потянулась к недавним прорывам. Сейчас. Дурная кровь уйдет туда, где ей и место…
Она вдруг заметила, что время идет, а сознание все не переключается. Призраки врагов и атакующие потоки магии исчезли. Агнесса снова могла размышлять здраво.
В самом деле, почему бы не направить эту черную чуждую магию наружу? Все, что отторгает Арка, — часть внешнего мира.
Зеленоватое пламя мигнуло и начало наливаться желтизной.
А затем Агнесса поняла, что за неровной огненной завесой есть кто-то еще. Этот кто-то впитывает черное облако — и оно действительно тает.
Изумление не успело оформиться. Последние клочья черного тумана, беспорядочно дергающиеся языки пламени и призрачные тени сгоревших артефактов развеялись мгновенно, не оставляя времени на раздумья. Агнесса моргнула… и поняла, что висит в воздухе на головокружительной высоте! Почти под самыми каменными сводами Арки!
Отсюда видно было, что своды покрыты сетью мелких трещин, готовой лопнуть и осыпаться каменной крошкой. Трещины затягивались на глазах.
Агнесса отметила это на излете, краем сознания. А потом стремительно рванулась вниз.
Потому что с этой самой высоты камнем падал человек.
Новоявленная способность парить в воздухе Арки не помогала. Воздух оказался густым, тягуче-кисельным — остатки плазменного ветра. Это замедляло движения. Но это тормозило и падение незнакомца… а такого ли уж незнакомца?
Агнесса бросила бесполезные попытки лететь быстрее и телепортировалась к нему. Схватила за руку — и телепортировалась снова, на этот раз вынырнув из воздушного кокона на твердой земле.
Выдохнула.
Позволила бесчувственному телу упасть, выпустила потяжелевшую руку.
Осмотрелась.
Сознание ткалось заново, словно отходя от заморозки. Из порожденной невниманием пустоты проступали улицы, черные дома, туманный красный свет, люди…
Люди в Арке!
Отрезвление вернуло мир на место. Агнесса увидела пристройку книжного магазина, а рядом — Эвелину и Гелену. Беспокойство вспыхнуло, в один миг разгорелось пожаром и исчезло.
Обе выглядели целыми и невредимыми. Кажется, все в порядке.
Агнесса вздохнула с облегчением и посмотрела под ноги. Туда, куда минутой раньше упал знакомый-незнакомый гость, подхваченный ею в воздухе.
Аджарн! Бездна, что он здесь делает?