Ханна Бич – Не упускайте своих школьников. Почему дети становятся все более тревожными, агрессивными и закрытыми, чем раньше, и что мы можем с этим поделать (страница 14)

Помните, зачем вы выбрали своей профессией работу с детьми: мы в классе не только ради легких учеников, но также и для того, чтобы обучать и поддерживать тех, кто иначе сорвался бы вниз со скалы. Примите тот факт, что у вас есть огромные возможности повлиять на то, как ребенок видит самого себя. И да, это очень сложно и действительно требует от вас проявления лучших черт. Но когда вам удастся преодолеть эти сложности, случаются глубокие трансформации.

Строим мосты над дисциплиной

Когда мы наказываем ребенка, он может начать беспокоиться о том, что его больше не любят. Начать думать, что мы считаем его «плохим», и отстраниться от нас. Это может испортить отношения, а когда отношения испорчены, у ребенка пропадает желание следовать за нами.

Дети могут опустить руки, почувствовать смущение или неловкость, и им потребуется от нас теплое приглашение назад в отношения. Всякий раз, когда вам требуется призвать ученика к дисциплине, убедитесь одновременно, что он чувствует прочность и безопасность отношений. Иными словами, надо построить мост над дисциплиной, который поможет детям вернуться к отношениям.

Представьте себе, что ребенок ощущает с вами связь и вам нужно исправить какой-то эпизод проблемного поведения. Когда вы сознательно возвращаете ребенка к вашей связи, это называется построить мост. Такие мосты важны для того, чтобы сохранять отношения живыми. Без моста дети могут остаться брошенными, лишенными связи. Обязательно давайте понять ученикам, что ваши отношения гораздо важнее, чем то, что иногда вы говорите «Нет!», в какой-то момент останавливаете их или еще какими-то еще способами призываете к дисциплине. Дети должны знать, что мы по-прежнему считаем их хорошими. И даже не нужно произносить это вслух. Подмигивание, улыбка или жест «большой палец вверх» прямо во время урока – этого достаточно. Вы все еще любите его и не считаете «плохим».

Это особенно важно для учеников из группы риска, в частности в тех случаях, когда их проступки требовали более серьезных дисциплинарных мер, например временного отчисления из школы. Если ученика отчислили, возвращение часто становится для него чрезвычайно трудной задачей. За время отсутствия его сердце может еще сильнее ожесточиться. Обычно таким проблемным детям не предлагают мостик, ведущий назад в отношения с их учителем. К сожалению, обычно по возвращении они слышат фразы: «Надеюсь, ты научился чему-то. Не стоит повторять то, что ты сделал. Я внимательно буду за тобой наблюдать». Такой подход, скорее всего, лишь усугубит проблемное поведение. Хотите, чтобы ребенок не вел себя как прежде? Дайте понять, что вы рады его возвращению. Дайте пространство для появления нового. Некоторые школы уже встают на этот путь. Например, директор лично встречается с ребенком, который вернулся к учебе после временного отстранения, и протягивает для него мост в отношения – ведь обычно именно директор и отчисляет.

Директор может сказать что-то вроде «Бьюсь об заклад, это было тяжелое время. Наверное, ты сейчас очень злишься. К тому же, когда возвращаешься, чувствуешь себя жутко неловко. Ты натворил дел, но теперь это в прошлом. Я вижу, как много хорошего есть в тебе. Хочу, чтобы ты знал, что я рад твоему возвращению». Такой мост имеет гораздо больший потенциал для роста, чем обычное при встрече наиболее проблемных учеников порицание. Есть даже такие директора, которые навещают отстраненных от занятий ребят дома, принося им домашние задания и что-то вкусненькое. Эти усилия помогают сохранить отношения и демонстрируют ученику, что директор действительно неравнодушен к нему, а это позволяет сердцу ребенка смягчиться, а поведению – поменяться в лучшую сторону.

Здесь не идет речь о поощрении плохого поведения. Мы просто признаем факт: для того чтобы потенциально изменить этого ученика (а это в целом поможет сделать школу более безопасным местом) с помощью протянутого назад в отношения мостика, мы повышаем вероятность реальных перемен.

Один на один

Возможность обсудить поведение ребенка с глазу на глаз, а не перед всем классом или какой-то иной аудиторией существенно влияет на наши отношения.

Представьте себе, что вы находитесь на вечеринке и в компании людей говорите нечто обидное для одного из участников беседы. Тот приходит в бешенство и на глазах у всех поправляет вас. Остальные стараются не заострять внимания, но очевидно, что некомфортно всем. Вам, разумеется, тоже неприятно. Во-первых, вы можете быть расстроены тем, что непреднамеренно обидели собеседника. Во-вторых, в придачу вы испытываете чувство стыда: вы не только задели этого человека, но и другие теперь считают вас «плохим парнем». В довершение – особенно если изначально у вас не было никаких недобрых намерений, – может появиться обида или злость в адрес обиженного человека, ведь он публично сделал вам выговор.

Теперь перенесемся мысленно в другой сценарий. Вы на вечеринке говорите нечто, что задевает одного из ваших собеседников. Вы об этом ничего не знаете, но человек расстроен. Оставшись с вами один на один, он сообщает, что вы задели его чувства. Вы можете все так же расстраиваться, что обидели человека. Разница в том, что сейчас у вас есть возможность слушать и слышать собеседника, ведь в этот момент вас не судит никто из посторонних. Нет ни стыда, ни неудобства. Скорее всего, по окончании вечеринки ваше теплое отношение к этому человеку не исчезнет, а может быть, отношения даже станут крепче.

Когда мы отчитываем ребенка перед всем классом, мы рискуем испортить наши отношения. Публичное наказание – довольно стыдный опыт для ребенка. И этот стыд для многих становится поводом, чтобы закрыться, стать менее восприимчивым к нашим словам. В отдаленной перспективе это противоречит самой сути исправления поведения ребенка.

Плюс к тому при публичном наказании вступает в силу демонстрация власти, а с этим детям справиться еще труднее. У нас с учениками не равноправные отношения, в отличие от того, что происходит (или должно происходить) между взрослыми партнерами. Мы, учителя, несем ответственность за отношения и обладаем в них большей властью. Поэтому для ребенка это еще более постыдный и пугающий опыт, когда его отчитывают перед всем классом, – после этого ему будет труднее объяснить, почему он так сделал, или даже просто приблизиться к нам в будущем. Такие эпизоды уродуют отношения «ученик – учитель» и делают поведение самых трудных ребят еще более проблемным. Дети не идут на контакт и совсем не слушаются нас. А что при этом происходит с культурой класса? Когда мы прилюдно осуждаем ученика или публично демонстрируем свой гнев, случается одно из двух. Если остальные ученики считают вас заботливым лидером, они, скорее всего, последуют за вами, решат, что провинившийся ребенок заслуживает наказания, и станут соответственно к нему относиться. В противном случае, если вы для них лидером не являетесь, они сплотятся против вас и начнут сопротивление.

Все это совершенно не значит, что нам надо на цыпочках ходить вокруг учеников и беспокоиться, что любое замечание разрушит их личность или расстроит атмосферу в классе. Исправлять поведение ребенка не неправильно – это часть нашей работы как менторов и учителей. Но помните и то, что отношения с ребенком тоже важны. Стыд не улучшит поведение – с большой долей вероятности он сделает его еще хуже.

Именно поэтому лучше обсудить поведение ребенка с глазу на глаз, чтобы он четко понимал: разговор останется только между вами. Для младших хороший прием – отвести их в тихое место в классе и присесть, чтобы ваши глаза оказались на одном уровне. С более старшими учениками можно остаться после уроков и поговорить пару минут или, если мы чувствуем, что эпизод необходимо обсудить незамедлительно, можно подойти к их месту и тихо поговорить прямо у парты.

Если есть возможность, лучше всего обсуждать и исправлять поведение ребенка один на один с ним. Если такой возможности нет, наша цель – сделать это так, чтобы показать уважение к его личности (без сарказма и обвинений), а сразу после разговора намеренно построить мост к отношениям.

Когда вы вынуждены призывать ребенка к дисциплине на глазах у других, используйте это как возможность продемонстрировать остальным, что продолжаете испытывать теплые чувства по отношению к тому, чье поведение осуждаете. Посмотрите, как можно вынести публичное порицание, при котором тем не менее сохраняются отношения и защищается культура класса.

Ваша ученица по имени Джейн бросается в классе кубиками. У вас нет времени подойти к ней и тихо поговорить, потому что кто-то может пострадать от ее действий в любой момент. Вы говорите быстро и очень твердо: «Джейн, положи кубики. Мы не кидаемся кубиками в классе, потому что они могут поранить кого-то или сломать другие вещи». Уверена, что, пока вы это произносите, вы уже будете приближаться к девочке. Скорее всего, когда вы подойдете, то заберете кубики из ее рук и предложите заняться чем-то другим. «Джейн, я вижу, что игра с кубиками сейчас у тебя не пошла. Ты можешь пойти к коробке с куклами или порисовать на доске».

В этот момент многие дети начинают протестовать и обещать больше не вести себя неправильно. Джейн может сказать что-то вроде «Я больше так не буду! Обещаю, что больше не буду кидаться кубиками!» Она может искренне хотеть перестать – и это хорошо, потому что у нее возникнет внутреннее желание следовать указаниям. При этом вы, как лидер класса, должны понимать, на что способна или не способна в этот момент Джейн, и взять на себя задачу поддержать ее намерение. Но если вы видите, что она не в состоянии сделать то, что обещает (хотя и очень хочет), вам придется проявить твердость— потому что так будет лучше для нее и для всего класса. «Я очень рада, что в следующий раз ты будешь помнить, что нельзя бросать кубики, Джейн. Я тебе верю и с нетерпением жду, когда ты в следующий раз начнешь с ними играть. Но сейчас ты оставишь кубики здесь и займешься другим делом».