Хани Йоханнес – Звук сирени (страница 3)
Сун лежал на циновках, бесцветно глядя в потолок. Шен размахивал учебной палицей, хотя мышцы уже горели ледяным огнём. С привычной целеустремлённостью он пытался заместить одно чувство другим: пустоту внутри – усталостью снаружи.
– Шен, – тусклым голосом позвал Сун. – Хватит.
– Я не закончил.
– Шен.
– Я. Не. Закончил!
Циновки захрустели под ногами Суна. Шен считался сильнее брата – да и тренировался с большим удовольствием – но сейчас его одолел бы даже ребёнок. Сун выхватил учебную палицу из рук, немевших от боли, швырнул её в угол комнаты и схватил брата за плечи. Под пристальным наблюдением драконов Шен шумно всхлипнул – и беспомощно осел на пол в объятьях Суна.
Ему казалось, будто он бредёт под толщей воды. Горе давило тяжестью океана, стискивая виски и пытаясь размозжить грудь. В объятьях брата Шен содрогнулся от несправедливости, которой вдруг обернулся мир. Воздух по-прежнему пах солью и йодом. Торговцы волокли телеги, а на побережье хлопали, как крылья громадных птиц, ситцевые паруса. Шен сидел на циновках, где недавно стоял отец, в комнате, где недавно завтракал отец – но отца больше не было. А мир этого даже не заметил: не замер, скованный болью, а продолжил вращаться.
– По… По… Почему… – вновь всхлипнул Шен.
– Потому что он наместник Ли Чжун, – ответил Сун так, словно это всё объясняло.
Все справляются с горем по-своему. Кто-то, как Ин, с головой уходит в работу. Прошения крестьян, доклады разведчиков, планы генералов – больше слов и цифр, чтобы вытеснить ими мысли об отце. Кто-то, как Динлю, посвящает себя семье. Циновки скрипели чистотой, лампы поблёскивали свежим маслом, а дом заволакивало пряным туманом. Динлю мыла, стирала, скребла, перемешивала, лепила – ведь у неё остались сыновья и дочь. И о них нужно заботиться, не забывая, что жизнь может оборваться в любую секунду: как тонкая нить, скреплявшая тяжёлый накрахмаленный шёлк.
И кто-то, как Сун, погружался не в работу или семью – а в само горе будто в едкий хлористый океан. Горе прогрызало кожу, жгло глаза, превращало мякоть лёгких в пепельные ошмётки – и всё, что мог сделать Сун, это отыскать в горе логику, цель и смысл. Он покрепче обнял брата, который судорожно хватал губами воздух, и безразлично взглянул на драконов. Круглые глаза ответили ему бумажным равнодушием.
– Ты думаешь, что это… не было случайностью? – Шен с трудом верил в то, что говорил.
– Наш отец руководил приграничной провинцией, – блекло произнёс Сун. – Случайности с такими людьми обычно не происходят.
В отличие от Ин, служившей в армии, или Суна, искренне интересовавшегося историей, Шен оказался далёк от политики. Его больше интересовали палицы – учебные и настоящие – и книги о героях древности, после которых так здорово представлять себя одним из них. Сейчас же над его безоблачным мир словно собирались тучи. Стратегии, заговоры, богатства Красного княжества, которые мечтали разделить Юинин и Усугумо: мог ли наместник Ли Чжун быть во всём это замешан?
Да и что означает загадочное «замешан»? Какие поступки отца привели к схватке в Серебристом лесу? Шен, нахмурившись, потёр переносицу большим пальцем. Ему казалось, что он уже никогда не откроет книжки о героях. Они вдруг стали бесполезными и ненужными: словно в них поблекли и потрескались картинки.
– Тогда нам нужно попасть в лес, – глухо проговорил Шен.
– Но совет Шитао ввёл комендантский час, – заметил Сун.
– Да хоть комендантские сутки! Нам-то что, Сун? – Шен дёрнул плечами. – Ты хочешь узнать, почему погиб отец? Тогда нам нужно попасть туда, где это случилось. Понять, как шпион там появился, что он вообще тут вынюхивал и…
Непродуманность плана заставила Шена прикусить язык. Он едва ли представлял, как будет расследовать убийство – даже не возникало мысли, с чего начать и что это, в конце концов, ему даст. Однако у Суна, кажется, появились идеи. Впервые с той минуты, как Динлю сообщила им о смерти отца, в глазах цвета молний блеснула какая-то осмысленность.
«Тебе опять нужно было, чтобы тебя подтолкнули, – проницательно заключил Шен. – Ты всё знаешь и умеешь; просто иногда тебе не хватает смелости… Ну или глупости».
– Ты со мной? – спросил Шен.
– Как всегда, – пожал плечами Сун.
Они без труда выбрались из дома: Динлю, погружённая в домашние хлопоты, даже не заметила их побега. Чёрные шёлковые плащи предусмотрительно скрывали лохматую макушку Шена и светлые волосы Суна – однако маскировка не спасла от тех, кто дежурил на крыльце. Яозу удивительно проворно для своего роста вскочил на ноги, вслед за ним грациозно расправила платье Фен. Третьим человеком, сидевшим на крыльце, оказалась девушка с хвостиками-крыльями – и в любой другой миг у Шена сердце бы точно забилось где-то в горле. Но сердце, кажется, раздавило океаническим весом его потери. Всё, что он чувствовал – это свирепую решимость и невыносимую тяжесть в пустой груди.
– Шен! Сун! – Фен обняла братьев, обдавая их ароматом глициний и жемчужной пудры. – Мы хотели навестить вас, но эти господа запретили нам входить в дом…
– Почему вы их не пустили? – Сун строго глянул на охранников.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.