Хагерюп Клаус – Маркус и девочки (страница 6)

Маркус и Сигмунд сидели за двумя последними партами в ряду у окна. Это были их места еще с младших классов. Парты закрепились за ними, и никто не протестовал, когда Сигмунд попросил занять те же места в средней школе.

Они не шумели и мало разговаривали друг с другом во время уроков, зато придумали себе особое развлечение. Маркус посылал Сигмунду тайные сигналы, тыча его в спину карандашом, а Сигмунд отвечал тем, что наступал Маркусу на ногу, которую тот вытягивал под партой. Иногда они обменивались записками. Они разработали изысканную технику, благодаря которой никто не мог обнаружить их общения. Так они убивали время даже на уроках у Дарре Хансена, таких скучных, что половина класса просто начинала храпеть, а не петь, как полагалось: «Братец Яков, братец Яков, спишь ли ты?»

Сегодня Маркус сидел, убрав ноги под стул, и наблюдал, как Сигмунд пытается дотянуться до них. Когда он уже почти дотянулся, Маркус спрятал ноги еще глубже. Сигмунд наклонился вперед, держась за парту, и вытянул ноги назад как можно дальше. Маркус чуть отодвинулся, и Сигмунд вытянул еще. Эллен и Турид, которые сидели рядом, заметили происходящее. Теперь они наблюдали за Сигмундом и тихонько посмеивались. Учитель английского Бьяртмар Воге тоже заметил, что в дальнем углу происходит что-то странное. Он отвернулся от доски, на которой писал слова, и с интересом посмотрел на мальчика, все больше и больше походившего на прыгуна с трамплина. В классе все замерли. Единственным, кто ничего не замечал, был Сигмунд. Он был слишком занят поиском ног за задней партой, чтобы наконец послать свой сигнал. Воге откашлялся.

– Эй, там, на дальних окраинах! – позвал он.

В этот момент Маркус поднял правую ногу под парту и пнул Сигмунда изо всех сил.

– Ой! – взвизгнул Сигмунд, притянул ногу к себе, опрокинул стул и упал на пол. Подбородком он стукнулся о край парты, а зубы его чуть не откусили кончик языка. – Черт! – завопил он.

– Что-что? – Голос Воге был очень язвительным.

– Ничего. Я псикусил исык, – пробормотал Сигмунд.

Эллен и Турид теперь засмеялись громко. Сигмунд покраснел до самой шеи. Маркус посмотрел на Эллен Кристину. Казалось, что она тоже вот-вот засмеется. «Все девчонки одинаковые, – подумал он, – сначала они ходят с тобой под ручку, а потом смеются над тобой за твоей же спиной. И он еще был в нее влюблен. Тьфу! Good luck in hell[3], Сигмунд».

– Этого можно было бы избежать, если бы ты сидел нормально, – заметил Воге.

Сигмунд кивнул. Маркус сделал вид, что не заметил грустного собачьего взгляда, посланного ему «куском мяса».

– Девятнадцать и пять[4], – прошептал Райдар.

Кто-то хихикнул.

– Нет, – громко сказал Маркус, – девять и пять. Он упал.

Даже Воге засмеялся.

– Funny, Markus, – сказал он. – Don’t you think Markus is a funny guy, Sigmund[5].

– Yes, he is very funny[6], – кивнул Сигмунд. Он не смеялся.

– Okey, folks, – сказал Воге. – Can you give me some other words for funny?[7]

И пока класс шумел и голоса выкрикивали «amusing, hilarious, humorous, diverting, entertaining, droll» и прочие более и менее правильные английские синонимы слова «смешной», Сигмунд что-то написал на бумажке, уронил ее на пол и толкнул назад, Маркусу, который ее тут же поднял.

– Я нашел на полу записку, – сказал Маркус учителю.

– Да? – с интересом отозвался Воге. – Сегодня и в самом деле очень интересный урок. – An interesting lesson, – добавил он, потому что ни на минуту не забывал, что находится здесь, чтобы обучать юных оболтусов английскому. – Give it to me, Markus[8].

Маркус встал и подошел к доске. Сигмунд склонился над партой и обхватил голову руками.

– Вот, пожалуйста.

– In English, Markus[9].

– Here, please[10].

Воге строго посмотрел на Маркуса, но решил сделать вид, что мальчик не дурачится, а просто плохо знает английский.

– Let me see[11], – сказал он медленно и развернул записку.

На него все смотрели с напряженным ожиданием. Все, кроме Сигмунда, который скукожился за партой.

– «Ты по-прежнему мой лучший друг». – Воге, задорно прищурившись, оглядел класс. – Это мне?

Маркус почувствовал, как кровь приливает к голове. В висках стучало.

– Наверное, – сказал он спокойно, – но это не я написал.

– Правда? – дружелюбно переспросил Воге. – Тогда я хотел бы узнать, кто здесь мой тайный друг?

Сигмунд медленно поднялся:

– Это я написал, господин учитель. Но не вам, а Маркусу.

– Вот как? – сказал Воге и сделал вид, будто крайне разочарован. – Значит, Маркус – твой лучший друг?

– Да, – спокойно ответил Сигмунд. – Маркус – мой лучший друг. И будет им до конца жизни.

– Ага, – дружелюбно заметил Воге, – очень приятно, мальчики, что вы дружите, но я оценю это еще сильнее, если вы будете выяснять отношения во время перемены. А теперь, Маркус, можешь нам привести несколько английских вариантов слова «дружба»?

Пульс в висках стучал, как пулемет. Каким-то образом все вдруг стало абсолютно неправильно. Никто не смеялся. Все просто сидели и смотрели на него с презрением, будто мерзавцем был он, а не Сигмунд.

– Ну, Маркус?

– Что?

– Друг. По-английски. Мы когда-нибудь услышим твой голос?

Его голова совершенно опустела. И было абсолютно невозможно припомнить ни единого «друга» ни по-английски, ни по-норвежски. В отчаянии он смотрел в класс, но ни одна зараза не желала ему помогать. Нет, одна желала, конечно.

– Pal, – серьезно проговорил Сигмунд. – Markus is my pal[12].

– Very good, Sigmund, – сказал Воге, – more[13]?

– Comrade, – добавил Сигмунд. – Markus is my pal and my comrade[14].

– Yes, – сказал Воге.

– Mate, – добавил Сигмунд.

– Yes.

– Buddy, partner, companion.

– Excellent[15].

– One person joined to another in intimacy benevolence independently of sexual and family love[16], – сказал Сигмунд.

– Yes! – восхищенно воскликнул Воге. – Perfect!

– Friend, – тихо сказал Сигмунд, – Markus is my best friend[17].

– And a very lucky boy he is too[18], – заметил Воге и положил руку Маркусу на плечо. – Okey, boys and girls. I want every one of you to write me a little story about friendship[19].

Маркус смотрел в пол, шагая к своему месту, и понимал, что не только Сигмунд, а весь класс сейчас на него смотрит. Вес дружеской руки Воге до сих пор ощущался в плече.

Он тяжело сел. Потом поднял голову и уставился в спину перед собой. Сигмунд был в синем свитере, который Маркус подарил ему на день рождения. У него самого был такой же, и его старый «pal» говорил, что этот свитер кажется ему очень крутым. Ни у кого больше не было свитера именно такого цвета, и они носили их как можно чаще. Но сегодня Маркус пришел в рубашке. В желтой рубашке, застежка которой ужасно терла шею. Маркус подумал, что Сигмунд сейчас повернется, поскольку наверняка почувствует его взгляд. Синий свитер уже наклонился над партой. Сигмунд начал писать: «A little story about friendship».

Маркус открыл тетрадь.

«I have no friends»[20], – написал он.

Урок подходил к концу. Сигмунд все еще писал. Со страшной скоростью. Маркус посмотрел на собственную историю.

«I have no friends. Have no friends. No friends. Friends».

По крайней мере маленькая история. Больше похожая на стихотворение. Может быть, коротковато, зато правдиво. Тем не менее он не был уверен, что Воге такая поэзия может понравиться. Воге наплевать на правду, лишь бы ложь была написана на хорошем английском. Впрочем, Маркусу все равно. Он здесь не для того, чтобы понравиться учителю. Он здесь, потому что его заставили, хотя сам он с большим удовольствием отправился бы сейчас на Северный полюс. На лыжах. Один.

Он поднял руку.

– Yes, Markus.

– Можно мне пересесть?

Спина перед ним дернулась, но Сигмунд не обернулся.