Гюнтер Грасс – Весь свет 1981 (страница 82)

— Полагаю, вы остались здесь потому, что нашли супругу? — спросил Уилкерс.

— Принятию этого решения способствовало стечение нескольких обстоятельств, профессор. Наш небольшой отряд действовал на севере Бирмы, недалеко от таиландской границы. Однажды мы натолкнулись на роту японских солдат и потерпели поражение. Во время боя я получил несколько тяжелых ранений, но в плен к японцам не попал, так как мне удалось уползти в джунгли. Я полз, пока меня не оставили силы. Лежа на опушке леса, я приготовился к смерти. Где-то в отдалении, в пограничной таиландской деревушке, я слышал лай собак. И тут я потерял сознание. Очнулся лишь несколько дней спустя в небольшой хижине. Меня нашла маленькая таиландская девочка и, несмотря на то, что в деревню в любой момент могли прийти японцы, уговорила своих родителей оказать мне помощь.

— Этой девочкой была ваша жена? — не удержался от вопроса Уилкерс.

Блэйк утвердительно кивнул.

Уилкерс попробовал мысленно представить внутренние движения души Блэйка. Разумеется, этого человека трудно было втиснуть в рамки обычных представлений — один из многих молодых людей с возвышенными идеалами, ввергнутых в пучину второй мировой войны и позднее осознавших, что все это время они боролись за чуждые им интересы кучки продажных политиков. Многие из этих молодых людей разочаровались тогда в своих идеалах, но немногие избрали путь Блэйка. После вьетнамской войны положение в корне изменилось. Вероятно, все дело в том, что политическое самосознание молодежи сделало огромный скачок вперед. Поэтому выводы из войны во Вьетнаме, похожие на те, к которым пришел Блэйк, и даже идущие значительно дальше, сделало огромное число молодых американцев.

— Благодарю вас за откровенность, — сказал Уилкерс, — с которой вы рассказали мне о своей жизни и некоторых взглядах на политические события тех лет.

— Мне нечего скрывать, — спокойно возразил Блэйк.

— Мистер Блюм рассказывал также мне, что вы занимаетесь производством шелка.

— Моя жена получила в наследство крупную текстильную фабрику по изготовлению таиландского шелка. Позднее мы расширили дело. Правда, продукция моей фабрики не всем по карману. У этой страны свои трудности, свои проблемы. Если вас что-то интересует, то я охотно помогу вам.

Уилкерс решил, что настало время перейти к делу, ради которого он приехал.

— Благодарю вас за предложение, мистер Блэйк, — сказал он. — Вы действительно можете помочь мне в одном интересующем меня деле. Я полагаю, вы знаете, где работал мистер Блюм?

— Он говорил мне об этом.

— Отлично. Я также приехал сюда по поручению международной комиссии по борьбе со злоупотреблением наркотиками. Позвольте в связи с этим задать вам несколько вопросов.

Блэйк выбросил остаток сигары за борт и дружески сказал:

— Пожалуйста, профессор!

— Тогда перейду прямо к делу. Итак, считаете ли вы возможным, чтобы ежегодно семьсот тонн опиума нелегально вывозились из Таиланда?

Блэйк не раздумывая ответил:

— Да!

Уилкерс с удивлением взглянул на него, но в подтверждение своих слов Блэйк выразительно кивнул и повторил:

— Да, я считаю это вполне возможным.

— Ну а если бы кто-то заявил вам, что это количество опиума не может быть произведено в Таиланде и вывозится, по всей вероятности, из Бирмы?

Прежде чем ответить, Блэйк некоторое время размышлял.

— Здесь необходимо дать некоторые пояснения, профессор. Дело в том, что определенная часть опиума, контрабандным путем вывозимого из Таиланда, действительно производится в северо-восточных областях Бирмы. Бандиты переправляют его через границу как расчетный товар. Но путь на нелегальный рынок наркотиков проходит через Таиланд.

— А что, если бы кто-нибудь заявил вам, будто из Таиланда чрезвычайно трудно нелегальным путем вывезти опиум?

— Я бы сказал, что этот человек лгун.

— Почему лгун?

Блэйк пожал плечами.

— Для того чтобы ответить на ваш вопрос точнее, мне нужно знать, кто этот человек. Может быть, он просто умственно неполноценный человек, а может, лжет сознательно, чтобы ввести в заблуждение своего собеседника.

— Не могу с вами не согласиться, мистер Блэйк. Но вы не знаете, кто в существующих условиях в состоянии вывозить опиум тоннами?

— Вы действительно хотите узнать, кто и как это делает? — серьезно спросил Блэйк.

Уилкерс вопросительно взглянул на него:

— Я должен узнать это, в противном случае мой приезд сюда теряет всякий смысл.

Блэйк вновь задумался. Некоторое время он пристально смотрел на свою жену, сидевшую на борту яхты в рулевом отсеке и небрежно придерживавшую одной рукой руль. Под гладким шелком саронга четко обрисовывались стройные линии ее тела.

— Вы хотите помериться силой с этими людьми, профессор?

— Это не входит в мои планы. Я хочу лишь узнать правду. У меня нет никаких полномочий, чтобы привлечь этих людей к ответственности, я, к сожалению, лишь служащий международной организации, которая искренне лелеет мечту покончить с этой страшной для человечества опасностью.

Блэйк не спешил с ответом:

— Этим делом занимается здесь очень ограниченное число людей. И хотя их мало, я не хочу вас огорчать, но в борьбе с ними у вас нет никаких шансов.

— Вы неправильно поняли меня, мистер Блэйк, я не собираюсь бороться с ними.

Блэйк слегка усмехнулся.

— В этом и нет необходимости. Эти люди сами начнут борьбу с вами, едва узнают о ваших намерениях.

— Я не из робкого десятка. Итак, если можно, назовите мне их имена.

Они уже были довольно далеко в море. Побережье лишь узкой полосой вырисовывалось на северо-западе. Воздух был прозрачным и прохладным. Пахло соленой морской водой и водорослями. Блэйк не спешил, по-видимому, колебался.

Уилкерс решил ободрить его:

— Скажите мне всю правду, мистер Блэйк. Никто и никогда не узнает, откуда я получил эту информацию.

Блэйк понял, что профессор не подозревал, что уже втянут в опасную игру. И сейчас люди Уоррена следили за их яхтой. Правда, Блэйку нечего было опасаться Уоррена, но вот что будет с Уилкерсом, если навести его на нужный след?

Поэтому Блэйк еще раз спросил:

— Вы представляете себе степень риска, связанную с этим делом?

— Мистер Блэйк, такие люди, как я, по мере своих скромных сил стремятся хоть немного пресечь вопиющие нарушения, совершаемые в этом мире. Большего, к сожалению, мы не в состоянии сделать. Однако то, что мы делаем, мы делаем с сознанием того, что подвергаемся опасности быть ложно понятыми и даже погибнуть. Поэтому я не думаю о риске, с которым это дело связано, и трезво осознаю всю степень этой опасности.

— Хорошо, — сказал решительно Блэйк. Он встал и подошел к поручням. — Тогда знайте, что люди, о которых идет речь, уже начали за вами следить. Возможно, вы этого не заметили, но они наблюдали за вами до самого отплытия моей яхты.

— Уж не хотите ли вы испугать меня?

Блэйк покачал головой.

— Я только хочу обратить ваше внимание на ту опасность, которая вас поджидает. Эта страна не Швейцария, профессор. Здесь любой неудобный человек умирает очень быстро либо от удара ножом, либо в автомобильной катастрофе. В виде исключения — от пули.

— Я приму в расчет ваше предостережение и буду вести себя осторожнее, но от своего намерения не откажусь. В чем причина ваших колебаний? Может, вы запутаны в этом деле?

— Нет, — коротко ответил Блэйк. Затем прибавил: — Правда, несколько лет назад я по случаю закупил партию опиума. Это было в той местности, где проживают дальние родственники моей жены. Поэтому я могу помочь вам. У меня нет причин оправдываться перед вами, профессор. Но должен заметить, что этот опиум был продан мной одной фармацевтической фабрике для изготовления лекарственных препаратов.

— Сейчас вы этим не занимаетесь?

— Нет.

— Почему?

— Потому что блестяще организованный и очень мощный синдикат лишил меня этой возможности.

— Вы сказали, синдикат? — Уилкерс даже встал от возбуждения и облокотился на поручни рядом с Блэйком.

Тот, как бы подтверждая сказанное, кивнул.

— Синдикат, состоящий из людей нетаиландского происхождения.

— Значит, американцев?

Блэйк испытующе посмотрел на него.

— Да, американцев, официально, легально проживающих в Таиланде. Это работники административных служб американского государственного аппарата. Они недосягаемы для таиландских законов и оснащены всеми средствами для ведения этого гигантского бизнеса оперативно и рационально.

— Следовательно, они делают это, злоупотребляя своим служебным положением?