Воскрешают свою землю пядь за пядью,
И беды твоего народа отступают перед каждой улыбкой,
Когда дремлет журавль
И тает тень камыша.
Рэй А. Янгбиэр
Утренний голос Матери
…и моей любви к земле вторят
затопленные деревья посреди коричневых
рек глубокой зимой
и леса, наполненные ожиданьем рождений,
я помню о каждом дне, когда
пробуждается время, приближая землю
к моей груди, и птицы заливаются пением
над моей крышей, возвещая деревьям
о солнце, я иду над ее головой,
вспоминая, как мне говорили,
что ни один нож не смеет коснуться
ее волос, по ее лицу
вьются тропинки, и шаги повторяют
друг друга: так угадываешь кого-то
родного, пока еще помнишь
безбрежность тепла в утреннем голосе
Матери, неутомимые руки ее
выстилают глубоким снегом долины,
где растут целебные травы, поверяя
тайны свои только птицам,
где туманы скрывают холмы,
где песни пропитаны дымом и дыханием жизни.
Осколок человеческой кости
осколок человеческой кости.
вот так
умирают на железнодорожных рельсах.
теперь я слышу,
что несется вослед
качающимся вагонам.
поезда и хмельное забвенье
знают, что такое
индеец, у которого ничего не осталось.
Джеральд Визенор
Хайку
Осенью на закате
Серые цапли шаги отмеряют,
Сменяя караул.
Вместе с луной
Приходят мысли о юном моем отце.
Ступает по облакам.
Под полной луной
Тень моя незнакомкой крадется.
Первый осенний мороз.
Лошадь в сугробах —
Паровоз взбирается в гору.
Не хватает дыхания.
Озеро день за днем
Наши следы смывает.
Вспоминаю друга.
Нашествие мотыльков
полночные мотыльки
тычутся в сетку
то вверх то вниз за окном
откуда им знать
что свет у меня не дневной
как же они суетятся
бедолаги крестьяне на войне
их тела заслоняют мне свет над книгой
свет моей жизни этой ночью 
