Гурнутин Владимир – Колыбель для неведимки. Часть 4. Кульминация (страница 3)

6.

К 1957 году дом окончательно превратился в крепость. Забор стал выше — Вера нарастила доски. Калитка запиралась на два замка. Окна первого этажа были забраны ставнями — для безопасности. В доме всегда пахло лавандой: Вера раскладывала саше от моли, и запах въелся в стены, в мебель, в одежду. Лаванда стала запахом её страха. Её контроля. Её любви — удушающей, как петля. Лене было десять. Она уже понимала, что её семья — не такая, как у других. Она видела, как живут соседи: там дети бегают босиком, хохочут, играют в лапту. Там матери не стоят над душой. Там отцы не уходят, оставляя записки. — Почему мы живём не как все? — спросила она однажды. — Потому что я знаю, как лучше, — ответила Вера. — Но мне плохо, — сказала Лена. — Мне здесь душно. Я хочу на улицу. — На улице опасно. — Что опасного? Там просто дорога. Просто деревья. Просто люди. — Люди — самое опасное, — отрезала Вера. — Люди предают. Люди уходят. Люди делают больно. Запомни это. Чем меньше ты пускаешь людей в свою жизнь, тем меньше тебе сделают больно. Лена запомнила. Она вообще многое запоминала. Но, в отличие от матери, она сделала другой вывод. Если мать решила запереться от мира, то Лена решила сбежать. При первой возможности. Как только вырастет — сбежит из этого дома, из этой клетки, от этой женщины, которая называла контроль любовью. Она не знала тогда, что побег не спасёт. Что голос матери поселится в ней навсегда. Что она будет слышать его в своей голове до самой смерти. Но это будет потом. А пока Лена была десятилетней девочкой, которая мечтала о свободе. Игнату было пять. Он не мечтал о свободе — он уже не помнил, что это такое. Он знал только дом. Только мамины руки — цепкие, всегда готовые схватить. Только мамин голос — ровный, спокойный, никогда не повышающийся: «Не ходи туда. Не делай этого. Не говори с чужими. Не смотри в окно. Не мечтай. Не надейся». Он был хорошим мальчиком. Очень хорошим. Он делал всё, что говорила мама. Он думал: если он будет достаточно хорошим, мама его отпустит. Разрешит гулять. Разрешит играть с другими детьми. Разрешит дышать. Он не знал, что мама не отпустит никогда. Что для неё «хороший» значит «мой». Что её любовь — это цепь, которую она не снимет, даже когда он перестанет дышать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.