Грильяж – Звездюля: рождённый разгибать (страница 48)

Интерлюдия

За столом сидело трое.

Две женщины в золотой одежде и мужчина в чёрной, но с вкраплениями золотых символов.

– Уважаемые Столпы, – обратился мужчина к волшебницам пятой ступени, – я здесь для отчёта по ежегодному экзамену. Мне стоит начать или подождать главу третьей башни?

– Его не будет, он в уединении. Так что быстро рассказывай отчёт, пока мы пьём чай, после чего будь свободен. Время – высшая ценность для познания, – произнесла блондинка в золотой мантии, её звали Вавильён, и она считалась сильнейшей волшебницей стихии света на континенте, но сравниться ни с кем не могла из-за столбов.

– Нет, важна точность и расстановка акцентов. Раз в год стоит обратить внимание на частности. Школа – фундамент для башен, – произнесла брюнетка. Её звали Трайн, она была волшебницей стихии разума, но на остальном континенте не была известна.

Глава школы был на пике третьей ступени, но в этом помещении был самым старым.

Он поправил капюшон своей мантии и начал зачитывать отчёт.

– Никто не смог поднять корабль? – прервала его Вавильён. – Какой слабый год для выпускников с развитием мощи.

– Да, госпожа, этот год в целом вышел слабее многих. Но снизьте планку, всё же это в большинстве дети, которые только в самом начале пути развития, – произнёс старик.

– Нет, планку нет смысла снижать, но стипендии никто не получит, – кивнула Трайн.

– Но как? Мы об этом не оповещаем, но всегда лучшего поощряли! Вы обе, каждая, получили поощрение в своё время, – несколько возмутился мужчина. – Дети старались, лучшим стал мальчик, занимавшийся три всего три года.

– Возраст? – уточнила блондинка.

– Четырнадцать.

– Хорошо, я не против стипендии, – отмахнулась волшебница света.

– Это неисключительно. Я против стипендии без высшего результата, – хмуро заметила волшебница стихии разума. – Один на один, так что решаешь ты.

– Хорошо, я одобряю стипендию, – кивнул директор, – в контроле эмоций три девочки сумели выдержать болевое заклинание первой ступени, рекомендую выдать им место стипендиата.

– Достижение есть, значит, заслужили. Вторую ступень не смогли? – уточнила Трайн.

– Нет, третье испытание они не прошли, все отказались, – произнёс директор.

– Осторожность – не трусость, смогли оценить риск, это хорошо, – добавила Вавильён.

Далее обсудили экзамен по грамоте, там максимального балла достигло как и обычно боле половины сдававших.

А затем мужчина усмехнулся и протянул женщинам две копии одного и того же документа.

– Это что? – спросила блондинка, а потом сразу добавила. – Не шутишь?

– Звез-дю-ля… ну и имечко, – пробормотала Трайн, – как может быть 1313 из 1000?

– Он нарисовал карандашом отсутствующую картину в третьем испытании, восстановил домик при помощи листков из блокнота и перевёл надписи на книгах на те языки, которые были в комнате-образце, – заявил директор, поглаживая бороду, но с некоторой грустью.

– Ну, а где графа на одобрение стипендии такому дарованию? – уточнила Вавильён, глядя на копию.

– Мальчик не пожелал учиться в академии. Возможно, что у него нет средств на это, а нам стоит не скрывать возможность поощрения юным гениям, – произнёс директор.

– Это противоречит традиции, – спокойно произнесла Трайн.

– Создание новой традиции в ваших руках, – ответил мужчина.

– Я не против, – накручивая локон на палец, произнесла блондинка, – но тогда такое надо и в академии, и в башнях. Начнётся кумовство и попытка влияния ради первого места, такое начинание сломает устои.

– Я согласна. Скрытая награда позволяет поощрять талантов, – произнесла брюнетка.

Директор вздохнул и продолжил доклад.

***

Я ехал в повозке.

Недалеко сидела моя ученица в окружении своих рабов.

Шило сдала экзамен, а вот её рабы в большинстве провалились, но оплачивать их обучение далее не имело смысла, так что они тоже покинули Столичную Школу.

Мы уже прошли таможню и двигались в дорогом защищённом караване в сторону Южной Тропы.

Далее наш путь должен был разделиться: процессия юного создания в сторону портала, а я домой, после чего начинать путешествие в академию.

Хотя, скорее всего, сначала снова будет попытка подобрать мне личную служанку. Я обещал Тале, что в академию точно попробую найти себе слугу.

Ну, у меня всё больше сомнений, что это вообще стоит делать.

Между тем я смотрел в окно: сгущались сумерки. В какой-то момент я заметил, что остальной караван повернул налево, а вот мы всё ещё двигались прямо.

Там вдалеке я уже мог заметить наличие нескольких душ.

Хм, а вот и новая мутная ситуация. Вряд ли это против меня, но вероятность такого исхода не нулевая. Да и свидетелей в любом случае оставлять не станут.

Надо готовиться к бою.

Я достал баранку и начал подкрепляться. Сражаться на пустой желудок было глупо.

Глава 22

Я не считаю себя хорошей душой, но оставить ребёнка в повозке с шестью враждебно настроенными слугами и ещё дюжиной подозрительных личностей мне показалось глупым, ведь текущее развитие мне выгодно, пусть и рискованно.

В такой ситуации можно поправить себе карму даже убийствами, если спасти одну светлую и невинную от смерти.

Это я и замышлял, не отказываясь от поездки в одной повозке с Шилом.

Предсказуемо всё в итоге привело к отделению ночью от каравана нашей повозки, а дюжина пассажиров-незнакомцев с тёмными душами оказалась наёмниками.

Даже не знаю, зачем их здесь было столько. Подозреваю, что они должны были противостоять дворецкому Вердрейву, который не способен покинуть Занудию. Это было косвенным доказательством его непричастности к нападению.

Рабы тоже удивились последующей атаке по их «хозяину». Хотя, конечно же, они принадлежали кому-то из родителей поддельного наследника, а с их смертью стали собственностью клана, но номинально свободными. Могли сами убить Шило, вот только она была их путём к существованию, так что они издевались над юным созданием, но знали меру.

Между тем нападение внутри повозки было быстрым, но итог ещё более предсказуемым.

Аристократический ребёнок без артефактов для самозащиты? Невозможно. Хоть что-то да будет.

А вот наёмники без сомнений и были отправлены разрядить собой защитные предметы.

Враг спокойно отправил двенадцать человек на верную смерть в качестве пушечного мяса. Наверняка пообещал кучу денег, что отключило инстинкт самосохранения у идиотов.

Семь мужчин и пять женщин погибли, пытаясь убить «наследника», «его» рабов и почему-то меня.

К некоторому удивлению, две девушки-слуги встали на защиту Шила, но их просто отшвырнули. Люди почти без боевых способностей против воинов первой ступени были бесполезны, так что я старался незаметно их коснуться и усыпить, чтобы не мешались.

Ведь снеси защитный артефакт голову одному из тех, кого мой первый ученик в новой жизни считал практически семьёй, это была бы травма на всю жизнь. Да и артефакт может случайно активироваться, чтобы потратить больше нужного.

Я спокойно дождался конца представления, следя за окружением.

– Впереди враги, быстро наружу! – произнёс я Шилу, а сам стремительно пробудил остальных.