Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 7 (страница 35)

Приземляясь, пытаюсь достать пяткой мордашки мелкой гадины. И вроде бы попадаю, но не в лицо, а снова в грудь.

— Извращенец! — визг наполняет весь зал.

— Сеня! — взволнованно кричит Лиза. — Что ты с ней делаешь?! Куда мне бить?!

— Никуда…в своих попадешь… — выдыхаю между уклонами от свистящей стали. Ассасинка уже вскочила и обрушивается на меня. Она низенькая и худенькая. Но меч у нее длинный. Едва успеваю среагировать.

Я бы и сам сжег эту ниндзя, да боюсь задеть в того молниевика. Он тут рядом ползает, хрипя и воя. Поэтому и приходится подгадывать момент для Багрового выстрела. Главное, за это время не угодить под нож.

— Извращенец! Извращенец! — орет эта япошка на ломаном русском, наступая.

Я задом отступаю, а то она приблизится на длину меча и прирежет ведь. А вообще удачно вышло: я разозлил эту бешеную и она тут же подзабыла про всех. Может, ее кто пнет уже со спины? Ох, нет, да не ты, толстоногий!

Громыхая как бронепоезд, Чугун «подкрадывается» к ассасинке. И, конечно же, она за километр замечает этот танк. Она ускользает в сторону от лапы Чугуна, и тот расстроенно пожимает плечами.

Новый натиск со всех сторон. Очередной выпад меча попадает-таки в меня. Я уворачиваюсь, но острая сталь всё же достает кончиком щеку и, дернувшись в сторону, срезает часть волос. Доспех, конечно, прорезается как масло.

И в этот момент мне наконец удается швырнуть Багровый выстрел. Точное попадание! Опять в грудь!

— Извращене-е-ец! — кричит ассасинка прежде, чем кубарем покатиться под колонну.

Сейчас мы и посмотрим, кто такая смелая. Ведь некоторые приемы фехтования явно были позаимствованы из техники Легиона Феникса.

Глава 21

— Артефакты

После поражения ассасинки тьма развеивается. Не полностью, но достаточно, чтобы разглядеть друг друга и противницу. Видимо, мрак напрямую подпитывается из энергетического резерва тихушницы, и сейчас она его тратит на собственное восстановление.

— Красотка! — Чугун щелкает длинным раздвоенным языком.

— Не такая уж! — возражает Лиза, бросив на меня испуганный взгляд. — Сеня, у тебя кровь! Ты ранен?

— Не сильно, — отмахиваюсь, ступая к колоннам. Кровь бежит по щеке, но рана неглубакая и не стоит внимания Целителя. Тем более, что Скальпель занят лечением молниевика Полковоя. — Не вмешивайтесь! Она моя!

— Что?!!! — восклицает Лиза в шоке. Но тут же спохватывается: — Ой.

Ясна окружает отряд кольцом сфер.

— Ладно, пускай Пляс…Феникс идет к ней. Остальные — ждать в кольце.

Девушка поднимается и зыркает на меня огромными, чуть раскосыми глазищами. Совсем еще ребенок, может, лет четырнадцать. По крайней мере внешне. Гибкая, тоненькая, в руках зажат загнутый японский меч с коротким клинком, вроде бы он называется вакидзаси. Черные волосы скручены в хвостик. Фигурка девушки спрятана в черный мешковатый костюм, который отлично подходит для маскировки в темном помещении.

— Извра… — пытается выплюнуть девушка.

Я испускаю магнетизм, охватываю ассасинку облаком психической силы и харизмы. Она вздрагивает и еще больше округляет глаза, что казалось невозможно.

— Я Префект Фалгор, — зычно объявляю. — Назовись, легионер.

Японка отшатывается, и тут же эти самые огромные глаза словно застилает туманная пелена. Теперь это не два чистых озера, а безразличные к происходящему стекляшки. В увеличительной лупе и то больше жизни.

— Я тварь дрожащая, — медленно произносит девушка, будто выпевает мантру. — Глупая слуга Нобунаги, что режет его врагов. Я не пущу врагов к господину.

Хм. Очень странно. Девушка будто под наркотическим опьянением, которое успешно сопротивляется моему магнетизму. Похоже на дурманящие корни скандаров с планеты Хренасдва. В поисках видений и сверхъестественной силы эти енотообразные бестиморфы употребляли галлюциногенные растения.

— Что с ней? — громыхает за спиной Чугун. — Обкурилась что ли?

Побратим тоже почуял неладное. Неудивительно: он-то со скандарами больше моего воевал. Ильис подчистую истребил их племя. Война — жестокий и беспощадный процесс.

Тьма снова постепенно наполняет зал. Пока еще другие члены отряда различимы, но надо поторопиться. Японка крепче сжимает вакидзаси и наклоняется вперед, как кобра перед броском. Я пытаюсь усилить ментальное воздействие на девушку, но она уже сигает на меня. Что-то словно наполняет ассасинку яростью, швыряет вперед, развязывает тоненькие руки. И она изрыгает гневный японский клич, и меч ее разрывает воздух…

— Банзай!!!

Один. Второй. Третий. Удары, каждый из которых был бы смертелен, стой я на месте, как макивара.

Я даже споткнулся, но удержался на ногах. Меч-то артефактный, клинок аж подсвечивается вблизи доспеха, чувствую живу, зараза. Насадит как барашка, и никакое защитное плетение не спасет.

Сзади зрители быстро переговариваются.

— Мама? — слышу в голосе Лизы невысказанный вопрос.

— Он сказал, не вмешиваться, — бурчит княгиня.

— Поняла… — с покорностью отвечает княжна.

Японка снова промахивается. Глаза при этом напрочь отмороженные, как у зомби или рыбы. Эх, что же они с тобой сделали, легионер? На обратном движении клинка достаю ее лоу-киком. От удара она снова валится оземь. Тьма сразу отступает ближе к углам.

Убивать не буду. Во-первых, девка не хаосит. Во-вторых, она явно своя, из Фениксов, а значит, нужно разобраться, как это ее поработили и заставили служить Жаворонкам.

— Эх, одного удара хватило, — вздыхаю. — Тебя здесь что ли вообще не кормят ничем нормальным? Только галлюциногенами?

Неудивительно, что свалил с легкого пинка. Девушка совсем маленькая и хрупкая, как заморыш. Еще исподтишка она способна резануть, а вот так, в открытом бою, никакого отпора дать не в силах. Хоть ассасинка и возраста Берегини, но у царевны щечки пухленькие, розовые, кожа нежно-бархатистая. А это же чудо истощенное, болезненно тощее и явно голодное. Хотя тоже будет красоткой, если мясо на кости нарастить.

— Торчки все худые, — вторит моим мыслям Чугун. — Еще по скандарам помню. С одного щелбана валил десяток этих доходяг.

Кувалда с Али боязливо покосились на огромные чешуйчатые пальцы динозаврика. Такими и чемпионов-тяжеловесов запросто свалишь, а он про доходяг что-то говорит.

Я уже ударом ноги выбил меч из рук японки и навалился на нее сверху. Прижал руки к полу, сел ей на живот, чтобы не трепыхалась. Так проще обрабатывать. Глаза у девушки снова проясняются, она вертит головой по сторонам и в ужасе:

— Извра…!

— Я твой Префект, дура! — впечатываю ее в пол громагласным баритоном. — Назови имя, звание, позицию!

Я окатываю девушку волнами магнетизма. Ее глаза опять пытаются покрыться туманом. Снова оживают вербальные команды, вбитые при помощи галлюциногенов. Скотина Бемижар хорошо постарался. Владыка слова явно оставил в голове ассасинки закладку на случай встречи ее со мной.

— Не уходить! — даю легкую пощечину девушке, и туманная прослойка на глазах пропадает. — СЛУШАЙ СВОЕГО ПРЕФЕКТА.

Голова японки дергается, затем она хлопает глазами и водит носиком, словно внюхиваясь в мой запах. Я же продолжаю по капле одаривать девушку своей психической силой. Она вкрапливается в ее мозговые импульсы, усиливает их, помогая, сопротивляться внушению наркотиков и вербальным зомби-установкам Жаворонков.

— И долго они так будут валяться? — спрашивает Ясна. Княгиня явно недовольна. — Пора ликвидировать эту жива-мутантку. Нас ждет Нобунага.

— Тсссс, — это Чугун заступается за меня. — Красавица, это наш человек. Сейчас Феникс ее приведет в порядок и у нас больше станет на одного бойца.

Оптимистичный прогноз, брат мой. Но посмотрим.

— Милорд Фалгор?! — роняет японка челюсть. Она оглядывает нас, прижатых друг к другу в позиции партера. Личико японочки розовеет, из груди вырывается сдавленный вздох, маленькое тело трепещет в моих тисках. — Ми-милорд…

— Мне повторить ПРИКАЗ?

— Не-е-ет, — пищит она испуганно. Чувствую, как подо мной нагрелся низ ее живота. Будто сижу на раскаленной печи. — Майор Ерена Оро, делегат ударной группы «С». Простите…простите…за то, что не контролирую себя. Меня лучше убить, милорд, — преданно смотрит она мне в глаза, как щеночек.

Я продолжаю прижимать ее к полу и бомбардировать магнетическими «пулями».

— Причина, — коротко спрашиваю.

— Это тело обработали наркотиками еще до моего вселения. Чуть ли не с пеленок, уже шестнадцать лет. — Шестнадцать? Ого, а выглядит ровесницей Берегини. Гребаные наркотики. — А потом еще Жаворонки постарались с гипнозом, когда рассекретили меня. А еще японские боги…они жестоки и требуют человеческих жертв во славу свою, — верещит японка пристыженно. — Я не контролирую тело. К тому же, за душевную слабость я заслужила справедливое наказание.

— Изволь, я сам решу, что ты заслужила, без подсказок.

— Конечно, милорд. Но…

— Смотри мне в глаза, Ерена, — наши взгляды встречаются — ее возбужденно-стыдливый и мой нейтрально-спокойный. — Ты— делегат, так не позорь честь золотого мундира Фениксов. Сейчас я буду лечить тебя в экспресс-режиме. Это неприятно, поэтому терпи. Физическая зависимость от наркотиков останется, но психологическая спадет. Установки Жаворонков тоже ослабнут, пускай и не исчезнут полностью. Что же касается богов…никакие боги не властны над нашими решениями. Мы — легионеры. Мы используем веру суеверных народов на благо рациональной истины, на благо Постимпериуса. Вспомнила свое предназначение?