Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 5 (страница 19)
— Согласен, сударыня, — степенно, с достоинством отвечает демоник. — Я готов отдать свою жизнь вашему господину. Думаю, вы меня прекрасно понимаете. Уверен, вас бы тоже не сманила отсюда карьера у Бесоновых. Хотя нет, готов повысить ставки — предложи вам кремлевский сановник руководящую должность в Императорской канцелярии, вы бы и тогда остались в этом бизнес-центре. Или я не прав?
Ну наконец-то, болтотопса жуй — не пережуй! Уже и заговорил как первый капитан элитного гранд-батальона. А то ломался передо мной, как лицеистка на свидании. Больно было смотреть. Мы еще вытащим этого Темного Феникса под свет солнца, он еще засияет у меня огненным оперением.
Катя пристально смотрит Блику в глаза, а потом согласно кивает:
— Вы правы, хоть я и не понимаю причин этого желания, да простит меня мой господин за честность, — бросает брюнетка на меня робкий взгляд.
Блик позволяет себе гордую усмешку.
— Это понимание — уже более высокий уровень допуска. Но что-то мне подсказывает, сударыня, вы очень близки к нему.
Мое лицо-кирпич не выражает ни «да», ни «нет». Как хотите, так и думайте. А иначе какое же это испытание верности?
— Какие варианты, Катя? — перевожу я разговор к более насущной теме. — Позорное преступление и изгнание не подходит точно.
— Тогда боюсь, господин, вариант только один, — Катя мешкает с ответом.
— Ну так озвучь же его, — я нетерпеливо взмахиваю рукой.
— Приданое, — выдыхает брюнетка с таким видом, будто отсекает себе руку. И смотрит на меня. Смотрит и молчит.
— Мм, что, прости?
— Ох, как же вы жестоки, господин! — не выдерживает Катя, от чего Блик ухмыляется с пониманием. — Заставляете повторять такое! Безумно жестоки! Ну хорошо. Приданое, господин. Бывает, родители выделяют невесте в её собственность при вступлении в брак не только имущество, но и различные права. Это может быть и право распоряжения частью дружины.
Матерь божья! Опять всё к одному свелось.
— Эм, а менее радикальных вариантов нет что ли? — чувствую, как взгляд у меня сам собой становится жалобным. — Катя, подумай хорошо. Я ведь тебя не тороплю.
— Другого выхода нет, — едва не рыдающим тоном отвечает брюнетка. — Я узнавала уже давно. По чужому запросу.
Я откидываюсь в кресле и чешу подбородок. Пальцы скребут легкий пушок. Растительности чуть прибавилось, пока не критично, но уже скоро начинать бриться.
— Жениться, значит? — мой голос напоминает стон раненого льва. Знал же, что не к добру было заводить светский «прайд». Накаркал, словно Ворон.
— Милор…господин, вы вовсе не обязаны идти на такие жертвы ради меня! — вклинивается Блик.
— То есть, как не обязан? — устало вздыхаю. — Я же твой Преф…ну ты понял кто. Я обязан идти на любые жертвы ради своих легионеров.
— Господин! — растроганно говорит Блик, смаргивая слезы. — Лучше вас Преф…ну вы поняли кого, нет в целой Вселенной!
— Мужчины, — фырчит Катя.
Вот ведь не было печали. Конечно, я уверен, что, если захочу, заполучу любую Бесонову, несмотря на нашу разницу в положении. Астерию сразу отметаем. Если уж брать кого-нибудь, то старшую. Думаю, Лизочка сама не против, останется только убедить Софию. Но аргументов со временем прибавится, те же госзаказы сделают меня баснословно богатым…. Эй, эй, куда я так гоню!
— Не-нет, я пока еще не подписался на алтарь, — червячок сомнений так и грызет меня. — Отложим крайнюю меру на потом. А пока будем присматриваться. Вдруг что еще подвернется.
— Слава Сварогу! — Катя готова заплясать, по-моему. — Простите, господин.
— Пока что сидишь у Бесоновых, — поворачиваюсь к Блику. — Будем с тобой изредка общаться. В первую очередь меня интересует любая информация об этих местных исчадиях Хаоса. А также, знают ли Бесоновы что-нибудь о таких, как мы с тобой.
Катя вскидывает брови.
— Приказ ясен, попытаюсь узнать, — Блик задумывается. — Данная информация явно может быть доступна только командирам Гвардии с высоким допуском. Во всяком случае, мой реципиент о ней не слышал.
— Ты справишься с ролью шпиона? — уточняю. — Всё же мы под такое не заточены. Я бы точно не справился.
Признаюсь чистосердечно, чтобы легионер не брал на себя непосильную ношу. Если уж Префект не совладает с задачей, то и первому капитану простительно.
— Я как раз заточен, господин, — легионер выпрямляется. — Демоник Блик способен добывать разведданные для вас. Главное, вы освещаете мой путь, как и прежде.
Темный Феникс пока что, значит. Но в данной ситуации так даже лучше. Перекалибровку на старые рельсы потом сделаем.
Мы еще минут пятнадцать обсуждаем детали следующего контакта, и затем Блик исчезает в голубом свечении. Вжух. Будто его и не было. Только остается чуть примявшееся сидение кресла.
Катя задумалась, видимо, о том, что здесь услышала. А услышала она немало.
— Господин, у вас есть часик? — вдруг поднимает она подбородок.
— Обсудить отчеты?
— Нет, — в ее глазах пляшут искорки. — Я неожиданно поняла, что у нас с вами очень мало времени.
— До чего мало?
— До того, как вас заберут у меня, — она поднимается из-за стола и виляющей походкой направляется ко мне.
От этой мысли мне становится неприятно.
— Я пока не собираюсь жениться…
— А оно так всегда, никто не собирается, — обнимает брюнетка меня и очень грустным тоном сообщает: — У нас с вами нет будущего, господин, но прошу, давайте продлим подольше это чудесное настоящее…
Глава 11 — Подарок
— Как тебе кино? — спрашивает Иван-Кикер Досю. — Понравилось?
— А? Да, неплохо, — оторвавшись от своих мыслей, кивает девушка. — Спасибо, что сводили нас.
Она оборачивается на Феню с Ренатом. Те идут сзади и о чем-то увлеченно разговаривают. На девушке надето дорогое брендовое платье, которое отлично подчеркивает ее стройную фигуру. Неудивительно, что Ренат не отрывает глаз от рыженькой Фени, а она, польщенная вниманием, немного зарумянилась.
Феня приехала из Твери буквально вчера. Она очень хотела увидеться с господином, но случая пока не подвернулось. Арсений занят то тренировками по Грону, то работой, а сейчас вот к госконтрактам надо оперативно готовиться, налаживать производство шагающих комбайнов под государственные военные стандарты безопасности и секретности. Вводить систему допусков, проверять рабочих, инженеров, офисных работников и других служащих на предмет соответствия кадровой политике системообразующих госпредприятий. Если кто-то имеет судимость или сомнительную родословную, придется уволить, а на освободившиеся места найти людей с идеальным послужным списком. Ведь «Горлесмаш» становится военным предприятием. А это значит кроме огромных преференций, и огромную ответственность.
Дося тоже вся в работе. Даже посреди фильма то и дело вдруг хваталась за телефон и копалась в заметках. Проверяла, все ли поручения господина отправила топ-менеджерам, вся ли входящая документация рассмотрена, а еще Арсения нужно записать к косметологу на химический пилинг. Последнее задание чуть ли не самое важное. Тут нужно очень щепетильно выбирать специалиста, ведь у господина такое красивое и нежное лицо. Несмотря на всю его мужественность. Нельзя кому попало доверять эту притягательную бледную кожу, фон которой лишь усиливает сияние огненно-янтарных глаз и яркость алых чувственных губ….
— Дося! Дося! — тормошит ее Феня. — Федосья, ау!
— Да, да, — выплывает девушка из мыслей о работе. А о чем же еще? Ведь обеспечивать сияние господина — это и есть ее работа. А еще господин зачем-то велел найти ему профессионального татуировщика. Дося всей душой надеется, что Арсений не испортит свое восхитительное тело…
— Федосья, блин! Ты где летаешь?! И с кем?!
— А, да-да, ты говори, — вздыхает Дося.
— Ренат сказал, что Арсений устраивает концерт какой-то. Я тоже хочу туда! — безапелляционно заявляет девушка. — Хоть там с господином встречусь, может. Где этот концерт проходит?
— Это не концерт, а еженедельный час скрипки для сотрудников Корпорации «Беркутов», — поправляет девушка. — Каждую пятницу господин играет после работы..
— Хочу туда! — как ребенок повторяет Феня. — Хочу!
Огромный Ренат, глядя на веснушчатую девушку, совсем умиляется. Черную бороду здоровяка разрезает белозубая улыбка.
— Думаю, это не проблема, — говорит Ваня. — Федосья Гавриловна у нас правя рука шефа, а значит может легко выписать любому пропуск в бизнес-центр.
— Ну уж не любому, — важно поправляет Дося. — Но Фене, конечно, выпишу.
— Ура! — радостно улыбается рыженькая девушка. — А когда у нас ближайшая пятница-то?
— Завтра, Феня, завтра, — вздыхает Дося.
На следующий день игру на скрипке посещает и сама Дося. Так уж получается, что в конференц-зале она садится рядом с Ваней.
— Словно снова в кино, — усмехается «броненосец».
Дося ничего не отвечает, глаза девушки устремлены на господина. Арсений поднимает скрипку и начинает извлекать из инструмента первые мелодии. Это божественно! Дося первый раз слышит вживую игру господина, она и не представляла, насколько пение скрипки поглотит ее. А как элегантно движется рука Арсения, будто он всю жизнь держал, не отпуская, этот смычок. Душа девушки тонет в чудесных звуках. Ее сердце колотится, будто сошедшее с ума. Господину удается третья часть концерта Шпора с абсолютной точностью интонации и даже с настроением, будто играет сам великий композитор. Дося никогда не слушала произведений немца, но ей кажется, лучше бы никто не сыграл.