Григорий Володин – Гонец. Том 1 (страница 35)
— Первые полчаса вышли, — оглашаю.
Останавливаемся, чтобы перекинуть коромысло с Димы на Гворка. Здоровяк, в отличие от нервного предшественника, не спешит — скорее наоборот, идет слишком вальяжно, и Лине то и дело приходится его подгонять. Но вот и его смена подходит к концу. Мы как раз выбираемся на вершину холма, откуда открывается вид на Косую гряду — если верить картам с уроков географии, впереди затяжной подъем.
— Вальд, твоя очередь, — командует Линария.
— Лина, я пойду через одного.
— Линария… — она недовольно морщится, поправляя выбившийся светлый локон. — И с чего это вдруг не сейчас?
— Впереди подъем почти до самой деревни, — я киваю на гряду. — Маневрировать там не придется, нужно просто ровно и долго тащить вес в гору. Для моей комплекции это оптимально. Скорость там не важна, главное — ритм.
— А ты что ли умеешь держать ритм? — она сужает зеленые глаза.
— Еще как, — улыбаюсь.
— Я могу понести сейчас, — миролюбиво вмешивается Кира.
— Ладно, — вздыхает Линария. — Кира, принимай груз.
Кира сдает смену прямо перед началом Косой гряды. Коромысло ложится мне на плечи. Груз килограммов пятнадцать. Удивляюсь выносливости девочки, но долго восхищаться ей некогда.
Первый шаг — и колено тут же напоминает о себе. Ну ладно-ладно. Принимаюсь «шаркать». Моя правая стопа опускается на землю иначе. Не с пятки, не с носка — плашмя, на всю стопу сразу. Шаг становится короче в два раза. Амплитуда падает. Колени остаются полусогнутыми и расслабленными. Тут еще стопам помогает [Инстинкт опоры]. Также срабатывает [Шаг тяглового зверя].
Переставляю ноги быстрее. Свои полчаса надо максимально использовать. Легче будет потом добираться обратно.
— Эй, Вальд, притормози! — восклицает Линария сбоку. — Расплескаешь!
— Лина, смотри на смолу, — Кира указывает пальцем на тару.
— Эмм… — удивленное.
Мне же не нужно вертеть головой. И так знаю, что поверхность жидкости даже не колышется. Я прибавляю темп, несмотря на то, что тропа уходит круто вверх. Даже если «закислюсь», [Кинетический маятник] активируется на фазе критического истощения, но пока вполне хватает своей дури.
Система, статус?
📊 [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»]
Шарк-шарк. Шарк-шарк.
— Да Лёня идет быстрее меня! — восклицает Кира.
— Почему ему можно нестись так, а мне нет? — ноет сзади Дима.
— Потому что он умеет носить, а ты бы расплескал в таком темпе, — Линария идет рядом со мной, внимательно изучая мою походку. То еще зрелище, но главное ведь результат.
Я почти не слушаю ребят и сосредоточенно экономлю дыхание. Вот только неожиданное жужжание заставляет поднять глаза — крупный шершень пролетает мимо и вдруг, словно налетев на невидимую стену, камнем падает вниз. Прямо над горлышком кувшина!
— Лови! — гаркаю.
Лина реагирует рефлекторно: резкий выпад — и насекомое оказывается зажато в ее кулаке над смолой.
— Успела! — шумно выдыхает Кира.
— Было близко, — нервно басит Гворк.
Грон предупреждал, что чужая мана ослабляет смолу. И кто знает, насколько сильно один полосатый летун мог бы испортить наш груз. Кто вообще додумался нести его в открытой таре? Задание заданием, но логика-то должна присутствовать.
Лина отбрасывает насекомое в кусты, но в полете шершень вдруг оживает и с недовольным гудением скрывается в листве.
— Что это вообще было? Обморок у шершня? — хмурится блондинка.
— Моя Пульсация, — догадываюсь я. — Серж говорил, что одних зверей она усыпляет, а других выбешивает.
— Хм… Значит, это ты тогда свел с ума Слепую Гончую перед ее атакой? — Лина задумчиво смотрит на меня.
— Выходит, — отзываюсь я, и блондинка поджимает губы.
Снова ловлю ритм и больше не трачу дыхание на разговоры.
Наконец, затяжной подъем остается позади. Идем по ровному участку. Вдруг впереди, за поворотом тракта, из крон деревьев с тревожным криком срывается стая птиц.
Я торможу. Кувшины на крюках плавно покачиваются и замирают.
— Ты чего встал? — дергается Дима за спиной.
— Потому что впереди кто-то есть, — тихо произносит Кира, опуская ладонь на рукоять ножа. — Птиц спугнули.
— Ну и что? Может, просто путники? — предполагает Гворк.
— Битч знает, что мы идем в Мглистую, — бросаю я короткий взгляд на Лину. Блондинка сужает глаза.
— Кира, за мной на разведку. Остальные — ждите здесь, — быстро командует блондинка, выхватывая нож из ножен.
Парни снимают с моих плеч кувшины и коромысло, а девушки тем временем бесшумно растворяются в лесных зарослях за обочиной.
Эх, зря я не взял через Систему шефство над группой в этом задании. Но до этого у меня всегда было преимущество перед остальными, как например, умение ориентироваться по азимутам, а оказалось, что марафонское шарканье тоже неплохое подспорье. Жаль, не сразу это понял. Впрочем, вторая половина группы от меня сейчас не зависит, хотя задание у нас общее.
Разминаю забитые плечи, вслушиваясь в лес. Пять минут. Десять. Никого. Вполне может быть, что ничего не стряслось, но проверять эту теорию ценой жизней двух девочек я не намерен.
— Охраняйте кувшины. Схожу, проверю, где они застряли, — бодро кидаю парням. Если решат, что случилась беда, тоже ломанутся со мной, а вовсе не факт, что это поможет.
— Думаешь, все в порядке? — напрягается Дима.
— Да брось. Нашли с кем поболтать на дороге. Девчонки же, — хмыкаю я и растворяюсь в зарослях.
Уже в подлеске вынимаю нож. Иду тихо, скользя от дерева к дереву в сторону взлетевших птиц. Замечаю, как мимо пролетает шершень, попадает в радиус моей Пульсации и кубарем летит в мох. Секунда, я делаю шаг вперед — и она снова взлетает за моей спиной. Мда, забавная побочка.
Резкие голоса впереди заставляют меня мгновенно вжаться в кору дуба.
— Куда они дернулись, мать их⁈
— Да хрен знает! Видел же, как я припугнул их стрелой, хех. Драпанули как! О, вон, следы! Давай за ними!
Шаги удаляются вглубь чащи. Внутри холодеет, но я привычно заталкиваю эмоции подальше. Голоса грубые, пропитые. Это не Битч. Это взрослые мужики, промышляющие в лесах. Может быть, разбойники. И они открыли охоту на моих напарниц.
Перехватив нож поудобнее, я осторожно выглядываю из-за ствола. Две спины уже скрываются в густом подлеске. Двое. Взрослые, вооруженные. Подкрасться сзади и тихо снять обоих не получится — второй успеет обернуться и ударить. Черт, нужна идея! Озираюсь по сторонам в поисках идеи… и взгляд снова натыкается на пролетающего мимо шершня. Ага. Кажется, план есть.
Перевожу взгляд с шершня по сторонам, в кроны, и начинаю высматривать источник. Брожу и кручу головой. Долго искать не приходится. Под густыми нижними лапами старой ели, как раз на уровне моей груди, висит серый, похожий на мятую бумагу кокон размером с дыню. Вокруг него кружит темное гудящее облако.
Подбираюсь к дереву, сжав челюсти.
Как только я подхожу близко, гул резко обрывается. Десятки шершней дождем сыплются в траву, а те, что внутри, также затихают под действием моей Пульсации.
Быстро подрезаю ножом тонкую ветку и беру этот бумажный шар смерти в руки. На удивление легкий.
Теперь спешу назад, но стараясь не шуметь. Крадучись, огибаю густой раскидистый куст, за который ушли бандиты, и замираю. Вот они. Стоят спиной ко мне в метрах трех-четырех. Один, здоровенный и лысый, как раз натягивает тетиву охотничьего лука, целясь в толстый ствол одинокого дерева, которым, судя по всему, и прячутся девочки.
— Эй, девки, выходите по-хорошему! — кричит лысый и со звоном спускает тетиву. Стрела с глухим стуком впивается в дерево. — Мне же ничего не стоит обойти ствол и изрешетить вас как ежей!
— Да мы вас не обидим! — гогочет второй, поигрывая топором. — Просто дорогу спросим!
Ну, погнали!