Григорий Шепелев – Кубыш-Неуклюж (страница 13)

– Ты серьёзно?

– А почему бы и нет? Этот бюрократ мне даже понравился. Он молоденький.

– Это бред!

– Что тебя смущает?

– Нельзя давать всем подряд по каждому поводу! Одно дело – за двести баксов, другое дело – за Эдика! Тут и Эдик смешивается с грязью, и всё на свете! Я не могу этого понять!

– Никто и не заставляет, – снова вспылила Рита. – Отстань!

В десятом часу, когда Света мылась, в дверь позвонили. Это был Эдик. Он вручил Рите пакет с различными фруктами и пятнадцать тысяч рублей. Рита приняла и то, и другое. Эдик ей сообщил, что Катя уже давно привезла Серёжку с Жоффреем. Рита об этом сказала Свете, когда та вышла из ванной. Они решили незамедлительно нанести визит в квартиру напротив.

Серёжка им открыл сразу. Жоффрей обнюхал их с радостью и поставил лапы на Свету. Рите он облизал лицо, когда она наклонилась, чтобы его погладить.

– Эх ты, дурак! – рассмеялась Рита. – Просто дурак! Серёжка, куда идти-то?

Квартира была двухкомнатная. Одну из комнат, большую, Жоффрей с Серёжкой до ноября сдавали студенткам. Когда те съехали, оба друга остались в маленькой, и Серёжка в ней принимал гостей. Вид она имела паршивый – выцветшие обои, старая мебель, пыль, музыкальный центр бог знает каких годов. Жоффрею принадлежало большое низкое кресло между диваном и шкафом. Убрав с дивана постель, Серёжка предложил гостьям присесть. Но Рита предпочла стул, уступив диван Серёжке и Свете. Жоффрей принёс из прихожей писклявый мячик в виде ежа и стал его всем совать – дескать, забирайте, не нужен! Но когда Света хотела ежа забрать, бульдог отбежал.

– Он хочет, чтобы за ним погонялись, – поняла Рита. – Нормальное поведение для онкологического больного! Что вам сказала врачиха? Возможна ли операция?

– Уже нет, – ответил Серёжка, ловко отняв ежа и бросив его в самый отдалённый угол прихожей, куда смертельно больной тут же ускакал. – Или ещё нет.

– Как это понять?

– Опухоль очень сильно выросла, идёт выше. Есть два пути: либо ампутировать лапу, либо уменьшить опухоль, чтобы её можно было вырезать.

– Очень сложный выбор! – вскричала Света. – Так её можно уменьшить? Злокачественную опухоль?

– Да. Ирина дала мне преднизолон. Таблетки такие. Сильные, гормональные. Они могут её уменьшить.

Жоффрей примчался с ежом опять. Он то разжимал его, то сжимал, чтобы ёж пищал.

– Но он не хромает, – сказала Рита. – Почти совсем не хромает.

– На улице он хромает, и ещё как! И видите – похудел. А опухоль – жуть! Если снять повязку, вы испугаетесь.

– Так давай ему этот преднизолон, – проворчала Света. – Не лапу же отрезать!

Поняв, что никто играть с ним не собирается, Жоффрей бросил свою пищалку и попытался влезть на диван. Серёжка его спихнул.

– Зачем ты так с ним? – возмутилась Рита. – Он ведь хотел к тебе! Ты его обидел, да притом грубо!

– Пусть лезет на своё кресло, – сказал Серёжка. – Зачем мне здесь его шерсть колючая?

Но ему уже было стыдно, и он погладил Жоффрея. Тот помотал головой и запрыгнул в кресло. Через минуту он захрапел.

– А Катька что говорит? – поинтересовалась Света.

– Да то же самое, что и ты. Ещё говорит, на Каширке есть онкоклиника для животных. Свозим его туда.

– Так ведь там, наверное, цены бешеные!

– Конечно.

Света и Рита переглянулись.

– Слушай, а почему ты комнату перестал сдавать? – спросила последняя. – Вряд ли пенсия у тебя уж очень большая по инвалидности!

– Я сдавал её раза три, но все квартиранты ведут себя одинаково: при знакомстве сюсюкаются с Жоффреем, а после въезда перестают с ним даже общаться. Его это обижало, хоть он и не подавал виду.

– Но как без денег-то?

– Я откладывал. В крайнем случае сдам опять.

Бульдог во сне взвизгнул. Видимо, он услышал и понял.

– Жоффрей, наверное, Катьку давно не видел, – глядя по сторонам, заметила Света. – Очень обрадовался!

– Пять лет он её не видел.

– Целых пять лет? И он её не забыл?

– Ты сама всё видела.

– Она что, далеко живёт? – небрежно спросила Рита.

– Да нет, на соседней улице. Просто у неё много дел – работа, муж, дети.

Рита и Света снова переглянулись.

– Она в кино иногда снимается, – продолжал Серёжка. – По-моему, в сериалах.

– А «Ситроен» у неё давно? – зевая, спросила Света.

– Семь лет.

– Так вы его, значит, вместе купили?

– Конечно, нет! Откуда у меня деньги на дорогую машину? Ей «Ситроен» купили родители.

– А бульдога она нашла?

– Бульдога она нашла.

Тут Рита что-то шепнула на ухо Свете. Серёжка услышал часть её слов. Он сообразил, что она сумела вызвать на откровенность Эдика, его друга.

– Везёт ей на всё французское, твою мать, – усмехнулась Рита. – Машину ей подарили, бульдога она нашла! А у неё муж не француз?

– Не знаю.

– Да как же так получилось-то, что её собака с тобой осталась? – не удержалась Света. Серёжка долго смотрел прямо на неё, как будто мог видеть. Потом негромко сказал:

– Ты знаешь, мне без собаки было бы трудно.

– Ну да, с собакой тебе, конечно, легко, – согласилась Рита. – Ты, вообще, чем-нибудь занимаешься, кроме как заботой о ней?

– А как же? Я постоянно слушаю книги.

Голос Серёжки звучал уже как-то вяло. Это нельзя было не заметить. Но две подруги пожаловали с визитом не для того, чтобы удовлетворить своё любопытство и пожелать Серёжке с бульдогом спокойной ночи.

– У нас есть план, – заявила Света, стукнув себя кулаком по голой коленке – она явилась очень легко одетая. – В смысле, замысел. Ты желаешь его узнать?

Серёжка кивнул.

– Желаю.

– Так вот, – продолжала Света, искоса поглядев на Риту, которая иронично цокнула языком, – я знаю, как изловить убийцу собак.

– Убийцу собак?

– Послушай меня внимательно. Несколько дней назад я в театре исполнила роль Ромео. Мальчика! Понимаешь?

– Нет.

– Какой ты тупой! Ну как можно этого не понять? Напряги ты голову! У меня маленькая грудь, спортивная задница и широкие плечи. Мой рост – сто семьдесят шесть. Ты чуть-чуть повыше, но разница несущественная. Всё понял?

Рита, достав мобильник, стала бесцельно нажимать кнопки. Ей было стыдно.