Григорий Семух – Последняя фантазия. Эндшпиль (страница 15)

— Вы там это, не обоссытесь только.

Грохнуло. Вспышка света на мгновение ослепила, разогнав вечерние сумерки, гром ударил по ушам, разлетелись в стороны щепки, а в древесном стволе образовалась дыра размером с кулак.

— Это наши инженеры изобрели, — парень повернулся к перепуганным деревенским мужикам. — Ни капли магии, стреляет помощнее арбалета с плечами из стали, и пользоваться может любой.

— Чертовщина, — дрожащим голосом пробормотал староста, — как есть чертовщина.

— Не боись. Ну-ка, — парень извлек из-за пояса еще одну такую же штуковину и вложил ее в руку старосте деревни, — направь на дерево и вот сюда пальцем дави. Только держи покрече, вырывается. И аккуратнее, не убей никого, на других не направляй.

— Что, прям давить и все?

— Да.

— И так же бахнет?

— Выстрелит. Да.

— Боязно что-то мне.

— Дай сюда, — вперед вышел один из мужиков что помоложе, тот самый, что выпил больше всех и теперь стоял покачиваясь от хмеля. — Мне не страшно. Куда давить?

Грохнуло еще раз. Мужики вздрогнули, хмельной стрелок едва не упустив неизвестное оружие, смотрел расширенными не то от ужаса, не то от восторга глазами на здоровенную выбоину в стволе дерева, пьяно подхихикивая, остальные же, мрачно прикидывали что же будет с человеческим пузом, коли твердое дерево так рвет. Уберегут ли доспехи от такого?

— Доспехи пробивает как бумагу, — словно прочитав мысли сообщил пришлый. — даже магические щиты не все держат. Если внезапно напасть, никто и мыслью шевельнуть не успеет. Один выстрел — один труп.

Нетрезвый стрелок навел оружие на соседнее дерево, снова нажал на железный штырь, который указал пришлый, но грохота не последовало, громобойка лишь сухо щелкнула.

— Одноразовая, — пояснил парень. — Надо переснарядить после каждого выстрела.

— Ты стало быть, можешь таких добыть?

— Верно.

— Сколько же такая штука может стоить? Боюсь мы позволить себе не сможем.

— Уверен, община ваша что-то да накопила за годы. А я вам скидку сделаю хорошую.

— С чего вдруг такая доброта?

— Мы стремимся распространить наши идеалы по континенту, а потом и по миру, — не совсем понятно изъяснился пришлый. — Готовы инвестировать в свои интересы… Короче, если захочешь дать отпор графским, готов выдать вам оружие считай бесплатно, отплатите за каждый ствол головой графского солдата.

— А может нам лучше тебя сдать? — хохотнул подвыпивший стрелок, — я кажись вкумекал, что у вас на возах под дерюгой. Глядишь граф за пойманного шпиона и целый воз иноземного оружия нам и подати простит, да и пацанов наших не тронет.

— Можете конечно попробовать, — улыбнулся пришлый, — но ты же должен понимать, что если с этим оружием, толпа вас, тупых деревенщин, сможет перебить полк графской гвардии. То отряд профессионалов, который много лет управляется с такими штуками, сможет выкосить всю вашу деревню. Эти пистолеты — самое слабое из того что есть у нас. Все мои люди вооружены, рыпнетесь на нас — и вам не придется дожидаться графских, мы вас всех тут и положим.

— А силенок-то хватит?

— Да уж хватит.

Все почему-то поверили, и моментально уяснили для себя что проверять сие на практике не станут. Молодой парень держался уверенно, отчего остальным сделалось как-то неуютно. Мужики поверили что если этот пришлый захочет, они все в этом лесу и останутся.

— Ну, что скажете, селюки? Готовы за себя постоять?

— Мы все помрем.

— Безусловно, — усмехнулся парень. — Все умрем не сегодня так завтра, а не завтра так через десять лет. Но сейчас у вас появился шанс не безропотно сдохнуть как свинья на бойне, а огрызнуться напоследок, да так, что может быть еще и подольше проживете чем могли бы.

— Ну пусть даже убьем мы завтра тех, кто за податями приедет, а потом что? Граф соберет солдат да еще больше пришлет.

— Значит вы еще больше убьете. И скажете что будете повторять процедуру до тех пор, пока граф не вернет прежнюю норму податей, да не пообещает не трогать молодняк ваш. Император затребовал войска для войны в Альде. У вашего графа просто нет больших сил, чтобы гробить их тут. А с этим, — парень подбросил на ладони оружие, — вас только отрядом спесивых задавить можно будет.

— Сладко стелешь, — покачал головой староста. — Да чую, жестко спать.

Глава 9

Вернувшись из леса к взволнованным селюкам, слышавшим грохот выстрелов, но не сумевшим понять что это такое, я стянул с телеги дерюгу, накрывающую деревянные ящики, в которых штабелями лежали магически созданные мной ружья и пистолеты.

Недельку они протянут, не развоплотятся, думаю местные колхозники успеют за это время графской кровушки попить, может даже во всей округе остальные деревни на бунт подбить. Пускай режут друг дружку, не все же мне их убивать. Если завтрашнее побоище увенчается успехом, в чем я не сомневался ни на минуту, попробую отправить старосту в гастроли по окрестным селам. Пусть расскажет, что произошло, да как они — селюки — графским гвардейцам накостыляли. Если пистолетов партию с собой возьмет, ему поверят, может и голову графского счетовода или капитана гвардии с собой прихватить. Надо ронять авторитет местной власти.

— Разбирайте, — я вытащил из ящика незаряженный пистолет и кинул его старосте, — собери вече, совет или как там оно у вас называется. Расскажи что да как, обсудите все, а я потом, объясню всем как пользоваться оружием. У нас на подготовку одна ночь. Время дорого.

Седой староста кивнул и отправил мужиков собирать люд, я же не стал дожидаться деревенского сборища и вернулся в комнату к нашим.

После театрального представления с целым взводом доппелей я чувствовал себя выжатым как лимон — управлять такой массой клонов было сложно. Что-то я делал не так. Разумеется, ни о каком отдельном управлении каждым бойцом даже речи не шло. Я еще больше зауважал покойного Салазара, каждый доппель которого, вел себя как самостоятельное, живое существо. Очевидно, был какой-то иной способ управлять воображаемыми существами, помимо ручной работы по переставлению каждой руки и ноги. Я пока умел оперировать массой доппелей как единым блоком и весь мой полк, по сути, был одной единицей, с общим ну пусть будет разумом, за неимением более подходящего слова. Хотя я назвал бы это управляющей матрицей, а если уж совсем просто — то набором ниточек за которые мне приходилось постоянно дергать.

Забрав телеги с податями, мы отдалились от деревни на приличное расстояние, и убедившись что лесок надежно скрывает нас от колхозников, я развоплотил полк. Мне кажется даже лошади удивились, когда оказались вдруг не в окружении сотен людей, а в компании десятка человек.

— Ну ты как? Нормально? — сразу же приблизилась ко мне Линда, а вместе с ней и временный начальник моей охраны, который еще час назад играл капитана графской гвардии. Илюзии на пустотнике не держались, так что он щеголял в самых настоящих доспехах графского гвардейца. Пока я разбирался с «несущим дождь» мои ребятки без дела не сидели, и нескольких гвардейцев таки оприходовали, залутав гербовую одежку.

— В порядке. Продолжаем работу. Разделяемся. Я в деревню, а ты бери ребят своих, тех что играли гвардейцев крупным планом, забирай лошадей с возами зерна — их крестьяне могут узнать, возвращаться в деревню им противопоказано, да и двигайте в лес, на шестую наверное, точку. Мне хватит тех, что ждут в кабаке. Мы потом присоединимся к вам.

Я с Линдой вернулся в деревню окольными путями, под стелсом и иллюзиями, чуть ли не ползком на брюхе, стараясь не попадаться никому на глаза. Народу было на удивление много — заявление графского сборщика податей взволновало селюков и те устроили внеплановый совет, да еще и не один, собственно, стоило только селюкам собраться в одном месте больше трех, как они тут же превращались в искусных политиков и геостратегов, обсуждая что бы все это могло значить и как дальше быть.

Печальная особенность толпы в деревнях — это то, что там все друг дружку знают, а значит скрыться в толпе не получится. Никаких ниточек тянущихся от меня к графскому полку быть не должно, и всем должно было казаться что пришлые путники вообще сегодня из номеров не спускались. Я не думал что кто-то всерьез обратит на нас внимание, но все равно предпринимал все меры предосторожности. Как бы там ни было, к вечеру, смешавшись с народом, мы все же смогли попасть в кабак не привлекая внимания. Понять сходу, зашли мы откуда то извне или просто спустились со второго этажа в забитый посетителями зал, было невозможно.

Ну а дальше по классике шпионских романов — старосту я завербовал без особого труда. Точнее седой все еще сопротивлялся, слегка, а вот его, с позволения сказать коллега, который успел накидаться больше всех, идеей задать трепку графским солдатикам загорелся сразу. Может потому что был самым молодым, может потому что семьи и детей не имел, и не переживал особо, а может у конкретно этого селюка был такой склад характера, и не повстречайся он с нами, через пару лет подался бы в наемники или солдаты. В общем, ему идея запала в душу, а авторитет среди селян, как я понял, у него имелся. Главное было найти ледокол, а дальше взломать лед трусости, лени и упорства, оказалось несложно.

— Как все прошло? — сразу же поинтересовалась Линда, едва я переступил порог комнаты и затворил за собой дверь.