Григорий Родственников – Серебряная пуля. Антология авантюрного рассказа (страница 26)

Отец не сразу понял, что шахтой руководит Блэквуд – тот то ли сам по себе так сильно изменился за более чем десять лет, то ли зло в его сердце настолько изменило его.

Когда отец понял, кто перед ним, он поклялся остановить Блэквуда, ибо был уверен, что и здесь этот чёрный человек замышляет нечто ужасное. Он стал следить за ним. А мне велел держаться в стороне. Чуть более недели назад отец пришёл и сказал мне, что уйдёт на несколько дней. Мне он велел ждать его и не высовываться. Я честно ждала его всё это время, но он всё не возвращался, и беспокойство во мне всё росло. В конце концов я отправилась искать отца. Обойдя весь городок, я решила заглянуть в шахты. Взяв отцовский меч, я отправилась во тьму. Отец научил меня видеть в темноте, так что я не боялась.

А потом… – тут девушка не сдержалась и всё-таки всхлипнула, но вновь нашла в себе силы продолжить, – я увидела, как ты сражаешься с цзянши, и сердце моё почувствовало, что эта тварь была когда-то моими отцом. Ужас сковал моё тело, я могла лишь наблюдать. Я видела, как чёрные когти цзянши пронзили твой бок, и поняла, что ты не заметил этого в пылу схватки. Когда ты убил… вампира… да, эта тварь уже не была моим отцом; и, наверное, оно и к лучшему, что он погиб от рук такого воина, как ты… Да и не ты виноват, что он стал монстром; наверняка, это Блэквуд сделал его таким, – девушка вновь ненадолго умолкла, – я не сдержалась; ярость лишила меня разума, и я напала на тебя. И почти одолела, хотела убить… но увидела у тебя на шее тайный знак Магвандуи – иероглиф, означающий единорога – твой ранг. Он невидим для непосвящённых; и хвала небу вовремя остановилась. Вам стало плохо, и я принесла вас сюда и обработала ваши раны. Вот и всё. Господин мой, по закону клана Магвандуи – теперь ты моя семья. Прошу, прими меня. Смотри, у меня тоже есть знак, пусть и ранг мой ниже твоего, но я часть семьи, – девушка подошла и, склонившись над Доусоном, обнажила худое, но мускулистое плечо; и инквизитор увидел на её коже иероглиф, обозначающий Рыжего пса – ранг Магвандуи, которого не постыдился бы и славный воин-мужчина

Лули накрыла кулак правой руки ладонью левой и слегка наклонив голову – древний жест пожелания гармонии среди всех мастеров боевых искусств Китая, а склонённая голова говорила о смиренной просьбе. Доусон не имел права отказать: таков был кодекс чести. Он сложил руки так же, как Лули, и тоже слегка наклонил голову. «Прошу, прими руку мою, дабы поддержала она тебя в час нужды», – произнёс он ритуальные слова и увидел, как губы девушки тронула лёгкая улыбка

V. КРАСНАЯ ЖАЖДА ДОМ ЧЕРВЯ. КОНЕЦ ТЕБЕ, БЛЭКВУД

Инквизитор передвигался невероятно быстро. Огромными, нечеловеческими прыжками он покрывал расстояние, отделявшее посёлок шахтёров от гостиницы. Да и в той твари, в которую ему пришлось обернуться, не было ничего человеческого – лишь железная воля Доусона не позволяла ему скатиться во тьму, стать одним из тех монстров, на которых он охотился.

После того, что охотник узнал, он решил действовать немедленно. Интуиция подсказывала ему, что Блэквуд, кем бы он ни оказался, начнёт действовать очень скоро. Лули он сказал, чтобы она собирала вещи и ждала его неподалёку от города. А если с рассветом он не вернётся – немедля уходила подальше. Девушка никак не хотела его отпускать, по крайней мере одного… В сознании Доусона звучали слова, сказанные девушке перед уходом: «Не у одной тебя Иань забрал дорогих людей. У меня тоже, давным-давно… Наше знакомство недолгое, но я уже привязался к тебе и не имею права рисковать остатками семьи. Я остановлю колдуна», – девушка прижалась к инквизитору и всхлипнула, но согласилась, что иначе нельзя.

Отдав все деньги, что были при нём, Доусон кое-как встал и, опираясь на трость, вышел из хижины. Сил катастрофически не хватало; пришлось вспомнить магию, которой бойцы инквизиции пользуются лишь в крайнем случае – Джуй́о – гневная форма: эта магия на короткий срок давала огромную мощь, конечно, если сумеешь её удержать, а для этого необходимо было питаться. Среди инквизиторов Джуйо была известна как Красная жажда.

Вот и гостиница: одним прыжком инквизитор заскочил в окно своей комнаты, которое почему-то было открыто. Внутри была Сьюзи – девушка самозабвенно шарила в дорожном мешке охотника на нечисть, должно быть, решила, что у заезжего траппера денег куры не клюют, раз на чай по полдоллара даёт. А ведь у неё есть ключи от всех дверей… Она не сразу заметила Доусона, а когда заметила – онемела от ужаса. И было от чего: над ней возвышалось худое, бледное как смерть существо ростом не меньше двух метров, с длинными руками и мощными ногами. Пальцы оканчивались длинными, изогнутыми, чёрными когтями. Глаза – узкие, горящие алым прорези, и пасть, полная жутких, острых зубов.

«Нашла что-нибудь?» – оскалился инквизитор. Немедля, он схватил девушку и, удерживая на весу, впился ей в шею клыками. Какая-то часть его ликовала, а человеческий разум, удерживаемый с таким трудом, вопил и протестовал против подобного зверства. Но таково бремя воина против чудовищ. Несколько секунд, и всё было кончено – тело наполнилось силой чужой жизни. Отбросив бледный, труп, Доусон бесшумно выпрыгнул через окно на улицу. Его предположения оказались правдой: в гостинице действительно был подземный ход. Его обнаружил отец Лули. Ход был в подвале гостиницы. Куда он вёл? Доусон предположил, что прямо в логово Блэквуда: хитёр стервец – прячется на виду. Так и вышло: метров через сто ход расширился, и Доусон понял, что он либо в подземной пещере, либо в каком-то заброшенном рукаве старой шахты. Но куда идти? Ходы могут тянуться на километры. И тут инквизитор почувствовал запах сигар. Ещё через пару сотен метров Доусон увидел свет и услышал множество голосов. Говорили как по-китайски, так и по-английски.

«Наверняка, головорезы Блэквуда. Что ж, пора повеселиться».

Когда Блэквуд и его личная охрана встревожились, услышав приглушённые вопли из тоннеля, ведущего в большой хорошо освещённый зал – было уже поздно: чудовищное существо, высекая когтями искры из камня, выскочило на них из темноты. Выскочило и едва успело затормозить – Доусон увидел большое звездообразное устройство, некий механизм, похожий на пентаграмму, очертания которого всё время слегка менялись. Механизм, словно живой, колебался и перетекал, как шагающая на месте морская звезда. А рядом, привязанная к столбу, стояла Лули.

«Чёртова непослушная девчонка!» – с досадой подумал инквизитор.

– А-а, вот и кавалерия подоспела, – удовлетворённо произнёс Блэквуд, – видел моё детище? Да вот беда – не даётся мне тонкая настройка. Я человек деловой, ходить вокруг да около не люблю; так что сделка: мы оба знаем, что инквизиция давно изучает такие машины. Вы копаетесь в них годами в надежде, что эти штучки откроет вам путь в Инань и вы отомстите за прошлое; а ты в этом деле всегда особенно усердствовал, да, безотцовщина? – издевательски хохотнул Блэквуд. – Признаюсь, когда ты внезапно пропал, я был обеспокоен: подумал, ты узнал чего лишнего и рванул к своим. Мои люди обшарили всё, что могли, и шахты тоже. Они нашли пепелище – свежее, следы горения на камне были необычайно сильными; а ещё – кровь. Я и смекнул, что это вы с вампиром танцевали и что ты ранен: у цзянши нет крови. Признаю́сь: начал уже думать, что ты заполз в какую-то дыру и там подох от ран. Это несколько расстраивало и меня, и мой план. Но поиски пришлось прекратить. Кроме того, множество других проблем требовало моего внимания. А ты, оказывается, прятался где-то недалеко; уж не в шахтёрских ли лачугах? А потом появилась эта девчонка: со следами твоей ци. И я понял, что ты жив и придёшь за ней, а значит, план мой в силе. И как это жёлтое отродье пробралось сюда? Едва поймали – уложила пятерых моих людей. Здоровы́ же вы, китаёзы, ногами махать, – с издевательской улыбкой Блэквуд повернулся к Лули. Та одарила его взглядом, полным ненависти. – Да, так же на меня и твой отец смотрел. Грозная ты наша. Чего задёргалась? Скоро всё кончится. Так о чём это я? Ах, да, сделка: настраиваешь машину так, чтобы её энергия давала мне силу. Да, она может и это, не удивляйся, дружок. Я впитаю энергию иных миров, и моё могущество возрастёт стократно. И вот тогда… я отомщу этим выскочкам из Инаня, этим недоучкам что посмели изгнать меня. – Кулаки Блэквуда нервно сжались. – А вы, так уж и быть, гуляйте пока на все четыре стороны. Давай-ка, любитель Джуйо, прими свой обычный вид – и за работу. Выбора у тебя всё равно нет.

В установившейся тишине раздался неприятный шелест, переходящий в хруст, – инквизитор с трудом принял человеческую форму. Его вырвало кровью; он узнал в ней кровь Сьюзи, и его вырвало ещё раз. Хорошо, хоть одежда к таким резким трансформациям приспособлена: осталась на нём в целости и сохранности. С трудом, опираясь на трость, прихваченную из хижины Лули, Доусон поднялся.

– А ты, молодец, отгрохать в таких условиях Структуру фон Неймана… Неплохо для недоучки и сборщика подати. Всё просчитал: нашёл хорошее местечко для своих делишек, сделал из отца девушки цзянши, вызвал меня сюда, притворился напуганным дурачком, и я почти попался в твою ловушку, браво.