Григорий Родственников – Серебряная пуля. Антология авантюрного рассказа (страница 21)

– И что нам делать?

***

Возвращаться в гостиницу было рискованно – их могли поджидать, – но Рен заверил, что номер пуст. И пока Сергей собирал уже разложенные вещи, попутно раздумывая, как и куда им ехать, Рен неотрывно пялился в стену.

– Ты что, завис?

– Слежу за обстановкой.

– Ты это серьёзно?

– Если стены не толстые, я и сквозь них искры вижу. Ты ведь не хочешь, чтоб нас застали врасплох? Если собрался, то нам лучше уйти.

Они спустились по лестнице – Сергей выселился из номера – и вышли на улицу. Был уже вечер – автомобили стояли в пробках, по тротуару массовкой двигались люди. С одной стороны, затеряться в толпе казалось разумным, с другой – к ним могли подобраться из отдела. Рен сказал, что в толпе они уязвимы: его ударят шокером, а Сергея – ножом. В таком трафике никто сразу не сообразит, что случилось.

– Идём по Могилёвской, спустимся в метро, – предложил Сергей.

– В метро нельзя. Вернёмся в отель, попросишь вызвать такси.

Сергей послушался, с улыбкой подошёл к регистратору и, солгав, что у него разрядился телефон, попросил вызвать такси. Конечный адрес он не знал, замешкался – Рен сказал, что им нужно на автовокзал.

Пробка была глухой, поток почти не двигался. Рен внешне оставался спокойным, но кусал губы. Сергей же пребывал в напряжении: что если Третий отдел всё-таки организует захват? Никто даже не удивится, что кого-то арестовали в пробке – всего лишь минутное развлечение. А если Рен сумеет их обезвредить, то привлечёт внимание. Чёрт его знает чем это обернётся.

Может, лучше сдаться?

Сергей плохо понимал, почему позволил втянуть себя в эту историю. Не понимал, почему Рен подверг его опасности. Они могли просто поболтать, вспомнить детство, поделиться незначительными событиями. Вовсе не обязательно было вываливать эту грязь на стол. Рен поступил подло, а Сергей захотел помочь – поздно осознал, что помощи от него нет и не требуется. Зато сам оказался в опасности.

– Слушай, Рен, я знаю, что это прозвучит глупо, но, может, лучше сдаться?

– Я-то сдамся, а что будет с тобой? Об этом ты подумал?

– Да не убьют они меня. Даже если я стану болтать, кто мне поверит?

– Ты не знаешь, как они работают, а я знаю.

– И как?

– Не оставляют свидетелей. А будешь болтать – таксиста втянешь.

Водитель либо не слушал их, либо делал вид, что не слышит. Но в лице он не поменялся и в салонное зеркало ни разу не взглянул. Хватит ума – о подозрительных пассажирах «не вспомнит», особенно если спросят представители власти. На его месте Сергей бы ограничился ложью: да, были такие пассажиры, ничего необычного, довёз их до автовокзала – всё.

Дальше ехали молча. Час простояли в пробке, ещё минут двадцать тащились со скоростью пешехода. До автовокзала было далеко, но Рен внезапно попросил остановиться. Сергей обеспокоился, поблагодарил за поездку и вышел следом.

– Что случилось?

– Мы должны потеряться. Они наверняка знают, в какую машину мы сели.

– А вдруг они знают, куда мы едем? И куда мы едем? Автобус – это хорошо, там документы не нужны, а потом? Что будет потом, Рен? У нас нет плана, мы понятия не имеем, что делаем.

– Чего ты на меня орёшь? – вдруг озлобился тот. – За меня двадцать лет решали другие люди, откуда мне знать, что делать?

Рен отошёл к китайскому ресторанчику, устало прислонился к стене. Китайцы. Видимо, о переговорах можно забыть. В живых бы остаться, хотя опасность пока была только на словах Рена. Вдруг он чокнутый и никаких преследователей нет?

– Знаешь, Рен, если на кону моя жизнь, я хочу доказательств.

– Каких?

– Не знаю! Каких-нибудь!

Рен покусал губу, тяжело выдохнул и долго пялился на грудь Сергея. Его синий глаз будто бы светился, но, вероятно, так падал свет.

– Серёж, сейчас у меня нет доказательств. Идём.

– Нас найдут по камерам.

– Найдут. Мы сойдём где-нибудь на трассе.

– А если они будут ехать следом? Там нас и поймают.

– Давай просто сядем в автобус.

– Нет, Рен, в городе безопаснее. Мы даже не знаем, куда ехать. Нас везде найдут, это ж не пятнадцатый век, не получится просто исчезнуть. Да наши рожи уже, наверно, по всем постам разослали. На что они готовы, чтоб тебя вернуть? Господи, и я в это ввязался!

Сергей схватился за голову и почувствовал детский порыв сорваться с места и бежать. Неважно куда, главное – подальше от источника опасности. А там уже будь что будет. Возможно, его не станут преследовать, решив, что никому он ничего не расскажет.

Из ресторанчика вышел администратор и обратился к Рену:

– Извините, вас к телефону.

Сергей испуганно замер. Рен нерешительно взял трубку и молча поднёс к уху. Собеседник, видимо, наблюдал за ними, потому что в динамике сразу послышалась неразборчивая речь. Говорил неизвестный непрерывным монологом, а потом замолчал. Рен кусал губы и потерянно осматривался. Сергей нервничал – по-видимому, решалась их судьба.

– Но я же в городе, что не так?

В трубке рявкнули – Рен вздрогнул и судорожно сбросил звонок. Он нервно закусил ноготь и с детской беспомощностью проглядел ряд припаркованных автомобилей. Телефон зазвонил снова, но Рен не отвечал.

– Возьми трубку, придурок! – выругался Сергей. – Договорись с ними!

Рен обречённо посмотрел на администратора, принял вызов и нерешительно поднёс телефон к уху. Теперь собеседник не кричал, говорил ровно, как и в первый раз. Говорил долго, может уговаривал, а Сергей нервно озирался и воображал, что сейчас мимо проедет внедорожник и их всех расстреляют, как в дешёвом блокбастере.

– Нет, это неправда! – возмутился Рен. – Я не обманывал! Это вы меня обманули: сказали, что наблюдения не будет, а сами… Нет, не надо Роману Арсеньевичу! Пожалуйста, не говорите ему!

Собеседник ответил коротко. Рен до крови прокусил губу.

– И почему я должен вам верить? – спросил он враждебно и в параллель с собеседником зло воскликнул: – Вы всегда так делаете! Нет, я вам не верю, Роман Арсеньевич меня накажет. Нет! А если тронете Серёжу, я убью вас всех!

Он сбросил звонок, сунул телефон администратору и, схватив Сергея за локоть, потащил прочь. Они почти бежали по самой кромке между тротуаром и газоном, старательно обходя каждого прохожего и загнанно поглядывая на припаркованные автомобили.

– Что они говорили? – спросил Сергей.

– Ничего хорошего для тебя.

– Кто такой Роман Арсеньевич?

– Мой куратор. Серёж, это неважно! Нам нужно спрятаться и всё обдумать.

– Нам некуда бежать! – вспылил Сергей и рывком остановил его. – Ты должен был договориться с ними!

– Не будь наивным!

– Я для них неопасен.

– И ты в это веришь?

– Я верю в справедливость.

– Ну и дурак! Нет никакой справедливости, нет никаких «правильно», есть только расчёт и необходимость. Знаешь, сколько искр я уже задавил? Это же так удобно – бесконтактное убийство: раз – и никто не подкопается. Это ты жил счастливо, а я даже не знаю, когда мой день рождения. Я не хочу к ним возвращаться.

Сергей молчал. Он не знал, каково это – быть на месте Рена, и знать не хотел. Жаль, что жизнь обошлась с ним подобным образом, дала ему эту способность, превратив в бесправного Джинна из лампы. Но Сергей не был в этом виноват, он не хотел ввязываться, не хотел подставляться. Хотел просто вернуться домой и, так же как двадцать лет назад, смириться с тем, что друг пропал.

А был ли Рен другом? И что он сделает, если попытаться от него сбежать?

Сергей выдохнул.

– Ладно, пойдём через лесопарк – там камер нет. Выйдем к старому кварталу. Он закрыт, там дома под снос, камер тоже нет, из людей только бомжи и наркоманы. Найдём, где спрятаться. Но думать надо быстро и не только о тебе. Если у меня есть шанс, ты должен мне помочь.

Рен покорно покивал.

***