Григорий Павленко – Искра (страница 15)

Шорох слева. Тяжёлый. Медленный. Иша подняла глаза.

Дарагх стоял у стены. Один из средних – не тот буйный молодой, не Рохан. Другой, без имени, которое она знала, – бугристая шкура, когти, оранжевые глаза. Он стоял неподвижно, как каменное изваяние. Смотрел на неё.

Иша замолчала – дарагх не шевельнулся, стоял и ждал.

Она перевернула страницу.

– …и первый из них нёс молот, ибо молот – то, чем кузнец перековывает мир…

Второй дарагх вышел из-за угла. Сел. Тяжело, с хрустом, скрежетнув когтями по камню. За ним – третий. Четвёртый. Пятый – Рохан, с негнущимися пальцами правой руки, прижатыми к груди. Он сел с краю, наклонил голову. Тихий жест – почти человеческий.

Иша остановилась. Посмотрела на них – пятеро, полукругом. Разные: один шире остальных, у другого гребень вдоль хребта, третий – поменьше, с узкой мордой. Но все – неподвижные. Огненные глаза – ровные, без обычного мечущегося жара. Тихие.

Они пришли сами. Она не звала.

Дочитала до конца страницы. Перевернула. Следующая легенда – короче, проще, о том, как слуги Отца-Солнце пришли в долину, где люди прятались от Тьмы, и вывели их. И люди боялись, ибо те были из огня. Но огонь не тронул их. И тогда дети вышли первыми, ибо дети не знают страха, который знают взрослые.

Иша закрыла книгу и подняла голову.

Не ушли. Сидели. Смотрели. Горящие глаза – десять штук, по два на каждого – в сумерках казались углями, выложенными полукругом.

В дальнем углу двора воздух дрожал – не от жара, иначе. Как стекло. Иша моргнула – пустой угол, тёмный камень.

Амбар лежал рядом. Хвост обёрнут вокруг её ног. Урчание – тихое, глубокое, от которого вибрировал камень.

Что-то произошло. Иша не понимала – что. Но воздух изменился. Стал теплее – нет, не от жара. Теплее как-то иначе. Как в доме, когда все пришли с поля и сидят за столом, и никто не говорит, но все здесь.

Она убрала книгу в мешок. Встала. Дарагх сидели. Не двигались. Рохан моргнул – медленно, тяжело.

– Завтра, – сказала Иша, и не поняла, зачем сказала.

Рохан наклонил голову. Остальные не шевельнулись.

Иша пошла к нише. Амбар поднялся и пошёл рядом, и его шаг был бесшумен, и его бок был горяч, и когда она оглянулась через десять шагов – они всё ещё сидели. Пять тёмных громад, неподвижных в красных сумерках. На следующий вечер их было семь.

* * *

Водосборник оказался глубже, чем она думала.

Каменная чаша – круглая, широкая, врезанная в пол северного двора – собирала влагу со стен. Вода была горячей. В первые дни – почти кипяток; сейчас – или вода остыла, или Иша привыкла. Когда горячее успело стать нормальным? Горячая, не обжигающая. С каменным привкусом и запахом мокрой породы.

Иша огляделась. Двор пуст. Раннее утро – кхаш ещё спали клубками в нижних ярусах, дарагх на дозоре. Она стащила рубаху, штаны, сапоги. Сложила стопкой на сухом камне. Рубаха – та, из дома, – была серой от пыли и тёмной от пота. Штаны – не лучше. Она не мылась… Иша посчитала. Больше двух недель. С последнего ручья на дороге.

Вода обняла ступни, колени, бёдра. Горячая – до ломоты в костях, до покалывания в коже, которое через десять ударов сердца стало блаженством. Пар поднимался от поверхности, лёгкий, с запахом мокрого камня, и оседал на лице, и Иша выдохнула – долго, с голосом, – и этот выдох звучал не по-человечески. Звучал, как то урчание Амбара, когда ему чешут за ухом. Тело отпускало всё: грязь, напряжение, шершавость камня, въевшуюся в ладони. Колени ныли – пар проникал в мышцы, и Иша опустилась глубже. Горячая вода поднялась до подбородка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.