Григорий Кузьмин – Изменение ума. Заметки о прошлом, настоящем и будущем русского государства (страница 33)

Нам нужно избавится от примата точек роста, которые якобы должны потянуть за собой всю экономику, от преклонения перед национальными проектами, целевыми показателями и стратегическими программами. Вся эта целеустремлённость была необходима только на коротком этапе истории страны – в начале нынешнего века, чтобы вывести её из кризиса; сегодня же работа должна носить иной характер – это должен быть спокойный каждодневный труд по устранению слабых мест и коррекции развития отдельных отраслей. Важны не числовые показатели эффективности – они вторичны – важно качество работы, её согласованность и надёжность получаемого результата. Сегодня определяющее значение должны иметь не целевые показатели, а наличие осознанного плана работ и, главное, образа будущего, который будет постепенно воплощаться в реальной жизни.

Достижения народного хозяйства обязательно появятся в сильной и устойчивой стране, но они должны являться закономерным итогом и вершиной жизни целого общества, а не результатом давления власти и консолидации усилий народа для достижения отвлечённых целей. Никакие успехи в космической отрасли не помогли нам в прошлом веке сохранить Советский Союз. Нам нужна не передовая, а крепкая, стабильная и устойчивая страна, даже если она сегодня будет не на первых местах по отдельным показателям. Нам нужны не высокие рейтинги власти и восторженное возбуждение населения от преходящих побед, а глубоко осмысленная, сознательная работа всего общества по строительству своей жизни и своего будущего. Только путём такой напряжённой внутренней работы русский народ сможет стать самим собой и найти себя в этом таком непрочном и вечно колеблющемся мире, только таким образом он сможет стать настоящим камнем и якорем спасения для всех соседних народов, а в перспективе и для всего человечества.

В этом контексте стоит обратить внимание и ещё на один момент: отказ от понимания экономики и всей общественной жизни как статистики и бухгалтерии и её наполнение духовным содержанием неизбежно приведёт к тому, что потеряют значение современные технократы, примат компетенций и показателей эффективности, а также, вероятно, и уже всем успевший надоесть Единый государственный экзамен. Всё это необходимо при нынешнем политическом режиме, озабоченном показателями лидерства, но будущая Россия должна стать гуманитарной страной, где не креативный класс общества как продукт конкурентного развития передовых отраслей, а всесторонне развитая и целостная личность с глубоким пониманием окружающего мира будет иметь преимущество перед всеми остальными. Более того, я убеждён, что только при таком, рассмотренном выше, характере общественной жизни думающий человек получает и смысл и значение, а я очень хочу, чтобы Россия была страной именно думающих людей. Не передовой страной, ищущей своё место на глобальных рынках, а государством всесторонне развитых и сильных индивидуумов, ищущих самих себя.

* * *

Пожалуй, на этой мысли уже почти пора поставить точку в нашем исследовании. Не столько потому, что мы создали полноценную альтернативную картину мира, способную разрешить противоречия российского и мирового развития, сколько потому, что такую концепцию нельзя создать в тишине кабинета и начертать на страницах книг. Будущее должно рождаться не в процессе теоретических размышлений, а в ходе решения реальных задач, как результат стремления создать социальную систему адекватную потребностям времени и мировоззрению реальных людей. Теория должна рождаться из жизни, а обратное мы уже пробовали. В данном разделе лишь сделана попытка определить основные смысловые линии понимания мира и сформулировать основополагающие законы государственного строительства. В заключение осталось добавить несколько существенных моментов, касающихся всемирно-исторических перспектив.

Помимо перечисленных выше, нам следует перенять у европейцев ещё одно качество – неприятие силы и милитаризма. Кризис нынешнего века – изобретение оружия массового уничтожения, расцвет феминизма и нарочитый псевдогуманизм – это то, что со всей очевидностью делает невозможными полномасштабные войны, но это и повод задуматься всему человечеству, может быть впервые в своей истории, что нам пора сделать шаг вперёд: от культа силы к новому миропорядку, где мужчина снова возьмёт в свои руки бразды правления вселенной, но уже не с помощью физической силы, а опираясь на ум и духовность, где человечество впервые перейдёт от экстенсивного пути развития к интенсивному, где рост будет осуществляться не за счёт экспансии, а за счёт углубления, усложнения внутренних общественных структур и подлинного раскрытия потенциала человеческого духа.

Сегодня мы пытаемся найти ключ к общечеловеческому будущему, но тратим время на тщетные попытки создать то, что давно уже существует. Ключ к будущему у нас перед глазами, и он всегда был тут. Мы за последние полтора века совсем забыли, что единственным мотором эволюции человечества является христианство, потому что только оно и делает историю мира поистине всеобщей. Однако сегодня нам нужно признать печальный факт: нам не удалось построить религиозный рай на земле. Две тысячи лет прошли почти впустую и Средневековье не вышло ни в России, ни в Европе. Оказалось, что христианство – это действительно сложно, что этот мир слишком далёк от того, чтобы жить по религиозным законам. Но может быть, нам нужно теперь новое Средневековье, где мы будем уже пытаться понять религию, а не слепо воплощать в жизни её обряды? Где мы попытаемся осмыслить социально-политическое измерение религии, а не только индивидуально-духовное? Сегодняшний мир к этому по-настоящему располагает: исчезла вера людей в божков и духов, а западная наука и техника по-настоящему многое изменили в нашей жизни. Исчезло противостояние христианства и язычества, и все религиозные заблуждения христианского мира навсегда сгорели в горниле мировых войн. Но само христианство никуда не делось: каждое воскресенье в храме мы сталкиваемся с тем, что превыше нашего понимания, что входит в коренное противоречие со всем окружающим миром, со всем, что мы знаем и понимаем. Не думаю, что это повод отказаться от мира, но это лишь повод глубже понять религию, что она несёт в себе и как можно воплотить её потенциал в таком огромное секулярном мире. Я убеждён в том, что будущее этого мира не за русской культурой, не за капиталистической глобализацией и не за своеобразием всего остального человечества – будущее за универсальным христианством, в котором только и могут разрешиться все противоречия всемирной истории. Но это не какое-то отвлечённое христианство, а такое близкое и хорошо знакомое нам православие, сохранившее в самом себе представление о сути вещей и ключ к пониманию Бога, мира и человека. Осталось только понять, где здесь религия, а где здесь наше, человеческое и остро злободневное, и отделить их друг от друга. А что касается того, кто станет двигателем мировой истории, то здесь тоже нет для нас никаких неожиданностей: русский народ, однако не потому, что мы лучше других или в нас заключена какая-то тайная природная сила, но потому, что в этом наш свободный и осознанный, а также исторически и даже географически обусловленный выбор – стремление сплотить человечество и построить истинный рай на земле. Наконец, и сама общечеловеческая Империя – это не безликая глобальная сила, а наша собственная Российская империя со вполне очевидным духовным центром, понятной системой ценностей и сложной исторической судьбой.

Что же касается нашей цели на ближайшую историческую перспективу, то она должна состоять не в подавлении Запада или воссоединении Русского мира, а в объединении Запада и России, то есть христианского мира. Распад христианства – это единственная по-настоящему страшная трагедия всемирной истории, это была подлинная духовная катастрофа, это был крах мечты о сплочении человечества и победа тенденции к его разделению. Всё, что мы имеем сегодня – итог сделанного или не сделанного тысячу лет назад выбора. Бесспорно, проще всего махнуть на Запад рукой, обвинить его во всех смертных грехах и пойти искать правду на стороне. Иногда действительно легче найти язык со всем миром, чем с собственной семьёй, иногда легче сделать ставку на геополитику и экономику, чем увидеть тысячи мельчайших духовных нитей, которые сплетают нас с европейцами и американцами в единое целое. Разумеется, нет худа без добра, и мы с Западом нашли самих себя за последнюю тысячу лет и многое поняли об этом мире, но теперь настала пора искать не то, что нас разделяет, а то, что нас объединяет. Только это и может повернуть ход всемирной истории вспять и остановить процесс саморазрушения человечества.

Однако объединение мира должно происходить не за счёт подавления и навязывания другим своей точки зрения, как и не за счёт того, чтобы сидеть и смотреть, как заблудшие вымирают, а выживают только хранители истины. Расширение Империи как процесс сплочения человечества – это не только о том, чтобы у кого-то что-то перенять, но и о том, чтобы это что-то сохранить и включить в себя как целое, как живой и самобытный организм. Универсализм, оптимизм и неприятие силы не всё, что у Европы есть. Помимо этого в европейцах есть ещё что-то такое, что всегда привлекает русскую, да и не только русскую, душу: какая-то совершенно потрясающая искра живого человеческого таланта, проявление необыкновенного и нигде больше неповторимого разнообразия. В европейцах есть что-то такое, без чего всем остальным на этой планете будет бесконечно скучно жить. Возможное исчезновение западной цивилизации – это страшная трагедия, которой мы, в глубине души, и опасаемся сегодня едва ли не больше всего на свете. Конечно, Европа – это не центр мира, но, в конце концов, зачем нам мир, в котором не будет Европы?