Григорий Крячко – ШРАМ: ОБРЕТЕНИЕ АДА (страница 72)

Монолитовец, наверное, даже и не понял, что вообще с ним произошло. Только мир вдруг сосредоточился в глазах на маленькой черной точке, стремительно выросшей до размеров целой планеты, которая со страшной силой ударила в голову. Стоявший рядом со снайпером боец в экзоскелете сообразил, что произошло, только когда голова соратника странно дернулась, а на затылке образовалось здоровенное кровавое отверстие величиной с кулак.

В тот же момент Шрам, действуя очень быстро, чуть-чуть сместил ствол винтовки и снова выстрелил. Будь вместо «Буллпапа» СВД, силой отдачи прицел сбило бы серьезно, а у этой винтовки все обстояло намного проще — только короткий, резкий, почти нечувствительный через «Севу» толчок в плечо. Наемник не надеялся попасть во врага, но судьба решила, конечно, иначе.

Монолитовец ощутил страшной силы удар в нагрудную бронеплиту, шатнулся, потерял равновесие, инстинктивно переступил ногами, выравнивая тело. Однако короткое движение, свойственное обычному человеку, на сей раз благодаря усилителям ног вышло иначе. Разум и рефлексы не учли срабатывания сервоприводов, и вместо восстановления равновесия вышел мощный рывок вперед. А так как монолитовец стоял на самом краю пятого этажа высотки, то его весящее вместе с костюмом полтора центнера тело не удержалось, рухнув вниз.

Разработчики боевого экзоскелета учли многое, но не все. Например, тот факт, что его обладателю придется когда-нибудь летать с высоты в пятнадцать метров, да еще вниз головой (перевесила тяжелая бронезащита, баллоны с воздухом и блок аккумуляторов на загривке). Монолитовец успел во время падения издать только короткий вопль, а потом приземлился на бетон площадки точно на голову, которая от такого удара вошла в плечи, череп же просто обратился в кашу. Труп распластался на земле.

Шрам не видел всего учиненного им безобразия — после второго выстрела он вскочил и что есть духу кинулся вверх по лестнице, пока враги не опомнились и не открыли по нему ответного огня. Вдруг у них там тот же миномет припасен, специально для дорогих гостей? «Монолит» — это не бандиты. Ума и возможностей на порядок побольше.

Засев за будкой, Шрам взялся за гранатомет, но высовываться не спешил. Совершенно правильно сделал, ибо на то место, где он был минуту назад упало и оглушительно взорвалось несколько осколочных гранат. Интересно! Рукой так далеко металлическое яйцо не запустишь. Из рогатки их кидают, что ли? Наемник представил себе, как монолитовцы закладывают в полоску резины от автокамеры гранату, оттягивают, запуская в полет.

Когда отгрохотали автоматные очереди, Шрам осторожно высунулся из-за угла будки, на глаз прикинул дальность и высоту места обстрела, и выпустил одну за другой все шесть гранат по новостройке. Раздалась серия громких взрывов, здание окуталось бетонной пылью, дымом, кто-то протяжно завопил от боли, снова послышалась стрельба. Шрам перезаряжал оружие для нового обстрела, когда его ПДА пискнул. От Лебедева пришло лаконичное сообщение: «Прошли».

Наемник решил было, что хватит тратить боеприпасы и решил уже отступать, как его внимание привлек странный, несвойственный здешним местам звук: рокот мощного мотора. Это, разумеется, уже не та «Нива», сама по себе ожившая рядом с военными складами — звук усиливался, накатывался, пока не материализовался в вылезший на улицу внизу старый, еще советских времен постройки БТР. Башенка с крупнокалиберным пулеметом лихо развернулась в сторону трансформаторной будки.

Шрам животом вниз бросился на землю, и очень вовремя: над ним, кроша кирпичи, прошелся огненный шквал, по спине и шлему забарабанили обломки, большой кусок кирпича сильно стукнул по локтю. Наемник закусил губу от какой-то детской обиды и досады — надо же так по-дурацки влипнуть! Ввязался в совершенно дикую, нелепую перестрелку, оттого угодил в ловушку. Сзади БТР, впереди куча рассвирепевших врагов. Ни туда, ни сюда. Бронетранспортер в гору, конечно не залезет, да и нечего ему тут делать: достаточно следить, прижимать наглеца огнем, а сверху спустятся сторожа и расстреляют наемника в упор.

Лежать так просто и ждать смерти Шрам тем не менее не собирался. Как только отгрохотала очередь, он вскинулся и выстрелил из «Бульдога» по броневику. Граната, конечно, особого вреда машине не нанесла, но БТР вдруг пополз назад. Шрам пустил еще две гранаты, метясь в плоскую, стесанную морду и дуло пулемета. Он, похоже, добился своего — броневик больше не стрелял. Опасаясь осколков, сидящие внутри монолитовцы даже не вели огонь сквозь бойницы.

Вот теперь, как говорится, пан или пропал! Наемник, мысленно простившись с жизнью, пулей вылетел из-за будки и, хрустя ботинками по кирпичному крошеву, помчался вверх по заросшему травой откосу, к забору из бетонных плит, окружавшему здание. Скорее, скорее! Сердце, без того уже устало стучащее в груди, от бешеной нагрузки взорвалось сумасшедшими скачками и ударами. Будь на месте его обычный автомобильный насос — можно было бы услышать, как воют шестеренки.

Сзади грохотнул пулемет БТРа, пули взрыли землю, пропахали ее вслед за удиравшим человеком, но не достигли его. Подстегиваемому страхом Шраму даже показалось, что его зацепило по ноге, а боли он не ощущает лишь из-за самоспасения организма от жуткой боли, и она придет позднее, а пока, стоит скосить глаза, внизу окажется разлохмаченное кровавое мясо. Однако все осталось цело, и наемник благополучно достиг верха. Не ожидавшие подобной наглости, монолитовцы даже не успели открыть по нему огонь сверху.

Хлопнул «пузырь» в кармане, сразу же затрещал датчик радиации. Черт, неужели «пятно»? Или просто зараженное место? Разбираться не оставалось времени. Шрам выпустил по скелету здания оставшиеся три гранаты, потом побежал вдоль забора. Сзади гулко ухнул взрыв, одна из плит покосилась, а потом, расколотая пополам, сложилась подобно исполинской книжке, удерживаемая только прутьями стальной арматуры внутри бетона. «Монолит» запоздало сообразил, как можно прикончить наглеца, и кто-то выстрелил из гранатомета в забор, прикинув траекторию. Замешкайся Шрам на пару секунд — его бы просто расплющило.

Он понял, что спасся только тогда, когда обогнул забор и скатился с откоса с другой стороны. Вниз от стройки уводила широкая ровная дорога, но Шрам ей не воспользовался, сбивая прицел врагов, петляя не хуже зайца. По нему действительно стреляли, но как-то вяло. Наверное, враги уже поняли, что сумасшедшая выходка одиночки — не более чем провокация, а основные силы уже просочились с другой стороны. Какой, спрашивается, смысл тратить время и патроны на бродягу?

«Монолит» не сдавался, и воздвиг еще одну преграду для непрошенных гостей в центре Лиманска, возле двух больших зданий администрации и НИИ. На высокой башне засел еще один снайпер — у стражей Зоны, похоже, с обученными и решительными людьми проблем не имелось. Стрелок заставил боевиков Лебедева залечь на подступах к площади, поперек которой виднелся еще и забор из намотанной колючей проволоки.

— Эти сволочи сварганили забор под током! — прорычал Лебедев плюхнувшемуся рядом с ним наемнику прямо в ухо, — Там еще чертов снайпер сидит. Мы отвлечем его огнем, ты в это время постарайся пробраться за здание НИИ. Там ему уже не будет обзора, а ты попытайся отключить генератор. Или кабель перебить, как уж получится.

Один из боевиков «Чистого неба» вдруг с невероятным проворством вскочил и, переметнувшись на несколько метров вперед, снова упал. В темноте верхнего яруса башни сверкнул огонек и долетел хлесткий звук выстрела. Чистонебовцы тут же открыли по снайперу ураганный огонь, не надеясь его зацепить, лишь только заставить спрятаться.

Шрам же, которого отнюдь не утешала мысль о рыщущем где-то по мертвому городу БТРе, помчался тем временем вправо, за угол каменного добротного здания, отыскал подъезд, выбил заколоченную трухлявую дверь ногой, отчего доски так и посыпались щепками, пулей влетел внутрь. Стоит монолитовцам подогнать броневик поближе — и Лебедеву конец. Даже если они и угробят БТР, он успеет скосить из пулемета большую часть бойцов, а дальше можно уже не идти, а просто дружно стреляться всем скопом, на радость «Монолиту».

Наемник взлетел вверх по замусоренной темной лестнице. Как и следовало ожидать, чердачный люк оказался открыт. Неудивительно — монолитовцы наверняка дотошно осмотрели все здания в округе, подходящие использовали их под свои нужды. Этот же дом, бывший некогда жилым, почему-то никак их не заинтересовал, и потому остался без надзора. И зря! Ну, заминировали бы его хотя бы в целях профилактики.

Шрам по сваренной из труб металлической лесенке забрался на чердак, и пошел вдоль крыши к выходящему вбок окошку, сквозь мутные стекла которого пробивался тусклый дневной свет. Ссохшиеся рамы не хотели открываться, но наемник не хотел шуметь в логове врага, поэтому снова пустил в ход нож. Возле площади загрохотали выстрелы — Лебедев и его люди честно выполняли свою работу, отвлекая на сей раз внимание врага сами.

Угол дома почти смыкался со зданием НИИ, вдоль стены которого по верху шел длинный, довольно широкий козырек, снабженный даже невысокими перилами. Шрам, подойдя ближе, оценил свои силы, после чего отошел на несколько шагов, взял резкий разбег и прыгнул. Он вполне мог рухнуть вниз, подобно недавно подстреленному им же врагу, но судьба уберегла его от такой незавидной участи. Наемник приземлился на козырек, с разгону приложившись всем телом о стену. Он тут же распластался по ней, приник, гася инерцию, чтобы не отшагнуть назад, за край, и тут же присел, не попадаясь на глаза врагу.