Григорий Грошев – Сложно, как дважды два (страница 11)

Родители княжны объявляли то о помолвке, то даже о грядущей свадьбе. Но, к примеру, никогда не предлагали Феденьке остаться в их имении на ночь. А Ольга отказывалась поехать с будущим супругом даже в Крым! Не говоря уже о более далёких путешествиях. Правда вскрылась и оказалась неприятной. Любовник Ольги, пожарный Михаил (простолюдин, но сие – вторично), в одно прекрасное утро схватил Иванова за галстук и угрожал повязать узлом на его шее нечто иное.

Потом была Татьяна. Не станем приводить её фамилию – та довольно известна, особенно в Москве. Дворяне, что любят строить с размахом. К Татьяне Фёдор не испытывал никакой любви. Однако же, жили они вместе, еженощно спали, выбирались в путешествия. И вторая женщина разбила Федино сердце, но – с предупреждением. Татьяна оказалась гиперсексуалкой (в простонародье – «хочухой»), что нисколько её не тяготило. Выжав все соки из Феди, она переключилась на следующую жертву.

После была Анна. О, святая женщина! С ней будущий следователь впервые понял, что союз мужчины и женщины может строиться на уважении. Фельетонистка, журналистка, она была крайне наблюдательна, а порой – едка. Но Анна взмывала в облака, и вытащить её оттуда было невозможно. Она никогда не говорила, что чувствует на самом деле. Всегда хранила секреты. Потом была…

– Федя! – с упрёком сказала Алиса. – Ты что, опять о работе думаешь? Спать немедленно.

Следователь давным-давно привык, что она умела если не читать мысли, то улавливать их тональность. И если он не испытывал абсолютно никакой ревности к её бесконечным мужикам, то Алиса была собственницей. Обняв свою любовницу, Фёдор погрузился в сон. Он так и не сходил в баню. Не поужинал, не выпил чаю. Но ему было хорошо.

Утром Иванов проснулся на мягкой перине. Тело его утопало в шёлковом белье, а в одеяле не было никакой необходимости. Ретивые слуги натопили так, словно за окном был сибирский мороз, а не московский холод. Фёдор понежился, после – долго гладил бархатную кожу Алисы, а та – довольно смеялась. Вдыхал аромат её волос. После их позвали к завтраку: в восемь утра стол уже был накрыт.

Ничего лишнего. Британская яичница, овсянка, тосты из лёгкого хлеба. Разговор не клеился. Все мысли Фёдора были только о Петре Гагарине и его загадочных изобретениях. Взять, к примеру, Робота. Это чудо техники? Или это нормальная эволюция науки? Хорошо, а голограмма, которая умела распознавать человеческий голос и отвечать на вопросы?

– Федя, – позвала его Алиса. – Я уже полчаса рассказываю тебе о том, куда меня отправляет наш директор.

– Да-да, милая, я внимательно слушаю, – улыбнулся Иванов.

– Просто реакции никакой… – с подозрением сказала ведьма. – В общем, я сказала «да». Ежели ради оцифровки архивов требуется отобедать с князем… И ежели на том настаивает директор…

Фёдору стало жутко интересно, с кем должна была обедать любовница, но переспрашивать было бы бестактно. Так бы ведьма точно поняла, что он не слушал её совершенно. Оставшиеся пять минут он пытался поймать нить разговора – но тщетно. После Иванов приказал слуге вызвать ему такси.

– Зачем тебе? – удивилась Алиса. – Мой водитель подвезёт нас обоих.

– Ох, не стоит, – покачал головой Иванов. – У нас в полиции, веришь ли, все такие глазастые… Зачем тебе лишние пересуды?

Ведьма вздохнула. И что она нашла в этом напыщенном индюке? Почему всё время держала в душе какую-то робкую надежду на женское счастье? Быть может, с ним она бы перестала искать любовь… Впрочем, вряд ли. Такое поведение человека, который уже много лет не оправдывал её ожидания, развязывало девушке руки. Фёдор был эгоистом и не видел большой проблемы. Он не считал, что Алиса хотела семью. Правда, вопросов об этом он ей тоже никогда не задавал.

– До встречи, душа моя, – сказал следователь на прощание и пошёл в такси.

Примерно в тот же час Святослав проснулся в своём кабинете. Помещение больше напоминало чулан, ну или чрезмерно захламлённую камеру. Цокольный этаж, два метра в ширину, три – в длину. Старый затёртый стол, полки, заваленные бумагами. Детектив вынужден был довольствоваться стулом, и после пробуждение ныла спина, шея и плечи. Святослав быстро размялся, но из-за резкого движения у него свело мышцы правой руки. Чертыхнувшись, детектив нажал на кнопку электрочайника.

В ту ночь он решил не ехать домой, дабы не перебудить домашних. И теперь утренний пейзаж был безрадостным. Пыль, тусклый свет из окна на цокольном этаже. Кофе «Три в одном». Как гласила реклама: всё, что нужно для пробуждения! Сахар, кофе и сливки! Реклама безжалостно врала. Сахар был необходим, чтобы скрыть отвратительнейший вкус кофе. А сухие сливки были призваны придать белый цвет напитку – который без них оказался бы подозрительно светлым.

К девяти часам утра пути Святослава и Фёдора сошлись в одной точке. Впрочем, к этим двум векторам присоединился ещё один – довольно неожиданный. И он прибыл по душу обоих служителей закона…

Глава 11. Разбор соколиных полётов

Рабочее утро началось отнюдь не с кофе. Фёдор своим сверхъестественным чутьём сразу понял: что-то не так. Он собирался поразмышлять об этом в своём кабинете, но не довелось. Полицейский отдал честь и тут же виновато пожал плечами. Следователь в замешательстве остановился.

– Фёдор Михайлович… – произнёс дежурный, когда следователь Иванов пересекал фойе парадной части отделения. – Здравствуйте! Вы только не ругайтесь, бога ради…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.