Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 170)
бумажки и неизвестный злоумышленник, а им мог оказаться
кто угодно, в том числе и вы, написал на этой бумаге донос.
Можно и так истолковать, товарищ генерал-майор.
«Не сдается наглец!» — негодовал Орлов.
— Прочти на закуску вот это, — сказал Орлов, протягивая
Осокину чистосердечное признание Зотова. На какую-то долю
секунды, забыв об осторожности, Осокин взял в руки донос
Седугина, написанный на простой бумаге. «Изменила ему вы
держка! — торжествовал Орлов. — Держись, Осокин, сюрпри
зы еще не исчерпаны».
— Майор Зотов и лейтенант Дашков наглые клеветники.
Они незаслуженно опорочили меня. И это называется сослу
живцы?
305
— Вас оклеветали? Жаль мне вас, Осокин, — насмешливо
протянул Орлов, пряча в карман прочтенные Осокиным бума
ги. — Возможно, Зотов и Дашков немецкие шпионы? Или япон
ские? Y нас в лагере работают японцы. Они бы вполне могли
связаться с ними.
— Не исключено, товарищ генерал-майор. Мы живем в
кольце врагов. От них любой пакости жди, — с совершенно
серьезным видом ответил Осокин.
— Уж этот мне мировой империализм! К самому полков
нику Осокину щупальцы протянул. Вы наблюдательны, но вам
изменила выдержка: пить меньше надо. Желудок у вас... По
дайте ваш бокал. — Осокин, пожав плечами, протянул Орлову
бокал. — Красивый рисунок. Вы не находите?
— Недурственный... Разрешите полюбопытствовать, когда
ж е мне изменила выдержка? Может, поделитесь своим бога
тым опытом?
— А отчего же и не поделиться? — Орлов зевнул и сладко
потянулся. — Время позднее... Но для милого дружка и сереж
ка из ушка. Вы обратили внимание на пепельницу. Да, я не ис
куриваю папиросу до мундштука. Похвальная наблюдатель
ность. Но вы не взглянули на бокал. Сверху он покрыт тонким
слоем специального состава. Какого? — я думаю, называть не
обязательно.
— И?..
— ...отпечаток ваших пальцев остался на втором заявлении
Седугина. Первую бумагу у вас выкрали. А вторую? Как она
попала к вам в руки?
— Шантаж! Я сумею доказать...
— Ничего вы не сумеете...
— Вы подсунули мне!
— Я? Это клевета! Майор Зотов подтвердит, что вы в его
присутствии диктовали Седугину текст второй записки.
— Он не посмеет!
— Еще и как посмеет! И лейтенант Дашков тоже. Два
вполне благонадежных свидетеля.
— Ну, это еще как сказать. И кроме того, не забывайте об
Игоре...
306
— А какие у вас доказательства? Несостоявшийся донос Ру
саковой, написанный рукой Зотова. Безыконникова? Она мер
тва...
— Лучший свидетель — сам Игорь.
— Я подумал и об этом. Игоря Николаевича нет в живых...
— Как... «нет в живых»?!
— Случайно приняли за беглеца и пристрелили, — спокой
но пояснил Орлов, нажимая кнопку.
— Неправда! Вы не могли им пожертвовать! — Дверь, ти
хо скрипнув, открылась. На пороге, за спиной у Осокина, вы
росла фигура Зотова.
СДЕЛКА
— Не верите мне, спросите майора Зотова о судьбе глав