Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 100)
мире временно, — голос полковника звучал вкрадчиво и друже
любно. — Сколько людей самых высокопоставленных потеряли
голову. Каменев, Пятаков, Тухачевский, Якир, Коссиор... Имен
таких великое множество. Нам, простым людям, их не пере
считать. Но может случиться, что потеряет голову еще кто-либо, из тех, кого мы с вами хорошо знаем. Был начальник
управления
лагеря и нет начальника управления. Закон
борьбы.
— Почему же назначили меня, если он был против?
Полковник понял, что Зотов не слышал его рассужде
ний о потерянных головах и не понял прозрачного намека.
Охваченный страхом, майор пытался разрешить одну единст
венную загадку: чем и когда он вызвал неудовольствие все
могущего шефа.
— Вас хотели перевести на работу в управление, еще при
жизни Гвоздевского. Полковник весьма энергично хлопотал о
вас, майор Зотов. Но хозяин сказал свое категорическое нет.
Нынешний перевод в больницу тоже не обошелся без неко
торых осложнений. Хозяин категорически запротестовал против
вашей кандидатуры, но тут произошла случайность, очень
184
приятная для вас: хозяина вызвали в главное управление ла
герей, пока он отсутствовал, его заместитель и я подписали ваше
назначение. Вернувшись, хозяин устроил нам небольшую взбуч
ку, но сделанное — сделано. Пока нет никаких оснований пе
реводить вас в другой лагпункт. Пока...
— Но за что ж он меня? За что? Служу честно, зекам по
тачки не даю. Приказы выполняю неукоснительно.
— Может быть поэтому он вас и не любит.
— Вы... думаете?
— Я ничего не думаю и не советую думать вам, майор.
За нас с вами есть кому думать. Я просто высказываю раз
личные догадки. В мои годы не вредно пофантазировать. Мне
пришла в голову сумасбродная и, заметьте, необоснованная
идейка. Y хозяина с полковником Гвоздевским были некоторые
разногласия. Злые языки поговаривали, что якобы Гвоздевский
обманывал шефа, не отдавал ему полностью побочных дохо
дов. На этой почве они принципиально разошлись. Это, разу
меется, наглая выдумка. Кристаллическая честность Гвоздевского — вне всякого сомнения. Но чего только не сочинят вра
жеские элементы, чтобы опорочить безупречных людей. Дого
варивались даже до того, что будто у хозяина была любовница,
а полковник Гвоздевский поспешил уведомить об этом супругу
хозяина. В результате у них возникли дополнительные разно
гласия во взглядах на жизнь и работу. Возможно, хозяин, имея
предвзятое мнение о Гвоздевском, какую-то долю своей анти
патии к нему перенес на вас.
— При чем же тут я?
— Вы — супруг его племянницы и в какой-то степени род
ственник Гвоздевскому, а хозяин... — полковник пожевал гу
бами, — имеет весьма своеобразные взгляды на родственников
тех сослуживцев, которые имели несчастье не совсем угодить
ему.
— Тогда мне лучше подать рапорт о переводе.
— Об этом мы поговорим попозже. Не кажется ли вам,
как бы поточнее выразиться, что трудно объяснить, почему
главврачу предоставлены такие привилегии? Заключенный ссо
рится с майором и в результате пострадал майор. Если кувшин
падает на камень — горе кувшину, если камень падает на кув
шин — горе кувшину. Кто же кувшин, а кто камень? По логике
185
— камень майор, а получается наоборот. Сложно и непонятно.
Главврачу отпускают излишне много спирту, медикаментов, по
суды и различные продукты питания. Больным выдают про
стыни, посуду, вплоть до тарелок и ложек, и даже тратят на них
дорогостоящие медикаменты. И все это делается по личной