Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям том 2 Земля обетованная (страница 45)
— Вот и хорошо! — обрадовался Рыжий. — По баракам
расходись! — звонкий голос Рыжего разорвал наступившую
тишину.
— Сами же велели прийти, — проворчал кто-то за окном.
— Я тебе велю! — окрысился Рыжий. — Шагом марш на
место! Уводи, Васек, своих коблов! — подружки Васька, ру гаясь и ворча себе под нос, удалились.
— Давай, Игорь! — напомнил Рыжий, подходя к окну.
Игорь Николаевич приподнял половицу, достал три бутылки
спирту и подал их в окно.
— Маловато! Еще бы одну!
— Больше нет, Рыжий! Последние из гашника отдал.
— Об нас не упоминай в правлении, — подал голос ефрей тор.
— Могила! — поклялся Игорь Николаевич.
— Если погоришь, Игорь, возьмут тебя в центральный
изолятор, тогда уж скажи, что мы без дела не сидели. О Ваське
помяни и что рвались мы не забудь.
— Обещаю.
— Тебе можно верить, Игорь. Хороший ты мужик! Я ж
говорил, зачем нам другой лепило! — расчувствовался Рыжий.
— Иди! Небось тебя приятели ждут, им тоже выпить
охота!
113
— И правда, пойду, — сказал Рыжий и вскоре шаги над зирателей затихли за окном.
— Игорь Николаевич!
— Рита! — обрадовался Игорь Николаевич, подсаживаясь
к девушке.
— С доктором... ничего не случилось?
— Здесь я, Рита, — откликнулась Любовь Антоновна.
— Лягте хоть вы! — рассердился Игорь Николаевич. — Мало мне заботы!
— Ей плохо? — спросила Рита. — Я подойду...
— А ну ляг! Минуты врозь прожить не могут, — ворчал
Игорь Николаевич, укладывая Риту.
— Меня к доктору позвали... Потом схватили за горло.
Это было или мне показалось?
— Руку дай, — потребовал Игорь Николаевич, не отвечая
на вопрос Риты. — Я тебе укол сделаю. Поспишь немного и
лучше будет.
— Они не придут?
— Повыше рукава засучи! Никто не придет, Рита. Закрой
глаза и постарайся ни о чем не думать.
— Мне это снилось?
— Снилось, Рита! Поспи еще и увидишь хороший сон. — Игорь Николаевич, услышав ровное дыхание Риты, подошел
к Тимофею Егоровичу. — А вы куда? — раздраженно спросил
он, увидев, что Любовь Антоновна поднимается на ноги.
— К больному.
— Вам нельзя, профессор! — запротестовал Игорь Нико лаевич.
— Молено. Y меня небольшое переутомление.
— Вас не переспоришь, Любовь Антоновна!.. Женская ло гика...
— Логика врача, — Любовь Антоновна плотно поджала
губы. — Он бредит. О дочери вам не говорил?
— Ася! Доченька, — шептал Тимофей Егорович.
— Ту девушку тоже звали Ася... Он раньше о дочери вам
не говорил?
— Не упомню, Любовь Антоновна... Горячая ночка вы пала... Третья попытка ликвидировать меня... Еще одна неудач ная попытка — и я пациент психиатрической больницы.
114
— Я понимаю, что вы сегодня испытали, но...
— Не в этом дело, Любовь Антоновна. Сегодня не случи лось ничего особенного. Заурядное покушение, примитивное
средство... знакомые исполнители, битье окон и... дружеская
попойка на вахте в тесном солдатском кругу. Но я-то каков!
Трижды на меня покушались! Не каждый деспот может по хвастать таким обилием покушений. Еще раз попытаются, во ображу я себя Наполеоном. На Бонапарта покушались дваж ды, а на меня четырежды. Значит я не просто император
французов, а Наполеон в квадрате...
— Вы все шутите, — улыбнулась Любовь Антоновна.
— Надо же вас как-то отвлечь от горьких мыслей, профес сор. — Трудно жить с черными очками на глазах.
— Шутки невеселые.
— Да. Я отделался легкой царапиной. А Тимофей Егоро вич...