Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 6)
голод грыз ее сильнее обычного. Утром — морген фри, — ве
чером — нос утри, — невесело шутила Рита, провожая гла
зами поблекшие листья, медленно плывшие к земле. Сегодня
бывший парк встретил ее неприветливым угрюмым молчанием.
Забытые, неухоженные деревья сиротливо жались к берегу
реки, все еще скованной тонким панцирем дряхлеющего льда.
Голые ветви спящих великанов настороженно замерли в ти
шине. Они словно ждали кого-то, ждали враждебно, со стра18
хом. В морозные вьюжные ночи прошлых зим к ним крались
женщины с топорами в руках. Холодное дерево таило в глу
бине своей тепло и жизнь. Оно манило к себе бледных, ис
питых матерей, закутанных в черные лохмотья. Старый хро
мой сторож отпугивал их гулкими выстрелами — и дерево
встречало весну. Случалось, что сторожа не было. Глухие
удары топора рождали надежду в сердце матери, что дерево
не проснется весной, зато светлых дней дождутся ее дети. В
долгой неравной битве иногда побеждала мать, иногда — сто
рож и дерево.
— Кого изволите ожидать? — раздался чей-то знакомый
голос над самым ухом Риты.
— Никого я не жду, — вздрогнув от неожиданности с
досадой ответила Рита.
— Забыли? Меня?
— Ким! Как вы меня нашли?
— Военная тайна. О ней знают двое. Я и начальник отдела
кадров. Догадываешься ?
— Вы спросили у него мой адрес?
— Угадала.
— Холодно... Я пойду домой.
— Зря торопишься. С тобой хочет познакомиться...
— Кто?
— Моя сестра Домна. Мы — двойняшки. Это нас так папа
назвал. Меня — Ким, Коммунистический интернационал моло
дежи, то есть я, — Ким с усмешкой указал на себя пальцем,
— а ее Домна — в честь пылающих доменных печей. Я ее
захватил с собой. Не возражаешь?
— Как хотите.
— Домна!
— Иду!
— Знакомьтесь — моя сестра Домна. Похожа она на до
менную печь?
— Ким!
— Умолкаю.
— Подруги меня называют Домина. Домна — старое рус
ское имя. Я недавно читала «Мещане» Писемского. Там одну
женщину звали Домна Осиповна Олухова.
— Олухова?
19
— Сам ты — олух.
— Извини, Доминочка. Она много читает, Рита. Простите,
девушки, я вам помешал. Продолжайте знакомиться.
— Рита.
— Очень приятно, — Домна величаво протянула Рите руку.
— Завтра наш день рождения. Папу после обеда срочно вызва
ли Туда, — Домина небрежно подняла руку. Палец ее, белый
и выхоленный, указывал в ночное небо, затянутое сплошной
пеленой свинцовых туч. — Мама гостит у брата. Соберется одна
молодежь. Попоем, станцуем, повеселимся.
— Я не смогу прийти. Y меня...
— Я говорил Домине о твоей тете...
— Я боюсь — ей станет хуже.
— Отойди на минутку, Домна. Я скажу Рите пару слов на
ухо. Ритка, ты мне очень понравилась. Сразу!
— Я не приду.
— Ты любишь тетю?