Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 3)
циллин? Я обещала ей... Сегодня не пойду на работу... Судить
будут... Простят... Я не нарочно... Побегу в больницу.
— Пропустите меня. Я должна поговорить с доктором,
— умоляла Рита людей, толпящихся у дверей врачебного ка
бинета.
— Молодая еще. Постоишь.
— Я детей дома одних оставила. Они орут там благим ма
том, а ты без очереди лезешь.
— Не пускайте ее, очередь для всех одна.
13
— Тут здоровых нет.
— Она небось больничный по блату получит, а тут стой
как проклятый.
Из полуоткрытой двери кабинета выглянула невысокая
худощавая медсестра.
— Товарищи, не шумите. Вы мешаете нам работать.
— Пропустите меня! Y меня тетя умирает. Пропустите!
— Рита кричала так громко, что стоявшие у дверей на минуту
смолкли.
— Вам необходимо обратиться в регистратуру, чтобы выз
вать врача на дом.
— Я была, сказали, что сегодня на дом врачи не ходят.
— Я вам ничем не могу помочь.
— Тетя умрет. Прошу вас!
— Элеонора Эдмундовна! Пропустите ко мне эту девушку.
Садись и не реви.
— Моя тетя... Вы вчера у нее вечером были. Я в регистра
туре узнала. Может помните ее? Ломтева. Мария Павловна?
Ей очень плохо, доктор.
— Помню Ломтеву. Я ей велел лечь в стационар. Она от
казалась.
— Я уговорю ее, доктор. В больнице спасут тетю Машу?
— Мы не волшебники. Сделаем все, что можем.
— Это очень опасно?
— Y нее правосторонняя пневмония. Воспаление легких.
В таком возрасте это опасно. Организм крайне истощен. На
грани алиментарной дистрофии.
— Она умрет?
— Глупости. Спасти можно. Хорошее питание. Yxoa. Пе
нициллин. Самое главное — пенициллин.
— А в больнице он есть?
— Если бы он был, девочка... В офицерском госпитале его
не хватает, а у нас, для гражданских... Ступай, девушка... Меня
ждут больные. Постарайся уговорить тетю, чтобы она легла в
стационар, немедленно.
— А мне разрешат ухаживать за ней?
— По уходу за совершеннолетними больными бюллетень
не выдается. Вы где-нибудь работаете? — неожиданно вмеша
лась в разговор медсестра.
14
— На заводе сто девяносто восемь.
— Вы не имеете права называть номер завода. Это воен
ная тайна. Y вас занижена бдительность! — зловеще проскри
пела Элеонора Эдмундовна.
— Успокойтесь, дорогая коллега. Y девушки такое горе...
— Болтун — находка для врага. Я сообщу куда следует,
— тонкие синие губы «дорогой коллеги» негодующе вздраги
вали, а на щеках выступили уродливые пятна багрового ру
мянца.
Рита молча вышла из кабинета. Целый день она не отхо
дила от тетиной постели. К вечеру ей стало лучше.
— Укрой мне ноги, Рита. Мерзну я, — зябко поеживаясь,
попросила тетя Маша.
Рита заботливо и осторожно укутала отекшие ноги, по
правила соломенную подушку и ласково прикоснулась ко