Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 16)

яблочки, жрали как свиньи. Вас тошнит? Пройдет, мадам.

Зачем я вам говорю о яблоках? Чтоб вы носик свой не зади­

рали. Мы с вамР

1

из одного шалманчика. Только меня ловят

дяди менты, а вас — нет. Вы девушка — ин-те-лли-ген-тная.

Адью, мадам. Мой нежный друг недоволен. Вот что сказал

Леша.

— Ты утверждаешь, что я обкрадываю детей? Договари­

вай, дочка, не смущайся.

— Не знаю, папа. Но Витюшин отец...

— Привозит нам ворованные продукты?

— Да, папа.

Кто ее научил? Я — дурак. И Петька. Изо дня в день

мы твердили при них, что благо народа превыше всего. Наша

цель — счастье всего человечества. Мы — слуги народные.

И договорились! Она поверила нашим словам. Поверила?...

Тогда почему же?..

35

— Ты плюешь на отца. Я воспитал тебя. Работал на вас

всю жизнь... А себя ты жалеешь, дочка?

— Себя?

— Ведь если я вор, то ты моя помощница. Я все до по­

следнего грамма отдавал семье — и ты не брезговала ничем.

— Ты прав, папа. Я была воровкой, но больше не буду.

Народницы. Нам рассказывали о них в партшколе. Они

шли неправильным путем. Дочки генералов, буржуев пе­

реодевались в мужицкую одежду и уходили в деревню. Их

ловили, отправляли в тюрьмы, на каторгу... И дочь моя такая

же? Но они убегали из дому не потому, что их отцы говорили

одно, а жили по-другому... Они боролись за народ... А она за

что? Что если?...

— Раз ты надумала уходить — не удерживаю.

— Спасибо, папа.

— Но я хочу сказать тебе еще два слова.

— Слушаю, папа.

— Ты думаешь, мне одному привозят всякую всячину?

Ошибаешься, дочка. А другие руководители? Разве они живут

на зарплате? Ты бывала у них дома, видела все своими гла­

зами... Почему такого здорового бугая, Витюшиного отца, на

фронт не отправили?! И почему сам Витюша в тылу окола­

чивается?! Ты об этом задумывалась? Я тебе одно могу ска­

зать: все мы жить хотим — и помалкиваем.

— Значит, вы все такие? И справедливости нет?!

— Справедливость! Не тебе судить о ней. Что ты пони­

маешь в справедливости? Фашисты уничтожают миллионы со­

ветских людей. Наша армия сражается и побеждает. Но армия

без оружия — не армия. Кто кует солдату оружие? Ты

скажешь — народ. А на что способен народ без руководите­

лей? На моем заводе делают оружие и этим оружием бьют

врага. Ты хочешь посадить руководителей на голодный паек?

Этого ты хочешь? Мы командуем армияхми, фабриками, заво­

дами. Мы — сыты, народ — голоден? Так ты хотела сказать?

Придет время, наедятся все. Ты вспомнила о туберкулезном

санатории. Кто нужнее сейчас? Оружие или больные дети?

Если бы победили фашисты — они расстреляли бы этих детей!

А по-твоему выходит так. Пусть генерал сидит впроголодь, ду­

мает об ужине, а солдаты его бесславно гибнут, потому что

36

некому было разобрать план сражения. Ты такого равенства

желаешь? Пока у нас еще есть несправедливости. Но это

ненадолго, пройдет. Лучше смириться с маленьким злом, чем

терпеть большое. Лес рубят — щепки летят. Зато посмотришь,

какая жизнь будет у нас после войны. Мы освобождаем не

только себя, а и весь мировой пролетариат от цепей прогнив­