Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 159)
— Она со мной в одном вагоне ехала, — чуть слышно про
говорила Любовь Антоновна.
— Пропадет девка, — ахнула Катя.
— Встать как положено! Почему выкрикиваешь с места?
— спрашивал полковник, не повышая голоса.
— Гражданин начальник, я... без посуды... Есть не из чего...
Без баланды сижу... Воды не напиваюсь... — невнятно бормо
тала оробевшая Лида.
— Фамилия? Статья? Срок?
— Васильева, гражданин начальник... Статья пятьдесят во
семь десять, срок тоже десять...
— Что десять?
— Десять лет, гражданин начальник...
— Еще какие жалобы есть у тебя? Ты говори, не бойся. Я
специально приехал, чтоб беспорядки выявить. Правду ска
жешь — тебе лучше будет, — мягко уговаривал Гвоздевский.
Лида осмелела.
— Нас этапом двадцать дней гнали, и не мылись мы всю
дорогу. Сюда приехали — тоже в баню не сводили. Женщины
282
говорят, что три месяца в баню не гоняли... Вши заедают... Кло
пов полно... Нам чаще надо мыться, чем мужчинам... Сами
знаете, женщинам труднее без воды... — разоткровенничалась
Лида.
— И кормят, наверно, плохо? — сочувственно вздохнул
полковник.
— Картошка нечищенная в супе... Не получишь и такого
без посуды...
— А матрасы мягкие?
— Разве нам матрасы положены? — удивилась Лида. —
Мы на голых досках спим.
— Ай-ай-ай, как нехорошо. Работа тяжелая? — вкрадчиво
расспрашивал Гвоздевский.
— Землю копаем, лес валим, пни корчуем... С работы при
дешь грязная, сами видите, какие мы, а в бараке воды напиться
нет. Слово скажешь — быот.
— И даже быот! Как они смеют! — возмутился полковник.
— Три дня назад с побега принесли одну женщину, —
совсем осмелела Лида, — собака ее порвала, а они нас смотреть
заставили.
— А еще что случилось? — задушевно расспрашивал пол
ковник.
— Боюсь, что накажут меня, когда вы уедете.
— Никто не посмеет, слово даю, — заверил Гвоздевский.
— Три дня назад, когда женщину с побега принесли, на
чальник лагпункта ударил одну старушку.
— За что?
— Она его вором назвала.
— Все понятно. Помолчи, Васильева, а я с начальником
лагпункта поговорю, — ласково попросил Гвоздевский. — Что
же вы, капитан, девушку обижаете? Считайте, сколько она
пунктов обвинения против вас выдвинула: воды не даете —
раз, могли бы ежедневно поить их лимонадом, или уж лучше
портвейном. Как твое мнение Васильева, что лучше: портвейн
или лимонад? Не торопись, подумай, потом подскажешь мне.
В баню не водите — два. Разве вам трудно, капитан, построить
для этих несчастных женщин пару великолепных мраморных
бань? С буфетом, с картинами при входе. Квасом угощайте,
283
когда попарятся. А еще лучше — шампанским. Вы этого не
делаете — спите. Посуды нет — три. Я не советую вам кор
мить заключенных на золотых тарелках, нет, капитан, это
совсем не обязательно, серебряные блюда тоже хороши для
них. В супе картошка нечищенная — четыре. Что вам стоит
кормить их куриными котлетами? Неплохо и жареный индюк,