Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 150)

— Спасибо вам! Трудно жить мне станет теперь без вас...

Как я на своего барбоса посмотрю?.. Раньше верила ему, что

преступников он изводит... А нынче?! Вы такая... и еще жен­

щина та, что кольцо самое дорогое за старуху чужую не по­

жалела... Если б вы сразу сказали мне о кольце, когда выха­

живали меня в тот раз, Мишка б руку к нему не протянул.

— Пока я была у тебя, о кольце я ничего не знала. Пришла

в зону, Елена Артемьевна сказала о нем. Я возмутилась, по­

тому что тоже просила капитана отправить ту старуху в боль-пт щу.

— И вы за нее просили?! Кто ж она такая?!

— Жена священника.

— Матушка попадья! — всплеснула руками Лиза. — Го­

ворил мне о ней Мишка... Вы боговерующая, доктор?

— Я в церковь лет двадцать не заглядывала.

— А Елена Артемьевна?

— Не знаю, но наверно тоже давно не была.

— И вы совсем-совсем в Бога не верите?

— Я верю в доброту людей. Верю в справедливость, в со­

весть людскую. Верю в высший разум...

— Вы книги божественные читали?

267

— Читала, Лиза... Люблю Евангелие, но люди не живут по

нему.

■

— Почему ж е вы за попадью вступились? Другой бы док­

тор продуктов у Мишки попросил, или чтоб на работу его

не гоняли. А вы о попадье хлопочете. Я с детства крестик но­

сила, молитвы знаю: «Верую», «Отче наш», «Живые помощи»

— непонятны они мне: вроде бы по-русски и нс по-русски

совсем. В школе крестик сняла. Смеялись надо мной подруги

и учителя донимали, выгнать из школы грозились. Я в душе

уважаю боговерующих, но в вашем положении просить за по­

падью не стала бы: самой кусок нужнее.

— Я обязана помочь человеку... Долг у меня такой.

— Тоже скажете — долг! Хорошему врачу сунуть надо.

В войну все голодные. И врач есть-иить хочет. Я по отцу знаю:

давала я за него докторам.

— Мало таких врачей, что берут. Есть, но мало, — горячо

возразила Любовь Антоновна.

— Пусть будет по-вашему. Только я при своем мнении

останусь... А еще за кого вы просили?

— В тот раз больше ни за кого. Сегодня — о Елене Ар­

темьевне говорила.

— За хозяйку кольца? Будь я даже на вашем месте и то б

за нее попросила... И больше ни за кого?

— Почему же? Капитан имеет право отправить в больни­

цу пятерых...

— За кого еще, если не секрет?

— За Риту. Я говорила тебе о ней.

— И правильно сделали. Испохабят ее тут жеребцы ока­

янные, как ту девушку. Пускай отдохнет в больнице, попра­

вится. Вы о пятерых сказали, Любовь Антоновна, — напомни­

ла Лиза.

— Какие мы женщины любопытные... Все хотим знать. Я

просила капитана о Кате.

— Тоже девушка?

— Ей двадцать семь лет, девятый год в лагерях.

— В тридцать седьмом ее арестовали?

— Да.

— Кем же она работала?

— Телятницей.

268

— За что ж ее судили?

— Председатель колхоза заглядывался на нее, она его про­

гнала. Вскоре случилась эпидемия...