Грейс Дрейвен – Эйдолон (страница 26)

Мужчина выглядел странно. Пустой взгляд застыл на изможденном лице, желтые глаза смотрели словно в никуда. Женщина тянула его за руку к себе, как мать маленького ребенка.

Она похлопала его по плечу и обратилась к Некосу и Дендере:

– Это мой брат Софирис. Я Нарида. Мы охотились, когда на нас напали демоны. Они убили мою невестку. Мы с братом едва добрались до реки. Идем в Харадис, чтобы предупредить об опасности.

Двое охранников Киргипы сохраняли бдительность, но напряженные плечи Некоса расслабились.

– Не нужно никого предупреждать. Первая атака галлу пришлась на столицу. Оставшиеся в живых идут этим путем, в Саггару.

Кожа Нариды побледнела до серого оттенка зимнего неба.

– Наш отец живет в Харадисе, – надломленно сказала она и потянула брата за руку. – Ты слышал? Мы можем либо обождать здесь, либо продолжить путь и встретиться с теми, кто идет из Харадиса. Йета может оказаться среди них.

Софирис по-прежнему смотрел в одну точку пустыми глазами. Киргипе захотелось утешить его, когда Нарида обернулась к ним и с горечью все объяснила.

– Он видел, как галлу убили его жену. – Дыхание с трудом сорвалось с ее губ. – Если нас окружат, я убью его и себя, прежде чем позволю до нас добраться. Я не хочу участи, постигшей Исет.

Некос и Дендера обменялись тяжелыми взглядами, прежде чем Некос сбросил тюк с плеч и опустился на корточки.

– Это безопасное место для привала, как и любое другое. – Он поднял самодельное копье, которым ловил рыбу. – Вы можете отдохнуть и разделить с нами улов.

Нарида приняла приглашение и усадила брата напротив Киргипы и Дендеры. Пока Дендера разводила небольшой костер и устанавливала подставку для вертела, Нарида, вооружившись стрелами, пошла с Некосом на мелководье. Очень быстро они наловили рыбы на всех.

Софирис безучастно жевал кусочки, которые Нарида давала ему в руку или подносила к губам. Она вытерла пальцы о штаны, пристально посмотрев сначала на Дендеру, а потом на Киргипу с ребенком.

– Вы путешествуете с женой и дочерью? – спросила она, переведя взгляд на Некоса.

Он кивнул.

– И сестрой. – Некос указал подбородком на Дендеру, которая передала Нариде флягу с водой. – Мы решили, что в одиночку быстрее доберемся до Саггары.

– Но так опасней, – возразила Нарида.

– Не когда дело касается галлу. Собрать столько крови и магии в одном месте? Демонов тянет к каи, как мотыльков к костру.

Некосу не пришлось продолжать разговор, так как Софирис подавился кусочком рыбы. Нарида хлопнула его по спине, и ее брат выплюнул частично пережеванную кашицу себе на колени. Он не смахнул ее и не вытер губы, а просто уставился вдаль.

Сестра вздохнула и погладила брата по волосам.

– Пойдем, – мягко уговаривала она. – Сходим к реке и приведем тебя в порядок.

Киргипа посмотрела им вслед.

– Как печально. Смерть жены сломила его.

– Горе способно на такое, – ответила Дендера, ломая ветки на более мелкие щепки, чтобы разжечь огонь. Она сняла сапоги и вытянула ноги к огню. – Вам обоим стоит последовать моему примеру. Иначе ноги быстро начнут гнить.

Киргипа скинула обувь, облегченно выдохнув, когда тепло стало ласкать пальцы. Некос не двигался, не сводя пристального взгляда с пары на берегу.

– Думаешь, они поверили, что мы семья?

Он пожал плечами:

– У них нет причин сомневаться в наших словах. Продолжим притворяться. Малышка в опасности, пока не попадет к дяде.

– Из-за мести?

Эта мысль привела Киргипу в ярость. Повинная в беде мертва по собственной глупости, а убийство родственников сумасшедшей не избавит мир от галлу.

На этот раз ответила Дендера:

– Некоторые семьи выиграют, если королевский дом полностью вымрет. Гораздо проще убить младенца, чем такого закаленного воина, как Бришен Хаскем.

Киргипа стала раскачиваться, играя с малюткой у себя на коленях. Малышка захихикала и замахала руками. Юная королева оказалась хорошей путешественницей, не ныла и вела себя лучше, чем многие из знакомых Киргипе взрослых.

– Сколько еще ночей до Саггары?

– Три, может, четыре. – Дендера протянула руку и погладила мягкие детские волосики. – Нам придется найти способ добраться до четы херцегов, не крича на каждом углу, что мы несем на руках королеву.

– Это просто, – заявила Киргипа, счастливая сделать что-то полезное, кроме как нести ребенка и менять подгузники. – Я служила херцегеши, когда она недолго гостила в Харадисе. Уезжая в Саггару, она взяла с собой горничную. Я обучалась вместе с Синуэ. Она отведет нас к херцегу или к херцегеши.

– Я также тренировался с ша-Анхусет, – сказал Некос, по-прежнему наблюдая за братом и сестрой. – Это может нам помочь. Буду счастлив добраться до Саггары. Мне надоело путешествовать вместе со следующими за нами галлу… – Он резко замолчал и вскочил.

Озадаченная таким внезапным поведением, Киргипа проследила за его взглядом. Мелькающие тени по ту сторону Абсу скользнули к берегу. Они собрались вместе и сгустились в маслянистую черную массу, которая приняла смутные очертания женщины.

Впервые с момента их встречи Софирис оживился. Он повернулся к галлу, больше не вглядываясь пустым взглядом в одну точку. Черты зловещей фигуры стали отчетливее. Длинные волосы развевались на ветру, как водоросли, тонкие руки поднялись и потянулись к брату и сестре, словно желая обнять.

Непонятные слова полились жутким потоком. Киргипа отпрянула в ужасе, услышав невообразимый голод и тоску в голосе безликой девушки. По коже побежали мурашки. Нарида истошно закричала, когда Софирис внезапно бросился в реку.

– Я иду, Исет! Я иду!

– Боги! – воскликнул Некос и бросился к берегу. Он нырнул в Абсу, Нарида следом за ним. Вода бурлила, они отчаянно плыли к Софирису и поджидающим их галлу. Женская фигура потеряла очертания, расплываясь в бесформенную тьму, но снова вернула себе силуэт, заманивая мужчину в смертельную ловушку.

– Они спасли его!

Киргипа повернулась к Дендере с широкой улыбкой, которая тут же исчезла. Стражница не спускала глаз с реки и хмурилась все сильнее. Киргипа оглянулась.

– О нет.

Софирис сражался со своими спасителями, как обезумевший зверь. Он снова и снова звал жену, нанося удары как по Нариде, так и по Некосу, пока последний не оказался позади него и не обхватил шею мускулистым предплечьем. Софирис бился и извивался в безжалостной хватке, которая медленно сжималась, пока глаза Софириса не закрылись и он не потерял сознание.

– Ты убил его! – завопила Нарида, и галлу вторили ее воплю.

Некос покачал головой и что-то сказал. Слов Киргипа не расслышала из-за рева реки, но Нарида успокоилась. Вдвоем они вытащили Софириса обратно на берег, оставив галлу разочарованно вопить о потерянной добыче. Женский силуэт давно растворился в тине теней, которая бурлила злобной пеной.

Киргипа прижала ребенка к себе и вместе с Дендерой побежала к остальным. Нарида укачивала бесчувственного брата и плакала.

Некос поднялся на ноги. Из многочисленных порезов и царапин капала вода и кровь.

– Ты ранен, – сухо констатировала Дендера.

Некос фыркнул и одной рукой размазал струйку крови по шее.

– Всего несколько царапин. Мне повезло. Замешкайся я, и он бы разорвал мне горло когтями.

Киргипа размотала перевязь и передала ребенка удивленной Дендере.

– Присмотри за ней. Я позабочусь о нем.

Не дожидаясь возражений, она схватила Некоса за руку и повела к костру.

У них осталось мало сухой одежды. В преддверии ночи им нужно разбить ночлег, развести костер побольше и дать всему обсохнуть. Она будет настаивать на таком плане.

Следуя ее приказу, Некос разделся до пояса. Кирпига разложила его мокрую окровавленную рубашку на камни, а он сидел и ждал, когда она позаботится о нем.

Некос оказался замечательным пациентом, он не жаловался и не вздрагивал, пока она промывала глубокие царапины.

– У нас нет спиртного, чтобы обработать раны. А травами я не осмелюсь пользоваться. Молись, чтобы не загноилось. Лихорадка осложнит путешествие.

От его ленивой улыбки жар распространился от ее шеи к лицу.

– Я могу привыкнуть к такой нежной заботе.

Киргипа продолжила с огромной тщательностью промывать порезы, склонив голову. Задача оказалась не из легких, учитывая, что он сидел перед ней обнаженным. Сплошные гладкие мышцы и упругая кожа там, куда не достали когти. Киргипа стала размышлять о галлу, чтобы отвлечься.

– Ненавижу их, – заявила она. – Это не просто голод.

– Всепоглощающая жестокость, – ответил он. – Эти твари наслаждаются болью и страданиями. Для них это божественный нектар.