Grey – Цепи Фатума. Часть 1 (страница 1)
Грей
Цепи Фатума. Часть 1
Книги серии Судьбы Мэриела
Книга #1. Цепи Фатума. Часть 1
Книга #2. Цепи Фатума. Часть 2 – в процессе
Приквел I. Темный Союз
Приквел II. Павшие Земли
Приквел III. Буря Потерь – в планах
Дополнение 1. Дневник Гроффа – бесплатно на всех площадках
Дополнение 2. Мир Предтеч – относится к Темному Союзу и к арке приквела.
Дополнения опциональны.
***
Часть 1
Приключения начинаются.
Обновление
Revival – Возрождение. Любой продукт по прошествию времени нуждается в обновлении. И вот – готово! Новое оформление: обложка, элементы дизайна, портреты, карты, прочие материалы (включая 2 часть).
Но перемены затронули не только графику, но и текст, перед вами – расширенная и исправленная версия истории.
Если отсутствует такое же, как здесь, оформление, а на обложке нет пометки “Revival” – это старая версия, которая не обновлена и более не поддерживается. Знакомиться с ней не нужно.
Карты Мэриела
Герои
Пролог. Роковая ночь
Земли, где все случилось, затерялись среди высоких гор и густых лесов, меж быстрых рек и бескрайних морей, в лоне благодатной и богатой земли, что граничила с пустошью – в противовес – нагой, иссохшей, беспощадной ко всему живому.
Таков наш мир – разорванный на две части пергамент, расколотая фреска, нечто – однажды целое, но ныне разделенное.
Нам – лучшее, им – прочее, жалкие остатки. Так решено. Кто прав, кто виноват? – уже и сама судьба не разберет.
Только вот раньше, во времена давние, люди не всегда единолично и безраздельно властвовали днесь, расселившись в самых благодатных краях материка Мэриел. И живет так сей народ (в благости и процветании) совсем недавно по меркам Колеса иль силы иной – не столь древней (Только кто об этом помнит?).
Теперь это их эпоха и расцвет – вот что важно…
А прочие народы и создания давно покинули границы нового царства и не появлялись очень долгое время – а людям тех лет (к слову, многих) хватило, чтобы перестать вспоминать о некогда совместном прошлом. Само существование тех, кто не схож на людей, предали забвению; но кто-то до сих пор упоминался в легендах и сказках, но чаще – только в страшных историях – их рассказывали при слабом свете свечей, завернувшись в одеяла. Люди стерли воспоминания не только о том, что Мэриел принадлежал ранее всем народам, но и многое иное, дабы сделать мир простым, понятным и удобным его нынешним хозяевам.
Правила – остов, легенды – глина, крепка их связь, недвижима твердыня.
Но сейчас что-то началось: одни жители Мэриела не понимали этого, прочие же – старались закрыть глаза и не обращать внимания на происходящие кругом странности. Но и те, и другие неизбежно столкнутся с переменами. Так бывало и прежде.
Врата в этот край все еще открыты, и тот, кто когда-то покинул Мэриел – насильно или по своей воле – однажды сможет вернуться… Стоит только вспомнить о несправедливости и возжелать то, что считается твоим по праву.
А после прийти и взять.
И, кажется, такой день настал.
Наша история произошла обычным весенним вечером. На один из городов Севера, с названием – Альсвег, опускались сумерки, а из укромных мест выползал мрак, медленно поглощая все вокруг.
На крыше, держась за флагшток, стояла облаченная в темный плащ девушка, капюшон – натянут на лицо, – из-под него смотрели серые ледяные глаза, а нижнюю часть лица скрывала повязка.
Ее вниманием завладел замок: каждая уходящая ввысь башня, соединяющие их перемычки, акведуки и галереи и отделяющие от города решетки и ворота с подъемными мостами. На крепостных стенах замелькали огни факелов – теперь ее взор переходил от одного огонька к другому, – казалось, будто она кивала, что-то подмечая, но на деле – оценивала количество врагов.
“Все получится”, – приободрила она саму себя.
Ветер нетерпеливо трепал полы иссиня-черных одежд, – намекал: “Ну давай же! Давай! Сделай это!” – но ей не до его увещеваний. Она закончила и с приготовлениями, и с осмотром близлежащих территорий, и с подсчетом караульных, а теперь оставалось только ждать. Так и стояла на месте, как бы не хотелось сорваться, прыгнуть, побежать.
На фоне темнеющих небес ее одинокая и хрупкая фигура казалась практически незаметной, такой ничтожной, малозначимой – никому и в голову не придет искать ее здесь. Никто и не поверит, скажи ему, что совсем скоро ей предстоит спасти мир… Или уничтожить? – но тут уж как получится, не обессудьте… Если честно, оба варианта ее устраивали… А Фидес? Царицу, стоит полагать, тоже. И к чему удивляться, что она так походит на нее? Яблони, яблоки и все такое. Или лучше так – ядовитый сорняк не дает безобидных и вкусных плодов.
Стало холодать, ветер никак не отставал. По рукам и спине пробежал озноб. Неприятное чувство. Нет, это не страх, ведь бояться следует ее. Некоторые считают: она принадлежит к джархи (народу, который и вовсе не ступал на эти земли), вот и прячет под маской сей след происхождения, или же будто ее прокляли, или ищут еще более замысловатые причины – им только дай повод.
Это сплетни, конечно, чушь полная, но не стоит рушить ореол таинственности. Главное – их это пугает. Одна лишь ее личина вселяет в них трепет. Они так и замирают, дрожа как мыши, только она проходит рядом. Молятся (кому и чему угодно) лишь бы ее фигура в одну из самых мрачных и сырых ночей не возникла бесшумным призраком у изголовья кровати. Если это произойдет: тихий ужас станет последним, что они испытают. Ведь она – убийца и наемница. Или сперва наемница, а затем убийца, вероятно, даже все и сразу – ведь одно не исключало второе. А вдруг вы знаете некое иное название для подобного ремесла? Можно и так.
Звали ее Занзара. Это прозвище, разумеется, но она стала пользоваться им слишком часто и с довольно давних времен, чтобы оно не приклеилось к ней – клеймом, меткой, ярмом, призванием, долгом, судьбой. Так Занзарой ее стали кликать и другие. И сделалась она Вестницей Колеса, ступила на предначертанный ей путь.
Это имя стало ее частью быстро, ведь до этого у нее его и вовсе не имелось. Ее никак не звали. Это может показаться нелепым и диким, – но чего ожидать от того, кто ее вырастил? Спасибо и на том.
Для Фидес – ты лишь сторожевой пес, которого так и зовут “Пес”, или кошка – вы уже сами догадались – с имечком “Кошка”. А они и откликаются, ибо не знают ничего иного.
Так и она звалась “Девочкой”, долгое время не подозревая, что это никакое не имя.
Как и “Мальчик”. Да, у нее есть брат. Не родной по крови… Хотя кто его знает? Но родной по духу. Семья… Без нее никак. В конце концов, кто-то же тебя породил и взрастил? А уж каким образом – дело десятое.
А покуда Занзара не избрала имя (которое не дала бы ни одна из двух матерей: родная – оставившая ее, и приемная – ту такие пустяки не заботили), так и жила она – будучи никем, тенью, подобием, пустым местом.
Будущее имя она впервые услышала от южан, во время странствий в Зуне. Значило оно цикл рождения и смерти.
Круг, вечность пребывающий в движении, никогда не остановится, только если весь мир падет. Ты не властен обратить его путь вспять, он может как и перемолоть тебя, так и доставить туда, где ты познаешь радость жизни и блаженство. В будущее, которое ты сотворил себе сам.
Стоило только внять гласу Колеса, в котором все слышат лишь лязг и шум. Многие боятся его, трактуя, как знак распрей и кровопролития, – но ни одна история не вершится без этого. Занзара это прекрасно понимала, хоть философия зунаров по большей части ей совершенно чужда.
Сама она не из южан, определенно нет, ее кожа слишком светлая, но и на северян не смахивает. Точно что “Девочка” – без роду и племени, брошенная на растерзание диких зверей, которые ее и вырастили. Это ли не знак того, что она избрана для великих свершений, важных заданий, к которым ее готовила сама судьба?
Раньше, чего таить, она часто плыла по течению, пытаясь найти свое место, но вскоре ей захотелось самой решать и выбирать дорожки – прямые, кривые, какие угодно! Тем более, уютный уголок можно и не найти за всю жизнь, а любая ошибка может стоить жизни (как-никак ее труд рисковый).
Так почему бы не начать перемены с малого? Стоит хотя бы переменить имя – и судьба будет обманута.
И так “Девочка” превратилась в Занзару.
Преображение далось далеко не сразу, но она справилась. Не этого ли и добивалась ее воспитательница, чьей дочери должно стать дикой и опасной, а еще сильной и независимой?
“А если