Grey – Темный Союз (страница 23)
– О чем призадумался? – поинтересовался Фер, он еще хлюпал носом, но вроде как успокоился.
– Да так…– Варлаг встрепенулся и озвучил несколько иную мысль, она пришла в голову сама по себе. – Считаю благом, что никто из нас не потерял сознания. Не хотелось бы опять оказаться у целителей!
Фер закивал.
– Я толком ничего и не помню после испытания, ну… – Принц решил продолжить разговор о том же. – Ты, темнота, а после я просыпаюсь в лазарете.
– И там снова я, – продолжил друг.
– И там снова ты. И как же я обрадовался!
– И я. Ты долго не приходил в себя… Что-то говорил…
– Да? Ты про это не упоминал… – Варлаг выгнул бровь и глянул на Фера. – И что я говорил?
Фер замешкался, сделал вид, что пытается принять другую позу, поудобнее обхватить плечо принца:
– Там скамья! – воскликнул он, стараясь не смотреть Варлагу в глаза, отвернулся даже. – Отдохнем немного. Давай-ка…
– Мне кажется, ты увиливаешь от ответа. Фер, сейчас не самое удачное время для утаивания чего-либо, как и для лжи. Всё имеет значение. Каждая мелочь.
– Я не лгу. И не скрываю что-то… Варлаг, ты бредил. Это просто какие-то обрывки… Бессмыслица.
– Ладно! Учитывая, что мне снились разные кошмары, я вполне мог что-то говорить в полузабытье… – Оба плюхнулись на каменную скамью, до которой ковыляли в неловком объятии и в невысказанных сомнениях.
Парни прикрыли веки – по арочным пролетам гулял приятный ветерок, приносивший дивные ароматы высьдомских садов.
– Ну хоть что-то приятное за сегодня! – выдал принц.
– Да, – согласился Фер.
Как же хорошо!
“Да уж… Радуюсь ветерку и запаху цветочков! – подумал Варлаг. – И не только этому. Нет, конечно же… Нет. Не только”.
Оставалось тешить себя, что хуже уже некуда… Если только Гротт не уготовил им лабиринт с ловушками и армией обладателей, готовых мордовать их до изнеможения. Хуриг Славный сразу запишется добровольцем. Ну а Катэль вполне даст на такое добро – тут уж и сомневаться не приходится!
Но коль и так, – это потом. Гори они в пламени… Ублюдку Ригану, правда, это отнюдь не страшно… К джархи их! – теперь-то это крылатое выражение обрело особый смысл – ему действительно хотелось, чтобы все вокруг пропали, а остались лишь они вдвоем. А если им самим махнуть в Холлуну? Ждет ли этого Катэль?
“Потом, – Но мысли лезли и лезли нахрапом – одна не лучше предыдущей, – потом, я сказал, – велел себе Варлаг. – А сейчас… Птички, цветочки, приятный погожий, почти летний денек в середине осени… Я и Фер сидим тут…”
– Что делать-то будем? – тихо спросил эльвин, разрушив приятную иллюзию. Он уже не шмыгал, но краснота вокруг глаз не спала, а на лбу появилась испарина, как у лихорадочных. – Лучше бы я вчера убежал! И ты бы последовал за мной. И, получается, тоже бы убежал. Вот!
– В этом соглашусь с тобой. Старик – просто безумец!
– Пойдем к Катэлю?
– Кстати, о Катэле… – Варлаг помрачнел и решил поведать другу про ментора: – Это он помог мне в самом конце.
– Да? Он наблюдал за этим безумством?!
– И не вмешался, чтобы остановить Гротта, хотя мог бы, – отвечал Варлаг. – Только что, когда мы вышли, я его тоже видел.
– Хм…
– И он тут же смылся… – Варлаг попытался схватить пальцами падающий сквозь проемы свет, показывая, как испарился люксор. – Толку от него? Ничем нам не поможет. Только вселяет ложные надежды, а потом и эти крохи отнимает.
– Люксоры – они такие… – Фер опустил голову.
– А еще вспомни вчерашнюю ночь: мы оба наблюдали встречу стародавних приятелей – Катэля и Гротта! – напомнил Варлаг. – Если побежим жаловаться ментору, старикан сразу об этом узнает.
– Ты прав! И спустит с нас три шкуры… С тебя. Видишь, я не особо дальновиден…
– Не в этом дело. На нас много дурного свалилось.
– И снова мы сами по себе… – пробормотал Фер и чуть громче добавил: – Если только ты не хочешь держаться от меня подальше…
– Ты это о чем? Не хочу я от тебя держаться подальше! И никогда это не изменится.
– Но ведь уже все поменялось. Я знаю, что ты меня не оставишь одного. И всегда придешь на выручку… И… будешь защищать. И до чего же сильно я хочу, чтобы ты меня спасал каждый раз… И в той же мере желаю, чтобы тебе этого не приходилось делать, – признался Фер. На собеседника он не глядел, уставившись в мозаичный пейзаж на стене, будто отчаянно пытался там найти ответ, как поступить далее. – Поэтому скрыл это от тебя и попытался сбежать один. Вот главная причина… Еще и письмо из дома… Но это глупость… Принял бы отец, да и то предполагаемый, бастрада-эскурида? Я такой жалкий…
– Фер, – только и вымолвил Варлаг. – Фер, посмотри на меня.
Тот медленно повернул голову.
– Я бы места себе не нашел, если бы с тобой что-то случилось!
– Но у меня ничего не вышло – уж к счастью или к печали… к печали, сами в этом убедились только что… И вот мы снова здесь. – Фер отвернулся, обвел взглядом коридор с древними статуями Вер, мозаиками и росписями.
– Фер, я осознаю, что ты хотел защитить меня… от себя. Но это не лучший выход – запираться, убегать, отдаляться… Ты же понимаешь, что сделаешь так только хуже?
– Понимаю. Просто иного не могу придумать, планы – не мой конёк. Я будто бы привязал тебя к себе и тащу к краю обрыва, взвалил на тебя собственные тяготы… Друг всегда поможет в беде… И ты, ничего не прося взамен, постоянно что-то делаешь для меня… А я… Что могу тебе дать? Почти ничего… И не хочу так поступать. Только не с тобой.
– Падать я не собираюсь. И как только мы приблизимся к этому твоему
– Ты никогда не унываешь.
– Такой уж я. И все еще с тобой. Так и останется. – Варлаг легонько толкнул его локтем.
– Поверь, это то, о чем я мечтаю. Ты мой лучший друг… И – без прикрас – самое лучшее, что со мной случилось в жизни.
– Фер, ну… ты меня смущаешь!
– Тебя-то? – Он наконец приподнял уголки губ.
– У меня тоже есть чувства.
– Да, разве забудешь твои актерские этюды по мотивам “Гнили моей души”?!
– Я бы поставил пьесу! Ты со мной?
– Такое я не могу пропустить.
– Вот и договорились!
– Пьесы, шутки, песенки… – Толику хорошего настроения будто сдуло, менялось оно у Фера почти мгновенно (и за это его Варлаг не винил). – Ни в чем нет более смысла… Особенно сейчас.
– Что ты имеешь в виду?
– Я почувствовал сегодня нечто иное, там, у старика.
– Я заметил. Твой глаз, карий который, светился лиловым… И, как мне показалось, ты на какой-то миг контролировал эскуру… и направил ее на этого опаленного пса, Ригана. Точнее, на его калидию, и та растворилась!
Фер вздохнул и покивал, подтверждая предположение Варлага:
– Да, ты прав… На какие-то мгновения я ей управлял… Но я не это имел в виду, а ощущения…
– Ты говорил, что чувствуешь нечто плохое… отпечаток страданий.
– И в этот раз тоже. Страх, ненависть, злость, даже ярость… Не калидит меня в тот миг интересовал, а Гротт… Мне хотелось подобраться к нему!
– Разумеется! Гротт, а в этом мы удостоверились сполна, тот еще подонок! К нему я любви тоже не питал, когда он над нами издевался!
– Я чувствовал ненависть не только к Гротту… но еще и к тебе.
– Ты уже нечто подобное говорил. – Варлаг выглядел на удивление спокойным, как если бы они с Фером болтали о погодных башнях. Его дрожь и слабость прошли, это не укрылось от внимания Фера, снова вернулся боевой запал. – Но это не
– Я знаю. Но