Грэхем МакНилл – Долг Ордену (страница 72)

Нивиан держался подальше от эпицентра сражения, понимая, что он не сможет выжить лишь с одной рукой и без клинка. Колтанис стрелял короткими порциями из своей плазмы, поскольку её катушки были близки к полному истощению, а Геликас просто валил своих врагов плотным огнём из тяжёлого болтера. Сципион никогда так не гордился своими людьми, хотя он жалел, что многие из них погибли, так и не сумев насладиться победой, которая вот-вот окажется у них в руках.

Он перезарядил пистолет и посмотрел туда, где Львы Макрагга сражались возле своего капитана. Прабиан без труда расправлялся с врагами, его удары были хирургически точными, холодными и смертельными. Дацей, уничтожавший врага с упорной ршимостью, никогда не ошибался, а Малкиан отбрасывал превосходящие силы корсаров обратно короткими залпами своего огнемёта.

Вандий стрелял из пистолета, держа знамя Второй роты по ветру, но он оказался уязвим, и Сципион понял это за мгновение, перед тем как был нанесён удар. Королева Корсаров перепрыгнула Сикария, выстрелив из пистолета ему спину, отчего тот рухнул на колени. В следующий миг Саломбар приземлилась рядом с Вандием, и, прежде чем знаменосец смог повернуться к этому новому врагу, она рубанула клинком ему по плечу.

Ножничным ударом оттолкнувшись от нагрудника Вандия, она повернулась лицом к Сикарию, который в ярости вскочил на ноги. Сципион видел, как они бросились друг на друга, но его внимание было приковано к знамени. Вандий попятился назад от внезапного удара Королевы Корсаров, с ужасом наблюдая, как рука, сжимающая древко, отделилась от его тела.

– Нет! – закричал он не своим голосом.

Сципион мгновенно понял, что его мучения вызваны не травмой, а тем, что он потерял знамя.

Чёрное древко и волнистая ткань падали, как будто в замедленной съёмке, и Сципион начал движение ещё до того, как осознал это. Один из корсаров повернулся, чтобы перехватить его, но сержант сшиб его с дороги, нырнул под летящий ему навстречу клинок и в подкате поймал падающее знамя. Он перевернулся на бок, пальцы сжимали шест, и Сципион взмахнул им, когда ткань была в считанных миллиметрах от земли. Трое корсаров ринулись к нему, понимая, насколько важна вещь, оказавшаяся у него в руках, но Сципион уже поднялся на ноги и целился в ближайшего врага. Болт пробил череп корсара и вылетел, разворотив заднюю его часть, но в следующий миг пистолет заклинило.

Вспышка плазмы испарила туловище второго корсара, а град снарядов из тяжелого болтера, словно молот, прибил к земле последнего. Прежде чем упавший воин смог подняться, Нивиан наступил ему на грудь и трижды выстрелил в череп.

– Хроший улов, – заметил Колтанис, когда Геликас и Нивиан встали вокруг своего сержанта наподобие почётного караула. Сципион высоко поднял знамя, вдохновлённый выпавшей ему честью нести эту священную реликвию в бой. Такая ответственность перешла к нему по долгу, и Сципион почувствовал, как волна решимости охватила его.

– Вперёд, братья! – закричал он, пригнув голову и бегом направляясь туда, где Сикарий и Львы Макрагга сражались с избранными воинами Королевы Корсаров. Дацей рухнул с коротким лезвием, торчащим из груди, и ужасной раной на бедре. Апотекарий Венатион боролся за его жизнь, а Малкиан сражался с тремя корсарами уже голыми руками. Те, наконец, повалили его на землю, нанося удары кинжалами с энерго-клинками, но он всё же не сдавался.

Прабиан сражался рядом Сикарием, сдерживая корсаров смертельными ударами, широкими взмахами меча и внезапными выпадами. Никто не смел приближаться к его клинку, потому что каждой своей гранью он нёс смерть. Сикарий бился с Королевой Корсаров, и было видно, как растёт его ярость, но вместе с тем и отчаяние; его доспехи к тому времени были сплошь залиты быстро высыхающей кровью.

Сципион со своим отрядом обрушился на корсаров, одолевших Малкиана, и снёс их шквалом мечей и болтерного огня. Все больше и больше Ультрамаринов сражались с удвоенной силой, воодушевлённые видом недавно поднятого знамени и движимые приступами гнева от того, что враг посмел на него посягнуть. Люди отдавали свои жизни на протяжении многих веков, защищая не только этот символ, но и право называться Ультрамаринами Второй Роты. И не было большей чести, чем сражаться под его сине-золотым полотнищем.

Сципион подбежал к Сикарию, когда Королева Корсара развернулась, чтобы нанести свой завершающий, смертельный, удар. Бушующий клинок отразил первую и вторую атаку, но не было никакой возможности отразить им третий выпад. Меч Саломбар вонзился в грудь Сикария, и капитан Второй роты закричал от боли, когда лезвие вонзилось ему в сердце. Его собственный меч выскользнул из рук, но когда Саломбар сразила его своим ударом, Сикарий мёртвой хваткой сжал ремни её доспеха, увидев приближающегося сержанта Громовержцев.

– Давай, Сципион! – крикнул Сикарий, удерживая Королеву Корсаров.

Сципион высоко поднял знамя и вонзил заостренный конец древка между лопаток Саломбар. Переливающийся энергетический щит, который защищал её от мечей и пуль, не мог спасти её от оружия, полученного из рук Марнеуса Калгара, и наделённого силой самого Императора. Сципион навалился на шест, вгоняя его в тело Каарьи Саломбар, пока золотой наконечник залитый кровью не показался с другой стороны.

Капитан притянул её к себе и ударил шлемом по лицу, когда Сципион вырвал баннер. Королева корсаров повалилась на Сикария, который поднял свой бушующий клинок и встал во весь рост над поверженным противником. Он схватил её за струящиеся синие волосы, и та подняла на него взгляд, в котором был вызов даже сейчас, перед неминуемой смертью.

Она лишь успела плюнуть ему под ноги, и в следующий миг лезвие бури обрушилось ударом палача, одним махом отделив голову от шеи.

– Так погибают все враги Второй Роты! – крикнул Сикарий, и паника от её смерти распространилась волнами, словно от камня брошенного в тихое озеро. Сикарий взял голову своего побежденного врага и кивнул Сципиону.

– За мной, сержант Воролан! – рявкнул он. – Поторопись!

Сикарий прошёл через руины битвы и забрался на обломки сбитого скифа Королевы Корсаров. Золото сползло с его корпуса, и пурпурное пламя вырывалось из потрескивающих энергетических ячеек и контейнеров с боеприпасами. Сципион последовал за ним по куче обломков, пока залитые кровью Львы Макрагга создали оцепление вокруг развалин, хотя те мало походили на нечто, нуждавшееся в немедленной защите. После смерти королевы корсары разбежались, а предатели Астартес, которые всё ещё сражались, были изолированы и уничтожены вновь прибывшими штурмовыми отрядами.

Тысячи Рождённых Кровью остались в Коринфе, и, поднимаясь к носу сбитого скифа, Сикарий выглядел так, будто собирался лично расправиться с каждым из них. Сципион стоял позади капитана, сильный жар поднимался от огня у подножья руин и заставлял знамя колыхаться и трепетать, раскрывая всё его великолепие.

На фоне пожаров и реющего знамени, Сикарий поднял голову Каарьи Саломбар на всеобщее обозрение. Синие волосы свисали с ужасного трофея, легко узнаваемые для всех, кто их видел. Жест явно произвёл эффект, когда волна смятения охватила выживших солдат врага.

– Ваша королева мертва! – взревел Сикарий, поднимая над головой мерцающее лезвие своего меча. – Это мир Ультрамаринов, и здесь вы все умрёте. Я, Сикарий из Талассара, клянусь этим на голове вашей убитой королевы!

Сикарий глянул на сержанта Дацея. – Свяжись с губернатором Галлоу. Скажи ему, что он нужен нам сейчас.

Дацей кивнул, и через несколько мгновений на окраине Коринфа раздались оглушительные взрывы, взметнувшие в воздух облака огня и дыма, которые могли быть только результатом работы имперской артиллерии. Сципион наблюдал за тем, как эти взрывы охватывали всё больше улиц города. От многочисленных артиллерийских ударов сотрясалась земля под ногами. Скиф застонал, когда вибрации докатились до него, угрожая сбросить ультрамаринов с их импровизированного пьедестала.

– Лучше будет спуститься, сержант Воролан, – заметил Сикарий. – Ты ведь не хочешь запятнать славную память об этом моменте неуклюжим падением, а?

Сципион кивнул, поворачиваясь и осторожно спускаясь к земле.

– Мой господин, я не понимаю, – сказал он своему капитану. – Силы губернатора Галлоу здесь?

– Конечно. Ты же не думаешь, что я пришёл сюда в одиночку?

– Но как? Я отправил Вам подтверждение не более часа назад.

– Ещё до того, как Феннион и Манориан отправились в пустоши, я подозревал, что вы обнаружите Королеву Корсаров здесь. Я велел Саулу Галлоу вывести свои войска из Гераполиса неделю назад и приказал ему двинуться в Коринф. Всё, чего я ждал, было окончательное подтверждение.

Сципион был поражен смелостью манёвра, но и его опасностью.

– Но, что, если бы Вы ошиблись? – Спросил он, намекая на риск, который тот проигнорировал в момент принятия своего решения. – Что, если бы она оказалась в Актии, Нова Але или даже в Монтиаке?

Сикарий подошёл вплотную к Сципиону, и тот почувствовал, что капитан вскипает от гнева.

– Вопрос не имеет смысла, сержант, – сказал Сикарий, выхватив у него знамя. – Я не ошибся и одержал великую победу для Второй Роты и всех Ультрамаринов. Это всё, что имеет значение, ты меня понял?