Грэхем МакНилл – Долг Ордену (страница 70)

Разочарование Уриэля было почти невыносимым. Зайти так далеко, чтобы всё закончилось столь позорным поражением! Тем временем погибло ещё несколько Поджигателей, снятые методичными очередями Железных Воинов, что были наготове в ожидании, когда те начнут отстреливаться. Брутус Киприан издал сдавленный крик, когда болт врезался ему в коленную чашечку, а Древний Пелей поспешил обратно в укрытие, лишившись края плечевого щитка. Селенус пополз к ним, но Пелей отмахнулся от него. Их круг обороны уменьшался с каждой секундой, по мере того, как приближались Железные Воины.

Инквизитор Судзаку подползла сквозь дым и пыль к Уриэлю. Кровь пропитала одежду у неё на боку, и к тому же на лбу кровоточил свежий порез.

– Если ваш Кодекс подразумевает какой-то план для решения этой проблемы, мне бы очень хотелось с ним ознакомиться, – сообщила она.

– Ничего не приходит на ум, – признался Уриэль, делая выстрел в сторону Хонсу. Он поспешил и недостаточно хорошо прицелился, поэтому, пролетев мимо цели, болт срикошетил о наплечник воина слева от Хонсу.

– И что теперь? – спросил Пазаний.

Уриэль не ответил, а затем Гвардия Ворона нанесла последний отчаянный удар. Крики боли отозвались эхом от стен, когда Гвардейцы Ворона под предводительством Шаана атаковали фланговые отряды Железных Воинов. Тем не менее, какой бы разрушительной ни была эта атака, Железные Воины не были дураками, и резервные отряды расстреляли воинов в чёрных доспехах, прежде чем тем смогли отступить.

Уриэль увидел, как Ревис Кайр упал, сражённый тремя болтами, пробившими его пластрон, и отлетел назад через саркофаг. Аэтон Шаан оказался на земле, когда снаряд ранил его в бедро, но, даже получив такую тяжелую рану, он смог добраться до укрытия. Алая кровь стекала по резным граням саркофага, заливая изображения героических воинов Ультрамара, сражавшихся с проклятыми врагами, и капала, собираясь в лужи, на растрескавшемся полу.

Это была благородная попытка сломить врага, но против такого количества у них не было ни единого шанса. Уриэль ломал голову над тем, как перевернуть ход этой битвы, но на ум не приходило ничего стоящего.

Дым от выстрелов заполнил гробницу едким удушающим туманом, сквозь который двигались огромные тени и копья света метались взад и вперёд. Сверкающие блики танцевали в дыму, и Уриэль почувствовал приторный вкус в горле, какой бывает за мгновение до удара молнии. Он внезапно отпрянул от саркофага: ему показалось, что забрызганные кровью резные фигурки сражающихся Ультрамаринов, засияли тем же светом, что и пещера снаружи.

Он протянул руку, чувствуя, как мрамор саркофага становится теплее. Спектральный туман сочился из трещин в каменной кладке, будто внутри был заперт баллон с каким-то газом.

– Что за… – начал Пазаний, увидев то же самое.

– Это что, – прошипел Уриэль, – колдовство[19]?

– Я так не думаю, – ответил Пазаний, – смотри!

Уриэль выглянул из-за края их укрытия, щурясь сквозь дымную мглу, заполнявшую гробницу, и увидел, что каждый из саркофагов пульсировал одинаковым светом. Клубы призрачного тумана текли из поврежденных гробниц, словно пар, извиваясь в воздухе невесомыми щупальцами.

Выстрел необычайной силы прорвался сквозь звуки болтеров, и Железный Воин исчез в ярком взрыве керамита и плоти. Грохот этого залпа, заглушивший рёв болтеров говорил о том, что огонь ведётся из гораздо большего калибра. Раздался еще один выстрел, за которым последовал следующий, и ещё два Железных Воина разлетелись на куски в кровавых взрывах.

Дюжина фигур двигалась по верху гробницы, скрытая странным туманом, но в их широкоплечих силуэтах безошибочно угадывались очертания Астартес. Первая мысль Уриэля состояла в том, что это было их собственное подкрепление, но те едва различимые в тумане воины были облачены в траурно-чёрный керамит, украшенный мерцающими изображениями костей и черепов. Сияние сапфирового купола не позволяло ему быть уверенным, но Уриэль готов был поклясться, что видел, как эфирный огонь потрескивал у ног этих воинов, когда они, ступень за ступенью, с погребальной медлительностью спускались к битве.

Их оружие снова выстрелило, изрыгая из стволов пылающие кометы, которые оставляли за собой яркие следы. Видя, как от каждого выстрела падает Железный Воин, Уриэль ощутил небывалый подъём сил, осознав, что ход битвы внезапно изменился. Врага застали врасплох, но тот всё ещё удерживал преимущество. Исход битвы теперь балансировал на острие ножа. Все, что было нужно, – это толчок в нужную сторону.

– Это наш шанс! – крикнул Уриэль. – За Императора и Робаута Гиллимана!

Он вскочил на мерцающий саркофаг, и активировал меч, бросаясь к ошеломленным Железным Воинам. Петрониус Неро, Древний Пелей и Ливий Гадриан последовали за ним, а Пазаний возглавил оставшихся Поджигателей. Инквизитор Судзаку, слишком тяжело раненная, чтобы атаковать, стреляла из пистолета, находясь за саркофагом, в то время, как Шаан и трое Гвардейцев Ворона ринулись сквозь мерцающий туман, затянувший усыпальницу.

Уриил рванул через зал туда, где он в последний раз видел Хонсу, в спешке потеряв из виду своих боевых братьев. Так сильно было желание расквитаться с ненавистным врагом. Он провалился сквозь туман и в грохоте доспехов столкнулся с Железным Воином. Уриэль отреагировал первым и пронзил еретика мечом, разрубив его от плеча до бедра. Железный Воин упал, и в правый наплечник Уриэля врезался снаряд. Стрелял один из телохранителей Хонсу, и вскоре, когда туман на мгновение рассеялся, командир Железных Воинов предстал взору уже собственной персоной.

Их взгляды встретились, и Хонсу снова улыбнулся.

Прежде чем Уриэль смог что-либо предпринять, из тени позади Хонсу вынырнула фигура и прыгнула на Железного Воина.

Нападавший ещё не нанёс удар, а Уриэль уже знал, кто это был.

Ардарик Ваанес врезался в Хонсу, и они вместе рухнули на землю.

Ренегат вскочил на ноги, он был быстрее и проворнее без своих доспехов, но вместе с тем и ужасно уязвим перед атаками смертельно опасного противника. Хонсу поднялся на ноги как раз в тот момент, когда Ваанес направил рубящий удар ему в лицо. Железный Воин опустил голову и повернулся в сторону. Удар пришёлся по металлической пластине на его черепе. Уворачиваясь от атаки, Хонсу пригнулся и врезал сокрушительным апперкотом по животу Ваанеса.

Тот успел напрячь мышцы достаточно, чтобы сохранить целостность своих внутренних органов, но от такого удара не сразу смог подняться. Хонсу нанёс ещё один жестокий удар в бедро, который заставил Ваанеса рухнуть на колени от боли.

– Ты что о себе возомнил, Ваанес? – взревел Хонсою, обрушив кулак ему на позвоночник – Думаешь, ты можешь просто взять и отвернуться от меня?

Ваанес полз по полу, но Хонсу следовал за ним, нанося удары ногами по рёбрам и кулаками в голову. Ярость Хонсу была чудовищной, и Уриэль на миг подумал, что сможет бросить Ваанеса на произвол судьбы, но не таков был путь Ультрамарина.

Бывший Гвардеец Ворона спас ему жизнь в битве с Гренделем, и даже если ему предстояло принять смерть от рук своих прежних боевых братьев, это было лучше, чем погибнуть в неравной схватке с Хонсу.

– Я создал тебя! – взревел Хонсу. – Следовало убить тебя, когда выяснилось, что ты прячешься в той дыре, которую называл святилищем. Грендель хотел сделать это, и я должен был позволить ему.

Уриэль спрыгнул на землю позади Хонсу. – Грендель мёртв.

Он взмахнул мечом, метив им в шею Хонсу, но Железный Воин оказался быстрее. Тот поднял серебряную руку, которую он забрал у Пазания, и клинок Уриэля врезался в её блестящую зеркальную поверхность. Лезвие проникло на дюйм и остановилось. Хонсу встретил разъярённый взгляд Уриэля лишь кривой усмешкой.

– Так, значит, Грендель мертв? – уточнил он. – Что ж, это избавляет меня от необходимости убивать его.

Он рванул руку назад, забрав меч, и в ответ впечатал кулак в лицо Уриэля. Это было похоже на удар дредноута, и тот отшатнулся. Хонсу выдернул меч из руки, поверхность которой заколыхалась словно ртуть, затягивая рану так, будто её никогда и не было, и швырнул клинок в дальнюю часть гробницы.

– Всё время ты пытаешься устроить дуэль, – сказал Хонсу. – Я ведь говорил, что не стану так драться.

– Да, ты заставляешь других сражаться вместо себя. Всякий раз погибают другие, – процедил Уриэль сквозь сломанные зубы и кровь.

– Лучший способ остаться в живых, – сказал Хонсу, ударив кулаком по более слабой броне на животе Уриэля. Пластина треснула, но древние доспехи брата Амадона держались крепко. – Ты обязательно должен попробовать это. Как-нибудь в другой раз, но, к сожалению, никакого другого раза у тебя больше не будет.

Жилистая, но мускулистая рука обхватила горло Хонсу. Тот отклонился назад, и Уриэль узнал татуировку ворона на дельтовидной мышце нападавшего. Железный Воин легко сорвал руку Ваанеса со своей шеи и выдернул его из-за спины. Всё ещё держа руку Ваанеса, он бросил Гвардейца Ворона на землю и наступил ногой ему на грудь.

Здесь наши пути разойдутся, Ваанес, – сказал Хонсу. – Давай посмотрим, как ты полетаешь теперь.

С ужасающей легкостью Хонсу вырвал руку Ваанеса из сустава. Кровь хлестала из растерзанного плеча, алые брызги полетели на остатки гробницы Вентана. Ваанес взревел от боли, но его крик оборвался, когда Железный Воин раздавил его незащищённый торс. Костяной щит, прикрывавший внутренние органы Ваанеса, раскололся, и длинные, похожие на кинжалы осколки рёбер пронзили его сердца и легкие.