Грег Бир – Силентиум (страница 46)

«Отвага» герметично запечатала люк. Каталог и я заняли свои места в командном центре. Мой корабль взлетает вверх и улетает прочь по длинному цилиндрическому тоннелю, где за нами вслед закрывались одна за другой герметичные затворы.

Стражи сопровождали нас вплоть до внешнего шлюза Реквиема, который захлопнулся вслед за нами. Мир-Щит приготовился к длительному ожиданию. Я сделала все, что могла — поместила мужа в состояние полусмерти, сделала то, что никогда не могла раньше. Я надеялась.

«Отвага» выразила облегчение тому, что нам разрешили покинуть Реквием.

— Это крайне опасное сооружение, — сказала она. — Неужели мы готовимся к следующему прыжку? Пространство скольжения, несмотря на воздействие Потопа, все еще пригодно для использования. Любопытно, сколько сейчас времени займет перелет до нужного нам места.

— Ничего любопытного, — ответил Каталог. — Пространство скольжения объединяет в себе и пространство, и время, позволяя смещаться в обе стороны. Только для законного и торгового использования. Большого Ковчега больше нет, и практически все пути Предтеч и коммуникации прекратились. Хорошо еще, что рядом нет звездных дорог, которые могли бы дополнительно усложнить ситуацию.

Пространство и время оставались для Предтеч спокойным и открытым. Его открытость могла говорить о том, что Малый Ковчег распределял на свои позиции новые Гало. Мы все еще можем проиграть гонку с Потопом. Изо-Дидакт мог и не выжить при разрушении Большого Ковчега, а так же никто не знал, смогли ли спастись или нет остальная команда и присутствовали ли она сейчас на последнем Ковчеге.

Я так же не знала обстановку и на Эрде-Тайрин. Смогла ли Поющая-о-Молодости собрать достаточное количество людей для реализации планов Биоинженеров? Если «Отвага» отправится сейчас к Малому Ковчегу, то всему человечеству может прийти конец. Крушение всех мои планов на протяжении тысяч лет.

Я погрязла в собственной нерешительности. Моя голова разрывалась от стремительно бегущих мыслей. А потом моя цель стала мне четко ясной. Не из за оставленного мною Криптума, не при помощи Гарусписа или любого другого посредника, я получила свободный доступ к Домену… он сам зовет меня и направляет.

Дидакт не единственный умел предвидеть будущее.

— Я хочу отправить сообщение, — сказала я «Отваге».

— На Малый Ковчег, чтобы они приготовились к нашему прибытию?

— Нет. Всем кораблям Предтеч.

— Всем — даже зараженным Потопом?

— Особенно им, — подтвердила я. — Сообщите им, что мы на пути к Эрде-Тайрин. Скажите нашим кораблям, что мы наконец-то обнаружили лекарство от Потопа, но должны собрать последние компоненты для него на Эрде-Тайрин.

— Я не понимаю цель, которую вы преследуете, Биоскульптор.

Один отчаянный маневр за другим. На протяжении веков слепая вера в возможное лекарство от Потопа привело Предтеч — в том числе и меня — к крайне ужасающим действиям. Может быть теперь мы сможем снова использовать его же ложную информацию против него самого.

— Мы должны выиграть время для Малого Ковчега, — ответила я. — Несколько лишних дней будет достаточно. Провести диверсию, послать ложную информацию… чтобы отвлечь Потоп.

Насколько связаны с собой все части Потопа? Как они сливаются в единое с Могильным Разумом? Интригующий вопрос, одна из основополагающих загадок в биологии. Вопрос, над которым я буду размышлять во время нашего прыжка к Эрде-Тайрин. И возможно я найду на него ответ, когда мы прилетим.

— После этого, — продолжила я, — мы должны связаться с Малым Ковчегом.

— Сейчас попытаюсь, Биоскульптор. С какой целью?

— Если Бонстеллар выжил, то нам понадобиться его помощь — он должен прислать мне один очень важный корабль.

— Очень хорошо. Я немедленно отправлю это сообщение. Вы верите в то, что ему удалось спастись?

Я не могла ответить.

Без него надежда всех живых существ на спасение уже угасла.

Запись № 35

Я наблюдал за Изо-Дидактом. Его броня сильно повреждена и он еще не пришел в себя после ударной волны, накрывавшей его в процессе уничтожения Большого Ковчега и Омега Гало.

Корабль класса «Гаргантюра», на котором я спас Звездорождённого-Дидакта, сейчас безжизненно дрейфовал после выстрела Омега Гало.

Я надеялся обнаружить среди поля обломков других выживших и собрать их на корабль, но мои сенсоры не улавливали ни одного живого сигнала. И у меня было слишком мало времени для продолжения поисков. Для последующего заселения нам придется использовать те образцы, которые мы с Биоскульптором успели собрать на этом корабле до того, как Ур-Дидакт напал на Гало. Несколько сотен биологических видов, их генетическая информация, были спасены.

Двигаясь плавно, я маневрировал этим огромным и упрямым в управлении кораблем среди поля окружающего мусора, зная, что наши энергетические сигнатуры в любой момент могли привлечь внимание наших врагов.

Наконец путь, усеянный из обломков кораблей, раздробленных осколков и уцелевших фрагментов звездных дорог, остался позади, и я приступил к прокладыванию курса для нашего первого прыжка.

Разве я еще не доказал свою ценность?

Обломки Большого Ковчега остались позади нас на расстоянии нескольких десятков световых лет. Но путь до любого безопасного места был еще очень долгим, даже для корабля таких крупных размеров. К моему негодованию ресурсы ядра двигателя практически исчерпаны. По всей видимости, выстрел Гало уничтожил последние резервы этого корабля.

Для того, чтобы добраться до любой из незараженных звездных систем, мы должны были найти портал. Осталось несколько порталов, которым мы могли доверять — крайне мало из них смогли избежать разрушительного воздействия звездных дорог. Такой вариант являлся рискованным, но все же это лучше, чем ничего.

На протяжении всего прошедшего времени, в течение которого мое сознание заперто в теле машины, я чувствовал ее вес и смотрел на мир глазами механизма. Я уже не тот, каким был раньше, и все же во мне сохранились стремления проявлять инициативу, и, как ни странно, лояльность к другим. Изо-Дидакт в самом начале своего пути невольно стал ему другом — в истинном смысле этого слова, но Чакос любил свой народ, свой вид, и поэтому с легкостью обманул молодого Предтечу. Он повел Звездорождённого по дороге, которая в конечном счете привела их сюда, в это место. Я чувствовал ответственность за содеянное. Или же это встроенная система принуждения сознания, созданная Предтечами для лучшего служения своих мониторов. Не важно.

Когда у меня появилось время отвлечься от мыслей о нашем маршруте, я обнаружил, что Каталог также был поврежден. Он приходил в себя.

Вдруг кожа Изо-Дидакта приобрела обнадеживающий оттенок. Его анцилла связалась со мной, мы провели диалог, в ходе которого выяснились крайне положительные моменты — его броня могла позволить владельцу прийти в сознание.

Его глаза открылись и осмотрели командный центр корабля и взгляд сначала сконцентрировался на мне, а затем на неподвижном панцире Каталога.

— Где мы? — спросил он.

— Далеко от опасного места, — сказал я. — И наш следующий прыжок мы совершим в самое ближайшее время.

— Прыжок куда?

— В случайное местоположение. Подальше отсюда. Туда, где безопаснее.

Он обвел взглядом командный мостик корабля.

— Неужели мы находимся на судне?

— Верно. На корабле класса «Гаргантюра».

— Как тебе это удалось?

— Как ты однажды заметил, я весьма находчивый. Но все это было предусмотрено вашей женой и Биоинженерами.

— Замечательно. Измени координаты нашего случайного прыжка, — сказал он. — У меня есть другие.

Его броня по информационным канал передала мне новые значения локационных координат. Это было расположение Малого Ковчега, как и говорила Лайбрериан.

— Удалось ли моей жене скрыться? — спросил он.

— Я думаю, да.

— На Реквием, — помрачнел он.

— Да.

— С моим оригиналом.

— Они летели поодиночке, — ответил я.

Выражение его лица смягчилось.

— Старый друг, — сказал он, — я обязан тебе своей жизнью.

— Снова, — заметил я. — У Чакоса была возможность прикончить тебя еще тогда, на Эрде-Тайрин, когда ты мирно спал без своей брони, но он этого не сделал.

Так или иначе, он находил все это забавным. Но Изо-Дидакт очень быстро сконцентрировался и собрался.

— Скольким Предтечам удалось выжить в окружении?

— Лишь немногим.

— Их не достаточно для того, чтобы восстановить все то, что мы потеряли?

— Нет, я не верю в то, что их будет достаточно.

Выражение лица Изо-Дидакта стало мрачным. Оно исказилось тревогой и гневом. Чакос считал, что Предтечи должны раздираться чувством вины, особенно после всех совершенных ими гнусных действий.

— Я знаю, куда направиться Биоскульптор, — сказал он, — после того, как она выполнит своей долг перед моим оригиналом.

— Она вернется в мой родной мир, — заключил я. — Где еще могло сохраниться некое количество живых людей.