Грег Айлс – Заложники страха (страница 75)

– Теперь понял. Мы готовы.

– Черный Шесть, если Шилдс подойдет к убежищу метров на тридцать, ворветесь в дом. Будьте на связи, – приказал Эллис.

«Господи, – подумал Дэнни, – может, Шилдс сейчас думает о том, чтобы сдаться, а через пару минут Рэй Брин вышибет ему мозги». Шериф принял разумное решение начать штурм раньше – весьма вероятно, что жесткие временные рамки спровоцируют психически неуравновешенного человека на расправу с заложниками. Тем не менее Макдэвита не покидало чувство, что они не сделали все возможное, чтобы уговорить Шилдса выйти из дома. Или это голос вины? Есть ли надежда, что доктор сдастся? Шилдс уверен, что он защищался от непрошеного гостя, который хотел его убить. Уоррен из тех людей, для которых границы личных владений неприкосновенны. К тому же он смертельно болен. Так может, для него не имеет значения, когда или где он умрет?

– Поднимись на сто футов, – скомандовал шериф Эллис.

Дэнни направил вертолет вверх. «Где сейчас Лорел? – задавался он вопросом. – Что она сделает, когда дверь выбьет взрывом? Упадет на пол или будет стоять под пулями, как лань, ослепленная светом фар? А может, попытается защитить мужа?» Мысль об этом наполнила сердце Дэнни страхом: он знал, что Рэй Брин любой ценой убьет доктора Шилдса.

– Тридцать пять секунд, – сказал Эллис, не отводя глаз от наручных часов. – Рэй, приготовьтесь. Всем ждать моей команды. Тридцать секунд…

Серебряные струи дождя ударили по ветровому стеклу, и Дэнни словно провалился сквозь черную дыру памяти прямо в Афганистан. Сорок два пехотинца оказались в ловушке на вершине горы, в самый жестокий шторм на памяти местного советника-таджика. Боевики-талибы под командованием моджахеда, который двадцать лет назад воевал с русскими, взбирались по скалам, как муравьи, чтобы покончить с американцами. В отличие от сражения в Тора-Боре, которое шло рядом, милях в семидесяти, бой не был особенно важным, но для пехотинцев, попавших в окружение, он стал концом света. Боевики сбили армейский вертолет «черный ястреб», когда тот пытался запустить ракету «хеллфайер» в устье пещеры. Какое-то время штурмовик «А-10» сдерживал наступление афганцев, но даже ему пришлось сесть. Было ясно, что с наступлением ночи талибов ничто не остановит. Они слишком близко подошли к американцам, и артиллерия не могла выбить их с горы. Оба тяжелых ударных самолета «А-130», задействованных в районе, выполняли боевое задание в Тора-Боре. Дэнни ждал, что с минуты на минуту морпехи вызовут огонь на себя, повторив подвиг Джо Адамса на Триста восемьдесят пятой высоте в Корее. Все лучше, чем попасть в плен к диким афганским племенам.

И тогда офицер из «Дельты» сказал, что десантируется на гору и будет вести заградительный огонь, если вертолетчики попробуют эвакуировать попавших в ловушку морпехов по воздуху. Это означало верную смерть. Дэнни не хотел умирать. У него не осталось никаких иллюзий насчет войны, и до сорока трех он дожил только потому, что не строил из себя камикадзе. И все же, следуя внутреннему порыву, он вызвался добровольцем. Почему? Хотел быть достойным отца, который летал на самолете-опылителе и воевал во Вторую мировую? Вряд ли. Дэнни не считал себя неуязвимым в бою, но в глубине души понимал: если никто туда не полетит, морпехи погибнут. Сорок два мужа, отца и сына. Волею судьбы их жизнь оказалась в руках Дэнни. Из трех пилотов только у него не было ни жены, ни детей, и в ближайшем будущем не предвиделось. У одного из вертолетчиков где-то рос сын, которого он никогда не видел, а второй искал удачу, что означало непыльную работенку с рок-звездами, а не смерть в Афганистане. После недолгих раздумий Дэнни поднял руку и сказал: «Я полечу». Боец отряда «Дельта» ответил ему взглядом, который стал для Дэнни самой важной наградой. Этот взгляд говорил: «Ты сумасшедший придурок и, возможно, погибнешь, но ты, брат, Один из Нас».

Три раза Дэнни сажал вертолет на вершину горы, пока его не сбили. Проектировщики стальной птицы в жизни бы не поверили, что она способна на трюки, которые он на ней выделывал. Очереди из автоматов Калашникова несколько раз прошили «пейв-лоу», а вода и песок содрали с него половину краски и все опознавательные знаки уже во второй заход. В конце концов машина вышла из строя, для чего потребовалась очередь из гранатомета. Стрелок криком предупредил Дэнни, и тот успел увернуться, но реактивная граната попала в хвостовой винт и срезала его как ножом. Вертолет потерял управление. Дэнни не помнил, как «пейв-лоу» рухнул на землю. Он был абсолютно уверен, что встретит смерть в полете – как всегда и думал. Когда любимый «пейв-лоу» несся к земле, вращаясь быстрее, чем рука гитариста Пита Таунсенда бегает по струнам, Дэнни вспомнил отца. Что-то вспыхнуло в мозгу, перед глазами промелькнуло лицо девушки, в которую он был влюблен в школе… А потом все исчезло.

Позже он узнал, что экипаж погиб при столкновении с землей. Дэнни вместе с креслом выбросило в дыру, пробитую в кабине скалой во время последнего штопора. Осколками шрапнели его ранило в левую ногу, а когда афганцы выпустили в вертолет еще несколько автоматных очередей, в ту же ногу попало несколько пуль. И тут случилось чудо: вдохновившись отчаянным броском Дэнни, пилот штурмовика «А-130» наплевал на правила, полетел к осажденной горе и полтора часа сеял страх и смерть на головы афганцев. Бойцы отряда «Дельта» привязали Дэнни к носилкам, найденным среди обломков, и, отбиваясь от талибов, спустили его с горы. С ними шли последние шесть морпехов. Когда до подножия горы оставалось метров сто, солдаты Первой дивизии морской пехоты США ринулись им навстречу, как приливная волна камуфляжного окраса, которая подхватила героев и оттащила в безопасное место.

За проявленный героизм Национальная ассоциация аэронавтики удостоила Дэнни и его погибший экипаж высшей награды – кубка Маккея, но церемония оставила Дэнни равнодушным. Он больше не встречался с пехотинцами, которых спас в тот день, правда, получил от них несколько писем. Одно было из Канзаса, от жены, которая благодарила Дэнни за то, что он помог ее мужу остаться в живых. Сам пехотинец приписал: «Будь здоров, дружище. Тебя здесь всегда ждут». Они вложили в конверт фотографию своей дочери, конопатой девчушки, стоявшей меж кукурузных рядов. Дэнни прочитал письмо и спрятал в верхний ящик комода – как напоминание о том, что иногда просто нужно сказать: «К черту!» – и поступить по велению сердца, чего бы это ни стоило. Может случиться так, что другие сделают все, чтобы прийти тебе на помощь.

– Десять секунд! – прокричал шериф, и его голос дрогнул от волнения. – Снижаемся, Дэнни!

Дэнни любил Лорел Шилдс и нисколько в этом не сомневался. Он ненавидел жену, которая шантажировала его сыном. У него были обязательства перед сыном, от которых ничто не могло избавить, но разве у него не было обязательств перед Лорел? Что, если она вынашивает его ребенка? Пусть Бог простит его за такие мысли, здорового ребенка, который сможет разговаривать и слушать? Лорел отдала Дэнни все, что могла, ничего не прося взамен, верила, что он поступит с ней честно. А он обманул ее доверие…

– Пять секунд, – сказал шериф Эллис. – Это Черный Вожак, мы снижаемся. Всем…

Дэнни дернул за ручку поперечно-продольного управления и сбросил газ. Вертолет ухнул вниз, словно Кинг-Конг с небоскреба Эмпайр-Стейт-билдинг.

– Че-е-ерт! – выдохнул Эллис. – Что происходит?

– Отказал двигатель! – крикнул Дэнни. – Держитесь!

Крушение помешало бы шерифу отдать приказ, и потому Дэнни включил режим авторотации, заглушил мотор и создал аварийную ситуацию. Он знал, что вращающиеся по инерции винты не дадут им с Эллисом разбиться насмерть. Дэнни до последней секунды не выравнивал вертолет, надеясь, что первобытный страх заставит Эллиса забыть о штурме. Вертолет упал на лужайку перед домом, тяжело подпрыгнул и остановился, едва не задев концами лопастей кирпичную стену дома.

– Что случилось? – заорал Рэй Брин. – Вы целы?

– Боже правый! – воскликнул Эллис, в ужасе хватаясь за сердце.

Дэнни расстегнул привязные ремни и выбрался из вертолета на мокрую траву. Решив, что вертолет вот-вот взорвется, шериф хотел было последовать примеру Дэнни, но тот обернулся и крикнул:

– Дайте мне десять минут! Не отходите от микрофонов!

Эллис все понял, и в его глазах вспыхнул гнев, но Дэнни, обогнув вертолет, уже спешил к дому. Он ударился в дверь всем своим весом и забарабанил по ней, как беглец, ищущий убежища в церкви.

– Откройте! Это Дэнни! Уоррен, это я, Дэнни!

Через плечо Дэнни увидел, как две инопланетного вида фигуры в черных бронежилетах вышли из укрытия и преследуют его. Им оставалось пробежать футов двадцать, как вдруг дверь открылась и кто-то втащил Дэнни внутрь.

Глава 22

Уоррен захлопнул дверь и окинул Дэнни безумным взглядом.

– Какого черта ты здесь делаешь? – осведомился он.

– Пытаюсь тебя спасти! – ответил Дэнни, задыхаясь от физического напряжения.

Он заметил револьвер в руке Уоррена, а за его спиной – Лорел, которая смотрела на них с ужасом, но к страху примешивалась благодарность. В Уоррене не осталось ничего от того человека, которого Дэнни учил летать. Выражение его лица напомнило Дэнни лица солдат, которые вынесли и повидали слишком многое, но вдруг поняли, что остались живы, хотя их боевые товарищи погибли.