Грег Айлс – Заложники страха (страница 52)
– На чем?
Дэнни показал шерифу на небольшой прибор прямо перед ним.
– Максимально допустимая скорость. Прибавить еще один узел – и вертолет рассыплется на куски.
– Ясно. Тогда просто не теряй скорость.
Пока шериф разглядывал темнеющие облака со своей стороны вертолета, Дэнни проверил, не пришла ли эсэмэска.
Ничего.
Карл Симс медленно возвращался к командному пункту ПТР перед домом Шилдсов, двигаясь от дерева к дереву, подыскивая удобное место для укрытия и стрельбы. Снайперы любят открытое пространство не больше, чем олени или кролики, и готовы почти на все, только бы его избежать. Через двенадцать минут он добрался до купы деревьев и почти незаметного за ними трейлера.
Карлу захотелось отлить. Самое укромное местечко – позади автофургона, в зарослях. Он прислонил винтовку к сосне, прикладом вниз, расстегнул ширинку и начал мочиться на соседнее дерево. Эту привычку он выработал еще в детстве, а усовершенствовал в Ираке. Когда мочишься на стену или дерево, журчания струи почти не слышно – если все делать правильно. Во время охоты подобная практика помогала не распугать дичь, а в Багдаде, возможно, спасла Карлу жизнь. Неожиданно послышались голоса. Симс быстро определил, откуда они доносятся – из маленького закрытого окошка в задней части трейлера. Застегнув ширинку, Карл бесшумно подошел ближе и осторожно заглянул в окно.
Рэй и Трейс Брины сидели за пластиковым столом, курили и тихо разговаривали. Между ними, на топографической карте местности, лежали пачка сигарет «Кэмел» и пистолет сорокового калибра. В трейлере плотным облаком висел табачный дым, просачиваясь сквозь щель рядом с лицом Карла, который едва сдержал кашель.
– Черт, хотел бы я, чтобы он там, у себя в доме, копыта откинул, – сказал Рэй. – Иначе точно придется торчать здесь всю ночь и слушать, как шериф орет в матюгальник.
Трейс согласно кивнул и выпустил длинную струйку голубого дыма.
– Ага.
– И еще знаешь, что меня тревожит? Наш меткий стрелок.
Трейс фыркнул.
– Понимаешь, о чем я? – спросил Рэй.
– Еще бы! Может, этот ниггер и положил хренову тучу полотенцеголовых ублюдков в Ираке, да только палить по американцам у него кишка тонка.
Теперь кивнул Рэй.
– Видел, что случилось в банке? Шериф приказал ему убрать преступника, а он что сделал?
– Отстрелил тому придурку руку. А если бы промахнулся? Рука-то намного меньше головы!
– И куда подвижнее, – заметил Рэй. – Нужно отдать черномазому должное – стрелять он умеет. А вот подчиняться приказам, похоже, нет. Странно для морского пехотинца.
– Чертовски странно.
Карлу захотелось просунуть ствол своего «Ремингтона-700» в окошко и напугать братьев до полусмерти, но он сдержался. Его и раньше почти не было слышно, а сейчас он замер в полной неподвижности – состоянии, приравненном им самим к абсолютному нулю, при котором даже электроны перестают кружиться вокруг ядра. Карл мог простоять так много часов, что ему и приходилось делать несметное число раз. Дыхание и сердцебиение замедлялись, и Симсу казалось, что у него есть целая вечность, чтобы нажать на спусковой крючок, пока не помешали удары сердца или вдохи с выдохами.
– Слушай, я тебе кое-что скажу, – начал Трейс. – Ты этого еще не знаешь.
– Если ты до сих пор молчал, может, мне и не нужно знать. Видит Бог, ты не умеешь хранить секреты.
– Этот я не выболтал.
Рэй хихикнул и затянулся сигаретой.
– Ну и сколько времени ты молчал?
– Двадцать лет.
Рэй поперхнулся дымом.
– Если это имеет какое-нибудь отношение к моей жене, тебе несдобровать, предупреждаю сразу.
Трейс покачал головой:
– Нет, я о том сукином сыне, который в доме. О докторе.
– Шилдсе?
– Ага.
– И что же ты о нем знаешь?
Глаза Трейса загорелись при воспоминании о тайне.
– Многое. Помнишь, он убил парня в доме своих родителей? Джимми Бердлоу?
– Конечно. Мы же только что об этом говорили.
Трейс кивнул.
– Так вот. Я тоже там был.
Рэй выпрямился:
– Что?
– Правда. Тогда я частенько бывал под кайфом, а Джимми всегда ходил обдолбанный. Он хотел догнаться, а денег не было. Мы оказались в том районе, рядом с домом Шилдсов. У них свет не горел. Ну, Джимми и решил, что залезет в дом и возьмет телевизор – обменять на таблетки. Но старик, должно быть, не спал… Через минуту я наблюдал с заднего двора, как Джимми и мистер Шилдс орут друг на друга. Джимми хотел все объяснить, но старикан и слушать его не стал, вопил, что вызовет полицию. И тут Джимми вытащил пистолет.
Рэй уставился на младшего брата. Карл медленно моргнул и подался вперед, чтобы не пропустить ни слова.
– Джимми не стал бы стрелять, – заверил Трейс. – Он просто не хотел, чтобы чувак вызвал копов.
– Чего же он не убежал? – спросил Рэй.
– Хотел, да ему папаша Шилдса ножку подставил. А потом встал между Джимми и дверью. Тут еще и мамаша в халате подоспела…
– А когда Шилдс объявился?
– Черт, я даже не знал, что он там, пока он не выстрелил Джимми в спину. Этот ублюдок даже не предупредил Джимми, слова не сказал!
Рэй откинулся на спинку стула и молча смотрел на брата.
– Козел вонючий, – пробормотал Трейс. – Попал Джимми прямо в сердце.
Рэй покачал головой.
– Ты же сказал, что Джимми целился в его отца из пистолета.
– Он не стал бы стрелять!
– А откуда Шилдс знал? Джимми забрался в их дом! Я бы тоже грохнул эту сволочь. Повезло еще, что он тебе из окна задницу не отстрелил.
Трейс угрюмо посмотрел на брата:
– Вот что я тебе скажу: если бы в ту ночь у меня была пушка, я бы завалил гада.
– Парень, если бы у воробья были твои мозги, он бы летал хвостом вперед. Поверить не могу, что ты не загремел в тюрягу еще до совершеннолетия!
– Я не дурак. Кстати, надеюсь, ублюдок Шилдс что-нибудь отмочит и шериф пошлет нас в дом. Вот тогда я вышибу этому козлу мозги – за то, что он сделал с Джимми.
– Господи, Трейс, успокойся.
– Ты мне это уже говорил.
Рэй задумчиво затянулся.
– Терпеть его не могу, – настаивал Трейс. – Все с ним носятся, словно он святой. А ты его видел на бейсбольном поле? Сукин сын полагает, что правила не для него. И не для его сына.
– Я и забыл, что прошлой весной команда Шилдса вчистую обыграла команду твоего пацана, – сказал Рэй.
– Они жульничали, ясно?