граф миасский – «ВСЯ ПРАВДА О РОССИИ. Эпоха Путина: от бессилия к уважению» (страница 2)

Криминал становится второй властью. В Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Владивостоке правят бал банды. Братские, славянские, курганские, ореховские — эти названия знает каждый. Рэкет — норма жизни. Любой бизнес, от ларька до нефтяной компании, платит «крыше». Киллеры убивают в центре городов средь бела дня. Только за 1994 год в России совершается 4,5 тысячи заказных убийств. Ни одно не раскрыто. Милиция коррумпирована насквозь. Следователи берут деньги за прекращение дел. Судьи выносят нужные решения. В Чечню, которую уже не контролируют, стекаются боевики со всего исламского мира. Там готовят будущих террористов.

Внешняя политика выглядит как одно сплошное отступление. НАТО не спрашивает разрешения у России — оно просто расширяется на восток. 1999 год — Польша, Венгрия, Чехия вступают в альянс. Россия протестует, но слабо. Её никто не слушает. В том же году НАТО бомбит Югославию — братскую православную страну, с которой Россия имеет вековые связи. 78 дней бомбардировок. Мосты, заводы, школы, больницы, телецентр. Косово отрывают от Сербии. Россия ничего не может сделать. Её армия в руинах. Её руководство неделями согласовывает, как отреагировать. В итоге — слабые ноты протеста и унизительное молчание. Мир понял: с этой Россией больше не считаются.

17 августа 1998 года происходит то, что добивает окончательно. Дефолт. Правительство объявляет, что не может платить по долгам. Рубль обваливается в три раза. Банки лопаются как мыльные пузыри. Вклады граждан исчезают. В стране начинается паника. Импорт замирает. Полки магазинов пустеют. Люди сметают крупы и спички.

Президент Ельцин снова отсутствует — он болен, он пьёт, он теряет контроль.

Правительство меняется как перчатки.

Премьеры приходят и уходят: Черномырдин, Кириенко, Примаков, Степашин, опять Путин.

Хаос становится единственной константой.

К концу 1999 года Россия подходит к черте.

ВВП сократился вдвое по сравнению с 1990 годом.

Ожидаемая продолжительность жизни мужчин упала до 58 лет — ниже, чем в Пакистане и Бангладеш.

Население сокращается на 500–700 тысяч человек в год.

Алкоголизм, наркомания, самоубийства — всё растёт как снежный ком.

Страна не просто слаба.

Она на грани распада.

Кавказ уже ушёл.

Дальний Восток смотрит в сторону Китая.

Элиты готовят запасные аэродромы за границей.

Народ устал до безразличия.

И в этот момент приходит человек, который скажет «стоп».

Его зовут Владимир Путин.

В августе 1999 года его назначают премьер-министром.

Никто не верит, что что-то изменится.

Очередной временщик.

Но именно ему суждено остановить падение и начать долгий путь назад.

Путь от бессилия к уважению.

Анализируя 1990-е годы, важно понимать: это было не просто время экономического спада. Это была системная катастрофа, затронувшая все сферы жизни. Промышленность потеряла более 50 процентов мощностей. Наука — десятки тысяч учёных, уехавших за границу. Армия — боеспособность на уровне ниже, чем в Афганистане. А главное — народ потерял веру в государство. По данным ВЦИОМ, к 1999 году 82 процента россиян считали, что власть работает против интересов общества. Это был рекордный уровень недоверия за всю историю наблюдений. И в этом вакууме, в этой пустоте, наступил 2000 год. Год, когда всё должно было измениться.

Как именно это произошло, мы увидим в следующих главах. Но уже сейчас можно сказать: если бы Путин не пришёл в 1999 году, Россия могла бы окончательно распасться на десятки удельных княжеств, как это случилось с Югославией. У нас не было бы ни Крыма, ни Сирии, ни уважения в мире. Мы были бы территорией, где торгуют чем угодно, только не интересами собственного народа. 1990-е — это чёрная страница, которую мы перевернули раз и навсегда.

ГЛАВА 2. ВИНОВНИКИ И ПЕРВЫЙ УДАР

К концу 1999 года Россия стояла на краю пропасти. Экономика разрушена, армия деморализована, Кавказ не контролируется, элиты готовят запасные аэродромы за границей. Глава 1 закончилась вопросом: кто довёл страну до такого состояния? Ответ прост и страшен одновременно.

Гниль начиналась с головы. Президент Борис Ельцин к 1996 году уже не мог управлять страной. Он был болен. Он пил. Он терял контроль над реальностью. Но самое страшное — он не хотел уходить. Он цеплялся за власть, понимая, что без неё его жизнь кончена. И ради того, чтобы остаться, он заключил сделку с дьяволом. Весной 1996 года рейтинг Ельцина упал до 3–5 процентов. Выборы приближались, и было ясно, что он проиграет коммунисту Зюганову. И тогда «семья» — так называли ближайшее окружение Ельцина — придумала план.

В чём суть этого плана? Олигархи дают деньги на предвыборную кампанию Ельцина. А Ельцин после победы оставляет их в покое и позволяет грабить страну дальше. Сделка была заключена в Давосе в январе 1996 года. Там собрались Березовский, Гусинский, Ходорковский, Потанин, Смоленский и другие. Они решили: Ельцина надо спасать, потому что с коммунистами они потеряют всё. Деньги потекли рекой. По некоторым данным, на выборы 1996 года олигархи потратили около 500 миллионов долларов. Телевидение, газеты, листовки, агитаторы, чёрный пиар против Зюганова, обещания золотых гор — всё было задействовано. И Ельцин выиграл. Но цена победы оказалась чудовищной. Отныне президент стал заложником олигархов.

Кто же входил в эту «семью», которая правила страной с 1996 по 1999 год? Татьяна Дьяченко — дочь Ельцина, главный вратарь Кремля. Без её одобрения ни один документ не ложился на стол президента. Без её визы ни один чиновник не получал назначения. Она была не просто дочерью — она была соправительницей. Александр Волошин — глава администрации президента, серый кардинал. Именно он решал, кого назначить министром, а кого уволить. Именно он писал указы, которые Ельцин подписывал не читая. Валентин Юмашев — муж Татьяны, бывший журналист, который стал главным спичрайтером и идеологом «семьи». Именно ему принадлежала идея «преемника» — человека, который должен прийти на смену Ельцину. И главный теневой финансист — Борис Березовский. Он не занимал официальных постов, но его слово было решающим. Без его денег и его телеканалов «семья» не продержалась бы и дня.

Эта четвёрка назначала и снимала премьер-министров как перчатки. Черномырдин — надоел, убираем. Кириенко — не справился с дефолтом, лети. Примаков — стал слишком популярен и независим, долой. Степашин — продержался три месяца, вылетел. Каждый новый премьер клялся в верности «семье» и получал инструкции: не лезь в бизнес олигархов, не трогай СМИ, делай что велят. Те, кто пытался проявить самостоятельность, исчезали из политики навсегда.

А что же олигархи? Они были второй властью в стране. Борис Березовский контролировал «Аэрофлот», «Сибнефть», ОРТ (первый канал) и десятки газет. Он открыто говорил: «Олигархи не крадут — они эффективно управляют». На деле он управлял только своими счетами в швейцарских банках. Владимир Гусинский создал медиаимперию — НТВ, «Эхо Москвы», «Семь дней». Его каналы формировали общественное мнение. Если Гусинскому не нравился какой-то политик, того начинали показывать как идиота или вора. И рейтинг падал мгновенно. Михаил Ходорковский — самый амбициозный из них. Он не просто воровал нефть. Он мечтал стать премьер-министром. Он открыто говорил, что государство должно служить бизнесу, а не наоборот. Он финансировал депутатов, покупал судей, контролировал целые регионы. Роман Абрамович — самый молодой и самый умный. Он не лез на первые роли. Он тихо скупал активы, строил офшорные схемы, дружил со «семьёй» и ждал своего часа.

Эти люди не создавали рабочие места. Не строили заводы. Не изобретали ничего. Они просто присвоили то, что создавалось поколениями советских инженеров, рабочих, учёных. И платили они за это не налогами. Они платили взятками. Чиновникам — за выгодные контракты. Депутатам — за нужные законы. Судьям — за оправдательные приговоры. Милиции — за крышу. Государство превратилось в их личную корпорацию. А народ стал никем.

До какой наглости доходили олигархи? Осенью 1997 года Березовский захотел возглавить «Связьинвест» — государственную телекоммуникационную компанию. Его кандидатуру отклонили. Что сделал олигарх? Он организовал травлю правительства через свои СМИ. День за днём по телевизору показывали, какой премьер Черномырдин плохой, как он ворует, как разваливает страну. Кампания была такой жёсткой, что Черномырдин едва не ушёл в отставку. Березовский не получил компанию, но урок был усвоен всеми: тронь олигарха — он сметёт любого.

А народ в это время выживал как мог. 80 процентов россиян жили за чертой бедности. Зарплаты не платили месяцами. Пенсии задерживали на полгода. Врачи и учителя получали 30–40 долларов в месяц. Люди выживали на огородах. Торговали на рынках. Ездили в челночные рейсы в Турцию и Китай, чтобы привезти шмотки на продажу. Квалифицированные инженеры работали грузчиками. Лётчики и космонавты подрабатывали таксистами. Страна, которая запустила человека в космос, которая создала атомную бомбу, которая победила фашизм, скатилась в нищету и бесправие.

Дефолт 17 августа 1998 года стал кульминацией этого кошмара. Правительство объявило, что не может платить по долгам. Рубль обвалился в три раза за одну неделю. Банки лопались как мыльные пузыри. Вклады граждан сгорели. Импорт замер. Полки магазинов опустели. Люди сметали крупы, спички, мыло — всё, что могло пригодиться в голодные времена. А олигархи? Они успели вывести капиталы за границу до дефолта. Березовский вывозил доллары чемоданами. Абрамович прятал нефтяные деньги в офшорах на Кипре и в Гибралтаре. Ходорковский скупал обесценившиеся заводы за копейки. Они спасали себя, пока страна умирала.