Говард Фаст – Дочь Агриппы (страница 78)
– Брат!
– Теперь ты дома, сестра моя. Вот отдохнешь, поправишься, и вернутся старые времена. Увидишь озеро, лес. Опять будем сидеть по ночам и слушать песни рыбаков…
– Да, – шепотом произнесла она.
– Ты слишком долго отсутствовала.
– Слишком долго, и ничего не нашла. Но тогда я и не знала, чего хочу.
– Ты устала.
– Нет, я больше никогда не устану. – Она почувствовала легкое движение его руки, и ей показалось, что он уходит. – Не уходи…
– Я не ухожу, сестра. И всегда буду рядом. Мы вместе состаримся, обсуждая все, что пришлось увидеть в жизни.
– Бедный брат. А Он злится, так по-детски, глупо злится.
– Кто он?
– Яхве. Потому что они выгнали его с высот. Но мне все равно. Брат, мне теперь все равно. В этой злости нет ни причины, ни смысла, просто глупая детская злость. И я ненавижу Рим, это холодное, противное место. И крестьян с их запахом, и центурионов.
– Сестра?
– Где я?
– В доме Гиллеля, под терпентиновым деревом.
– Как здесь хорошо! – восхитилась она просто и искренне, как дитя. – Я устала и хочу спать.
Той ночью Беренис Бесагриппа умерла. Ей шел пятьдесят четвертый год. Ее похоронили на склоне холма рядом с мужем Симеоном Бенгамалиелем, внуком мудреца, которого помнят как Гиллеля Добронравного. Со временем надгробный камень кто-то унес или он сам постепенно провалился под землю. Могила осталась необозначенной и сравнялась с древней землей Галилеи в Израиле.