Гордей Юнов – Коготь Василиска (страница 2)

– В наш мир придут Трое… – мужчина смотрит не в лицо приближающейся женщины, а на завораживающие движения изящной фигуры. – Избранные. Совсем скоро они будут зачаты: Защитник, Разрушитель, Убийца. От того, кто из них сможет со временем получить Дары Обелиска, зависит то, по какому пути пойдет этот мир.

– Дары? – женщина наклоняется над шахматной доской, не глядя на мужчину.

– Их будет семь, – Магистр не в силах оторвать взгляд от глубокого выреза платья наклонившейся женщины. – Пока Обелиск послал в наш Мир только первый Дар.

– И каковы же эти три пути, ожидающие наш Мир? – Арбитр по-прежнему задумчиво смотрит на доску.

– Я не смог их увидеть, они скрыты под черными гранями Обелиска, – мужчина, взяв волю в кулак, отводит взгляд от изумительных женских форм.

Магистр понимает, что перед ним всего лишь иллюзия, Арбитр в своем всемогуществе может принять любой облик, не обязательно человеческий. Человек вопросительно смотрит в задумчивые глаза существа, глядящие в никуда.

– Ну что ж, – прекрасная женщина выпрямляется и устремляет серьезный взор на мага, легкая улыбка играет при этом только на ее чувственных губах, – не будем торопить события. Избранные еще не родились. У нас есть время подготовиться… Кстати, Магистр, Вам через два хода мат, так что эту партию можно считать законченной.

– Поздравляю, Вы играете лучше меня, – мужчина грустно качает головой. – У Вас еще есть ко мне какие-то предложения?

– Нет, – лучезарная улыбка появляется в светлых глазах неземного существа, – аудиенция закончена. Портал в главный зал Престола за Вашей спиной. Прощайте, Магистр.

Фигура мага растворяется в мерцании портала, а Арбитр еще несколько минут стоит, с задумчивой улыбкой глядя перед собой.

– Ну что ж, Творец, похоже, ты решил вернуться, – наконец жарко шепчут чувственные губы. – Ты уверен, что люди ждут твоего пришествия? Ты многое пропустил, очень большие сюрпризы ждут тебя здесь, в созданном когда-то тобой Мире. Я, в отличие от тебя, буду готова к нашей долгожданной встрече.

Глава 1

Хорошо утрамбованная широкая грунтовая дорога выбегала из густого леса. На огромной березе, одиноко стоящей почти у самой трассы на границе темно-зеленых зарослей и уходящего к горизонту изумрудного поля, сидело удивительное существо. При беглом взгляде могло показаться, что на ветке сидит самый обычный дятел, но при этом сразу бросались в глаза чересчур большие габариты птицы: она была размером с орла. Да и крылья у существа были вовсе не птичьими. Два черных кожаных, вовсе без перьев, крыла заканчивались маленькими цепкими пальчиками.

Удивительная то ли птица, то ли гигантская летучая мышь, сидя на толстой ветке березы, с интересом смотрела в сторону сомкнутых крон огромных елей и прислушивалась. Со стороны выбегающей из леса дороги доносилось громкое урчание. Звук явно принадлежал не зверю, и рокот стремительно нарастал, приближался… И вот из тени вековых деревьев на простор вылетела большая металлическая повозка.

Любопытное существо, сидящее на березе, знало, что это за транспортное средство. Хотя в этих далеких от больших городов краях легковой автомобиль встретить можно было в исключительных случаях, но всё же иногда кто-то из знатных городских вельмож наведывался в эти забытые Творцом места. Автомобили для людей были, скорее, роскошью, чем обыденным средством передвижения, поэтому встретить их на проселочном тракте, ведущем в сторону далекого села на восточной границе Тверского княжества, можно было нечасто.

Загадочное существо, помесь дятла и летучей мыши, некоторое время внимательно следило за механической повозкой. Оно заметило, что внутри машины находится четыре человека, но толком рассмотреть их дятлыш не успел, так как автомобиль быстро промчался мимо и вскоре скрылся вдали в густых клубах поднятой им дорожной пыли.

Дятлыш расправил кожистые крылья, смешно пошевелил маленькими, почти человеческими, пальчиками и грузно спрыгнул с ветки. Но существо не упало на землю: два мощных взмаха, и крылья подняли волшебное существо вверх. Используя восходящие потоки магической энергии и лишь изредка используя по назначению кожаные конечности, дятлыш поднялся над полем и, сделав плавный вираж, быстро заскользил над самыми верхушками темных елей вглубь вековечного леса.

Большой автомобиль с людьми внутри продолжал мчаться через поля. За рулем сидела женщина лет сорока, хорошо сложенная, симпатичная, с длинными светло-русыми волосами, завязанными сзади хвостом.

– Мама, а ты дорогу хорошо знаешь? – спросила у женщины голубоглазая девочка лет тринадцати, сидящая на соседнем с водительским кресле. – Мы ведь на машине ни разу к деду не ездили.

– А какая разница, на машине или в повозке? – усмехнулась легкой улыбкой мама девочки, внимательно глядя перед собой в ветровое стекло. – Дорога здесь в деревню одна, мимо не проедем, Оленька. Еще верст десять, и будет поворот к реке, там уже совсем близко до Хорошевки будет.

– Дед нас, наверное, не ждет, – мечтательно произнесла девочка Оля, отбрасывая с глаз непослушную челку такого же цвета, как и у мамы. – Мы уже почти два года у него не были.

– А может, он уже помер? – раздался с заднего сидения немного ворчливый голос. – Ему ведь уже за девяносто.

– Данила, не говори ерунды, – нахмурилась женщина за рулем, – дедушка Панкрат жив и здоров. В прошлом месяце к нам в Тверь приезжали из деревни на ярмарку сельчане, привет от него передавали. И он нас, кстати, ждет, я весточку послала, что мы приедем к нему в конце великого травня.

– Я люблю своего прадеда, – Данила, крепкий коренастый парень, повернул широкое улыбающееся лицо к сидящему рядом с ним пассажиру, – Мишка, уверен, он тебе тоже понравится. Он хоть и старый, но прикольный, много знает. Не по книгам, грамоте он не обучен, а так, по жизни. Я в детстве любил слушать его рассказы о далеких землях, о лесах, горах.

– А он что много путешествовал? – удивленно спросил Михаил.

– Он избороздил в молодости все леса на севере и востоке, – Данила многозначительно улыбнулся. – Добирался до Студеного моря и до Большого Камня доходил.

– Так ведь люди там почти не живут, – покачал головой Миша.

– А деду Панкрату люди и не нужны. Он охотником был и просто любил открывать новые места. Непоседой был.

Данила замолчал, разглядывая пробегающий мимо пейзаж. Машина вновь въехала под сень огромных деревьев, дорога дальше опять шла через лес. А Михаил прикрыл глаза, откинулся на спинку кресла и задумался о том, как он оказался вдали от родной Твери, и почему едет на целое лето в незнакомое место с людьми, которых знает всего-то полгода.

Миша впервые ехал в деревню, хорошо знакомую его спутникам. Прошло чуть меньше полугода, как его отец, Главный Воевода Тверского княжества, женился во второй раз. Новая жена Ильи-Воеводы Марфа родилась много лет назад в далеком селе на границе Тверского и Владимирского княжеств, и вот теперь Михаил ехал на родину мачехи, к ее деду.

Михаил долго отказывался покидать столицу княжества, он совершенно не хотел уезжать из родной Твери, из большого, комфортабельного особняка, расположенного рядом с княжеским дворцом, но отец был непреклонен. Парню осенью должно было исполниться девятнадцать, нужно было выбирать жизненный путь, а по проторенной отцом военной дорожке Миша идти не хотел. Хотя парень был хорошо физически развит, отлично владел не только оружием, но и рукопашным боем, но битвы и сражения его не привлекали. Он вообще никак не мог определиться, чем собирается заняться во взрослой жизни. Вот Воевода Илья и принял волевое решение: пусть сынок поживет несколько месяцев вдали от роскоши и столичных соблазнов, наберется немного житейского ума у простых селян. Кроме того, Илья видел, что сын так и не смог окончательно прийти в себя после того, как год назад умерла первая жена Воеводы, мать Михаила. Отец очень надеялся, что смена обстановки повлияет на сына положительно.

С новой женой отца Марфой у парня были очень натянутые отношения, они редко разговаривали, а вот с ее детьми Данилой и Олечкой Миша как-то быстро сошелся. Это случилось во многом благодаря умению Данилы находить общий язык со всеми. Сын Марфы был очень открытым, общительным и веселым человеком, умел дружить, и люди к нему тянулись, чувствуя добрый и заботливый характер парня. Сказалось и то, что молодые люди были почти ровесниками, Миша был всего на три месяца старше сводного брата. Данила очень любил сестренку, опекал ее, и, разумеется, так получилось, что Оля стала быстро близкой подругой и для Миши.

Размышляя о том, что произошло в последние дни, Михаил лишь смутно почувствовал, как машина под управлением Марфы свернула с большого тракта. Скорость значительно упала, стало сильнее трясти на неровностях менее утрамбованной дороги, но молодой человек продолжал находиться в полудреме, погруженный в свои мысли.

– Почти приехали, – услышал парень девичий голосок с переднего сидения.

– Минут двадцать еще, и мы на месте, – ответила Марфа дочери.

– Ну и вовсе не на месте, – хмыкнул рядом с Мишей Данила, – там еще пешком через деревню топать, потом вброд через реку.

– Ага, прям так далеко топать, – укорила старшего брата сестра, – там рядом совсем. Миша, ты Даню не слушай, он тебе еще и не такого про деревню наговорит.