Гомер – Илиада (страница 49)

Амфия свергнул, Селагова сына, который средь Песа Жил, обладатель богатств и полей; но судьба Селагида В брань увлекла поборать за Приама и всех Приамидов. В запон его поразил Теламониев сын многомощный; В нижнее чрево ему погрузилась огромная пика; С шумом он, грянулся в прах; и Аякс прибежал победитель, Жадный доспехи совлечь; но трояне посыпали копья Острые, ярко блестящие; много их щит его принял. Он же, пятой наступив на сраженного, медную пику Вырвал назад; но других не успел драгоценных доспехов С плеч унести Селагидовых: стрелы его засыпали. Он окружения сильного гордых троян убоялся: Много их, мощных, отважных, уставив дроты, наступало; Ими, сколь ни был огромен и сколь ни могуч и ни славен, Прогнан Аякс и назад отступил, поколебанный силой. Так браноносцы сии подвизалися в пламенной битве. Тою порой Тлиполем Гераклид, и огромный и сильный, Злою судьбою сведен с Сарпедоном божественным в битву. Чуть соступились герои, идущие друг против друга, Сын знаменитый и внук воздымателя облаков Зевса[315], Так Тлиполем Гераклид к сопротивнику первый воскликнул: “Ликии царь Сарпедон! какая тебе неизбежность Здесь между войск трепетать, человек незнакомый с войною? Лжец, кто расславил тебя громоносного Зевса рожденьем! Нет, несравненно ты мал пред великими теми мужами, Кои от Зевса родились, меж древних племен человеков, И каков, повествуют, великая сила Геракла Был мой родитель, герой дерзновеннейший, львиное сердце! Он, приплывши сюда, чтоб взыскать с Лаомедона коней, Только с шестью кораблями, с дружиною ратною малой, Град Илион разгромил[316] и пустынными стогны оставил! Ты же робок душой и предводишь народ на погибель. Нет, для троян, я надеюся, ты обороной не будешь, Ликию бросил напрасно, и будь ты стократно сильнейший, Мною теперь же сраженный, пойдешь ко вратам Аидеса!” Ликии царь Сарпедон Тлиполему ответствовал быстро: “Так, Тлиполем, Геракл разорил Илион знаменитый, Но царя Лаомедона злое безумство карая: Царь своего благодетеля речью поносной озлобил И не отдал коней, для которых тот шел издалека. Что ж до тебя, предвещаю тебе я конец и погибель; Их от меня ты приймешь и, копьем сим поверженный, славу Даруешь мне, и Аиду, конями гордящемусь, душу”. Так говорил Сарпедон; но, сотрясши, свой ясенный дротик Взнес Тлиполем; обоих сопротивников длинные копья Вдруг полетели из рук: угодил Сарпедон Гераклида В самую выю, и жало насквозь несмиримое вышло: Быстро темная ночь Тлиполемовы очи покрыла. Но и сам Тлиполем в бедро улучил Сарпедона Пикой огромною; тело рассекшее, бурное жало Стукнуло в кость; но отец от него отвращает погибель. Тут Сарпедона героя усердные други из битвы Вынесть спешили; его удручала огромная пика, Влекшаясь в теле; никто не подумал, никто не помыслил Ясенной пики извлечь из бедра, да с спешащими шел бы; Так озабочены были трудящиесь вкруг Сарпедона. Но Тлиполема данаи, блестящие медью, спешили Вынесть из боя; увидел его Одиссей знаменитый, Твердый душою, и вспыхнуло в нем благородное сердце; Он между помыслов двух колебался умом и душою: Прежде настигнуть ли сына громами звучащего Зевса? Или, напав на ликиян, у множества души исторгнуть? Но не ему, Одиссею почтенному, сужено было Зевсова сына могучего медию острой низвергнуть. Сердце его на ликийский народ обратила Паллада.