Гомер – Илиада (страница 38)

В небо уходит главой, а стопами по долу ступает. Распря, на гибель взаимную, сеяла ярость меж ратей, Рыща кругом по толпам, умирающих стон умножая. Рати, одна на другую идущие, чуть соступились, Разом сразилися кожи[284], сразилися копья и силы Воинов, медью одеянных; выпуклобляшные разом Сшиблись щиты со щитами; гром раздался ужасный. Вместе смешались победные крики и смертные стоны Боев губящих и гибнущих; кровью земля заструилась. Словно когда две реки наводненные, с гор низвергаясь, Обе в долину единую бурные воды сливают, Обе из шумных истоков бросаясь в пучинную пропасть; Шум их далеко пастырь с утеса нагорного слышит, — Так от сразившихся воинств и гром разлиялся и ужас. Первый тогда Антилох[285] поразил у троян браноносца Храброго, между передних, Фализия ветвь, Эхепола. Быстро его поражает он в бляху косматого шлема И пронзает чело: пробежало глубоко внутрь кости Медное жало, и тьма Эхеполовы очи покрыла; Грянулся он, как великая башня средь бурного боя. Тело упадшего за ноги царь захватил Элефенор, Сын Халкодонов, воинственный вождь крепкодушных абантов, И повлек из-под стрел, поспешая скорее с троянца Латы совлечь – но не долго его продолжалась забота: Влекшего труп усмотрев, крепкодушный воитель Агенор[286] В бок, при наклоне его от ограды щита обнаженный, Сулицей медной пронзил и могучего крепость разрушил. Там он дух испустил, и при нем загорелося дело, — Яростный бой меж троян и ахеян: как волки, бросались Вои одни на других; человек с человеком сцеплялся. Тут поражен Теламонидом сын Анфемиона юный, Жизнью цветущий, герой Симоисий, которого матерь, Некогда с Иды сошедшая вместе с своими родными Видеть стада, родила на зеленых брегах Симоиса[287]; Родшийся там, наречен Симоисием, но и родившим Он не воздал за свое воспитание: краток во цвете Был его век, Теламонова сына копьем пресеченный. Он устремлялся вперед, как его поразил Теламонид В грудь близ десного сосца; на другую страну через рамо Вышло копье, и на землю нечистую пал он, как тополь, Влажного луга питомец, при блате великом возросший, Ровен и чист, на единой вершине раскинувший ветви, Тополь, который избрав, колесничник железом блестящим Ссек, чтоб в колеса его для прекрасной согнуть колесницы; В прахе лежит он и сохнет на бреге потока родного, — Юный таков Симоисий лежал, обнаженный доспехов Мощным Аяксом. В Аякса же вдруг Приамид пестролатный Антиф, наметя меж толпища, пикою острой ударил, Но промахнулся; она Одиссеева доброго друга Левка ударила в пах, увлекавшего мертвое тело; Вырвалось тело из рук, и упал он близ мертвого мертвый. Гневом герой Одиссей за его, пораженного, вспыхнул; Выступил дальше передних, колебля сверкающей медью; К телу приближася, стал и, кругом оглянувшися, мощно Ринул блистающий дрот: отступили враги от удара Мужа могучего; он же копье не напрасное ринул: Демокоона уметил, побочного сына Приама, В дом из Абида притекшего, с паств кобылиц легконогих. Пикой его Лаэртид, раздраженный за друга, уметил Прямо в висок: на другую страну сквозь висок просверкнула Острая пика, – и тьма Приамидовы очи покрыла: С шумом на дол он упал, и взгремели на падшем доспехи. Вспять подались и передних ряды, и божественный Гектор; Громко вскричали ахеян сыны и, похитивши трупы,