Гоча Пасиешвили – Приморский. Татьяна (страница 6)

— Ой, мне уже пора, скоро метро закроется...

— Ничего! — Эдик был неумолим. — Я провожу! Я знаю тут все маршруты. А пока — давайте хоть немного поедите. Вы же с дороги, голодная небось?

Катя заколебалась, но запах из сумок был таким умопомрачительным, что она сдалась:

— Ладно, уговорил. Но только немного.

Через полчаса комната превратилась в импровизированный ресторан. На столе красовались тарелки с хинкали, миски с лобио, лепёшки и зелень. Эдик суетился, подкладывал Кате то одно, то другое, рассказывал грузинские тосты и вообще вёл себя как радушный хозяин.

— Вкуснотища! — Катя уплетала хинкали за обе щёки. — Эдик, ты гений. Передай маме, что я её обожаю.

— Спасибо! — Эдик сиял. — Она будет рада. Знаете, Катя, я сразу понял, что вы особенная. Алексей про вас с таким теплом говорил...

— Эдик, — Алексей кашлянул. — Ты зачем это сейчас?

— А что? — Эдик сделал невинные глаза. — Правду говорю.

Катя прыснула в кулак, но в глазах её плясали смешинки.

Когда часы показали половину десятого, Катя решительно встала:

— Всё, мне правда пора мальчики. Завтра анатомия, надо выспаться.

— Я провожу! — Эдик подскочил как ужаленный. — Алексей, ты же не против?

— Проводи, — усмехнулся Алексей. — Только без приключений.

— Обижаешь! — Эдик уже натягивал куртку. — Катя, я готов! Идёмте!

Катя чмокнула Алексея в щёку:

— Спасибо за вечер. И за пирожки. — Она кивнула на свёрток. — Звони, если что.

— Обязательно. — Алексей проводил их взглядом до двери.

Когда они вышли, в комнате стало тихо. Только запах грузинской кухни ещё витал в воздухе.

Алексей подошёл к окну. Минут через пять он увидел, как из подъезда вышли две фигуры — Эдик что-то оживлённо рассказывал, размахивая руками, Катя шла рядом и смеялась.

— Ну-ну, — сказал Алексей тихо. — Посмотрим, что из этого выйдет.

Он улыбнулся и вернулся к столу. Всё-таки хорошо, что Катя приехала в Москву. И хорошо, что Эдик оказался таким... Эдиком. Телефон зажужжал. Сообщение от Громова:

«Командир, по жучку — пока тишина. Экспертиза идёт. Держим нос по ветру».

Алексей набрал ответ: «Понял. Держите в курсе. У меня тут тоже новости — Катя приезжала». Через минуту пришло: «Катюха? Молодец. Передавай привет». Он ответил: «Передам. Спокойной ночи».

6. Записка

19 сентября 1995 года. Москва. МГУ.

Вторник выдался пасмурным, но без дождя. Алексей пришёл в институт пораньше, хотел застать Татьяну до лекции, но в коридоре перед аудиторией уже толпились студенты, а у кафедры суетились помощники с проектором. Её самой не было видно.

— Волнуешься? — Эдик подошёл сзади и хлопнул по плечу. — Я бы на твоём месте волновался. Такая женщина!

— С чего ты взял, что я волнуюсь? — Алексей пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным.

— Ага, — Эдик хитро прищурился. — Я же вижу. Ты с прошлой недели сам не свой.

Алексей хотел ответить, но в этот момент в аудиторию вошла Татьяна. Строгий костюм, собранные волосы, уверенная походка — она снова была той самой деловой женщиной с лекции. Никаких следов той тёплой, почти домашней встречи в кафе. Она прошла к кафедре, даже не взглянув в его сторону. Разложила бумаги, проверила микрофон, кивнула помощникам. Лекция началась. Татьяна говорила о государственно-частном партнёрстве, приводила примеры, отвечала на вопросы. Алексей сидел на третьем ряду, смотрел на неё и пытался понять, что происходит. Почему после того кофе она ведёт себя так, будто ничего не было? Будто он для неё просто один из студентов? Несколько раз их взгляды встречались, но Татьяна тут же отводила глаза. Профессионально. Безупречно. Холодно. К концу лекции Алексей принял решение. Когда Татьяна объявила, что раздаст тесты для самостоятельной работы — небольшие листочки с вопросами по теме, — он достал из кармана листок бумаги, на котором заранее написал номер своего телефона. Когда тесты начали собирать, их передавали по рядам. Алексею передали стопку, он положил туда свои ответы и листок с номером — так, чтобы он оказалась где-то в середине. Когда Татьяна начнет проверять листы, его записка будет в общей стопке.

— Если будут вопросы, пишите на почту, — сказала Татьяна на прощание и быстро вышла в сопровождении помощников.

Алексей смотрел ей вслед и думал: заметит ли? Возьмёт ли в руки? Или выбросит, даже не глядя?

— Пошли, — Эдик дёрнул его за рукав. — Чего застыл?

— Иду.

Весь день Алексей то и дело проверял телефон. Тишина.

— Не дождёшься, — ворчал Эдик вечером, когда они сидели в комнате. — Такие женщины не звонят первыми. Это ты должен был ей номер дать при личной встрече, а не в тестах.

— Тише, — перебил Алексей. — Телефон.

Телефон зажужжал. Номер был незнакомый, но Алексей почему-то сразу понял — это она.

— Алло?

Пауза. Потом тихий, чуть взволнованный голос:

— Алексей? Это Татьяна.

— Здравствуй, Татьяна. — Он старался говорить спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле.

— Я... нашла твою записку. В тестах. — Она помолчала. — Ты всегда такой оригинальный?

— Только когда очень хочется, чтобы заметили.

Татьяна тихо рассмеялась. В этом смехе не было той деловой холодности, с которой она вела лекцию.

— Слушай, — сказала она после паузы. — У меня есть одна мысль. Послезавтра, в субботу, в «Олимпийском» финал Открытого чемпионата Москвы по теннису. У меня там билеты, места хорошие. Не хочешь сходить?

Алексей почувствовал, как внутри разливается тепло.

— С удовольствием, — ответил он.

— Но есть одно условие, — быстро добавила Татьяна. — Возьми с собой ещё кого-нибудь. Друзей, однокурсников. Двоих, например. Чтобы это не выглядело как... ну, ты понимаешь. Алексей усмехнулся. Она боится, что их увидят вдвоём? Или сама боится, что это будет слишком похоже на свидание?

— Понимаю, — сказал он. — Думаю, я знаю, кого взять.

— Отлично. Тогда встречаемся в субботу в шесть у входа в «Олимпийский». Билеты будут у меня.

— Договорились.

— До субботы, Алексей.

— До субботы.

Он положил трубку и повернулся к Эдику, который сидел с раскрытым ртом.

— Это она? — выдохнул Эдик. — Та самая? Звонила?

— Она.

— И что?

— Пригласила на теннис. В субботу. Финал Открытого чемпионата Москвы.

— Ого! — Эдик подскочил. — Круто! А можно я с вами?

— Ты как раз нужен, — усмехнулся Алексей. — Она просила взять ещё двоих. Чтобы не как свидание.

— Чтобы не как свидание? — Эдик задумался. — Странная она какая-то. Но осторожная. Ладно, я согласен! А кого вторым возьмём?

Алексей задумался. Кого бы ещё? Чтобы не нарушать компанию, но чтобы человек был свой, надёжный...

— Может, Катю? — предложил Эдик, и в глазах его мелькнуло что-то — то ли надежда, то ли хитрость. — Она же из Владивостока. И потом... ну, она клёвая. Думаю, Татьяне понравится.