Гоблин MeXXanik – Линчеватель (страница 7)
Для большей убедительности в предстоящем споре я решил прихватить с собой обрезок арматуры. Мало ли как могут отреагировать на мое вполне справедливое замечание люди, которые любят по ночам слушать шансон? Так, с обрезком арматурного прута я вышел за дверь, полный решимости обьяснить соседям, что вести себя нужно культурно и тихо.
Нужная мне квартира была этажом выше. Створки лифта распахнулись, я шагнул на узкую лестничную клетку, и едва не столкнулся с девушкой. Она сидела у стены, спрятав лицо в ладонях. Узкие острые плечи вздрагивали, и на секунду, злоба отпустила, уступив место какому-то новому, доселе неизвестному мне чувству. И я подошел к девушке. Склонился над ней, осторожно тронув ее за плечо:
— Что случилось, красавица? ласково спросил я. — Почему плачем?
Девушка вздрогнула, затравленно подняла голову. В больших голубых глазах мелькнул испуг. И лишь через секунду, животный страх сменился на нечто вроде удивления. Ну, эти эмоции я прекрасно понимал. Здесь редко интересуются делами и проблемами других людей. Свои бы разгрести.
— Что случилось? — с улыбкой повторил я.
— Да квартиранты, — всхлипывая сбивчиво начала объяснять она. — Пьянку очередную устроили.
— Зачем же ты пустила таких квартирантов? — удивленно поднял я бровь.
— Это не я, — жалобно всхлипнула девушка. — Отец только освободился и хочет квартиру разменять. А я долю продавать не хочу. Вот он и подселил друзей-урок. Они курят и бухают целыми днями. Ко мне пристают. Я и в полицию уже ходила, да участковый только руками разводит. Мол, извините, но мы ничего поделать не можем.
— Урок значит, — прищурив глаза, повторил я. — Это которые шансон слушают?
Я указал в сторону коридора. Девушка всхлипнула и снова кивнула.
— Ну, будем считать тебе сильно повезло красавица. Я как раз хотел поговорить с шумными соседями по поводу выселения.
С этими словами я потянул на тебя дверь и шагнул в темный коридор.
Я затормозил. Замотал головой, отгоняя галлюцинацию.
— Эй, ты куда? — послышался мня вслед удивленным девичий голос
— С соседями твоими переговорю. Ты пока здесь посиди. И минут через десять в квартиру возвращайся.
В коридоре было темно, так что нужное мне помещение я искал, ориентируясь на громкий звук музыки. Благо, обороты пьянки не стихали, так что обитель местных упырей я нашел быстро и без особого труда.
Трижды громко стукнул в металлическую створку, но никакой реакции на это не последовало. Я стукнул ещё раз. Вновь безрезультатно. Видимо, гостей упыри не ждали. Ну ладно, поступим по-другому.
Я подошёл к электрическому щитку с красовавшейся наклейкой-молнией на дверце. Подцепил ее, потянул на себя. Хрустнуло, и дверца послушно открылась. Подсвечивая телефоном, я нашел автомат с номером нужной квартиры, и щёлкнул тумблером. Музыка в помещении мигом стихла. А вот крики усилились.
— Эй, это ещё что за хня? — раздался за дверью сиплый голос.
— Сам не в понятках, Бизон.
— Так сходи и глянь, что там творится, — приказал Бизон.
— А что сразу я? Пусть вон Бивень…
Фразу оборвал сильный удар и вскрик.
— Ты че, в натуре? Попутал?
За дверью послышался звук ещё одного удара. А затем шум переворачиваемой мебели и стук, будто бы что-то тяжелое упало на пол:
— Я сказал, ты пойдешь и посмотришь, Черт. Или поспорить хочешь?
В голосе Бизона слышалась плохо скрываемая угроза.
— Нет, нет, ты что? — поспешно ответил спорщик. — Чего сразу в бычку лезешь? Сейчас посмотрю.
Ага. Значит, главный в этой троице тот самый Бизон. Ну, с него мы и начнем разговор.
В квартире тем временем послышалась какая-то возня. Кто-то нетвердой походкой зашаркал к двери. А несколько секунд спустя, в замочной скважине провернулся ключ. Этого времени мне хватило, чтобы подойти к двери, спрятав за спину обрезок железного прута.
Меня Черт заметил не сразу. Сперва постоялец высунулся из квартиры, вертя головой, пытаясь найти причину пропажи электроэнергии. И лишь несколько секунд спустя, его бегающий взгляд наткнулся на меня:
— Ты ещё чьих будешь? — обдав меня сильным запахом перегара, грубо спросил он. — Какого х. я тебе надо?
Я взглянул на стоявшего субъекта со смесью брезгливости и отвращения. Потому как передо мной стоял тип подкласса "неуподоблюсь". Лицо опухло от беспробудного пьянства черные волосы всклокочены и слиплись от грязи, подбородок зарос щетиной. В общем, впечатление этот тип производил крайне отталкивающее.
— Ты глухой? — повторил Черт, сверля меня маленькими, злыми глазками. — Тебе…
Договорить я ему не дал:
— Полиция, — громко ответил я, сунув ему в лицо развернутые красные корочки. И при виде этого до боли знакомого документа, морда рецидивиста изменилась. Злоба во взгляде мигом исчезла, уступив место некой растерянности.
— Ну так… это, — растерянно забормотал он, но я больше не хотел тратить на это существо слова. Коротко, почти без размаха, ударил головой в лицо, вынудив Черта отпрянуть назад и схватиться ладонями за разбитый нос. Шагнул в квартиру, на ходу извлекая прут.
Сильный удар по спине заставил бандита упасть на грязный затоптанный пол.
Я же перешагнул через бессознательное тело и вошёл в комнату, где ещё совсем недавно проходила вечеринка. На назойливые галлюцинации я решил пока не обращать внимания. Вот закончу вопрос с упырями и позвоню доктору. У него все и узнаю.
В полумраке за столом сидели двое. Темнота скрадывала предметы в комнате, оставив лишь очертания. Так что ориентировался я, скорее, по вспыхивающим огонькам сигарет.
Видимо, празднующие не жаловали свежий воздух. Да и курили они очень много, потому как глаза защипало от густого табачного дыма, который съедал все остальные запахи.
Сидевшие за столом молча пялились в мою сторону:
— Ты ещё чьих будешь? — наконец хрипло спросил один из них. — Что здесь забыл, пацан? Черт где?
— Черт — это ваш дворецкий? — уточнил я.
— Кто? — не понял Хриплый.
— Шнырь ваш, — перевел я на более понятный для урок язык. — Который дверь в хату открыл. Он хамить начал, и я отправил его отдыхать. Ты, что ли, Бизон?
— А ты чьих будешь, чтобы интересоваться? — ответил xриплый.
— Значит, ты.
Я шагнул к столу. Приспешник Бизона попытался было встать, но сделать этого я, само собой, не дал. Толстая подошва ботинка ударила урку в грудь, отчего противник тяжело упал обратно на стул. Стул опасливо наклонился и мужик нелепо взмахнул руками и полетел на пол. Раздался глухой удар, и оппонент неподвижно замер, раскинув руки.
— Минус два, — спокойно сказал я.
Бизон отшатнулся:
— Да ты что, пацан? — начал он. — Зачем так с людьми?
Я презрительно усмехнулся и стукнул кончиком арматурного прута по стоявшей на столе початой бутылке водки. Стекло жалобно звякнуло, разлетевшись на несколько крупных осколков. В комнате повис стойкий “аромат” спирта:
— Да где ты здесь людей увидел?
Я старался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Но давалось мне это с трудом. Внутри клокотала рвущаяся наружу злоба.
— Вы обычные никчемные существа, — спокойно продолжил я. — Двуногие животные, абсолютно бесполезные для социума. Не работаете, бухаете, представляете опасность для общества. Но вам повезло. Сегодня вы познакомились со Шведом. То есть, со мной. И уж я попытаюсь вас, шерсть, перевоспитать.
При упоминании о шерсти Бизон дернулся было ко мне, но вовремя остановился. Видимо, в его маленьком, хрупком мозгу мелькнула здравая мысль, что лучше не связываться с парнем, склонным к насилию и погромам.
— А Шведом меня прозвали за то, что когда маленьким был, в одиночку на толпу реконструкторов с топором бросился, — продолжил я. — Как берсерк. Тогда я точно знал, что если погибну в бою — попаду в Вальхаллу. Буду пить мед и слушать речи Высокого. А если отступлю… Да не хватай ты, б. дь!