GO-блин – Ночной позор (страница 55)

Закидон с наслаждением затянулся своей сигареткой и выпустил мне в лицо струю ментолового дыма.

— Не буду,— пообещал он.— Не в моем ты вкусе. И на счет венерических заболеваний сомнительный…

Глава… глава… Наверняка уже не четырнадцатая, но еще и не двадцатая. Значит, где-то посредине.

Точно! Восемнадцатая.

Итак.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Здесь сперва грядет Апокалипсис, потом на арене появляется уже известный вам фаллос

Рыбка подмигнул мне, как старому знакомому, но потом вновь сделал непроницаемую рожу.

Прочие бывшие сослуживцы стыдливо отводили глаза, особенно те, что участвовали в на нас охоте.

— Здорово, лабухи! — поприветствовал я былых соратников в борьбе за правое дело.— Неплохо вас нынче прижали, а?

— Уж не без твоего участия,— прошипел Закидон, следовавший за мной подобно почетному караулу.

— Что вы, дяденька. Куда мне,— вздохнул я.— Не та весовая категория…

В кабинете Закидона нас дожидался шеф.

— А, наш беглец! — Он махнул мне рукой.— Не поверишь, я даже рад, что ты цел и невредим. Без тебя компьютеры все перегорели.

Еще бы им не перегореть. Мстительный, я самолично перед уходом сунул в разъемы на материнской плате каждой машины по проволочному жучку. Пускай ищут, кретины, в чем корень зла. И где собака зарыта. Спорим, ни за что не догадаются? Хотя Гоня, наверное, попросту новые компьютеры закажет, он такой…

Эта мелкая пакость, впрочем, не слишком подняла мне настроение.

— И что делать со мной будете? — спросил я, стараясь, чтобы голос не слишком дрожал. О различных мерах наказания, которым в разные времена подвергались опальные колдуны, по Контролю давно ходили жуткие слухи.

Закидон нервно прошелся по комнате. Гоня сидел за его столом и сосредоточенно чинил карандаш, аккуратно складывая стружку на белый лист бумаги.

— Я сперва и правда поверил, что ты предатель,— наконец сказал Закидон.— Только очень удивился, когда Утка тебя взялся защищать, он, вроде, должен быть умнее. Потом взвесил все и решил охоту не отменять. Даже заключил с Поликарпычем договоренность придать тебя показательному трибуналу. Ничего личного, сам понимаешь, ради дела. Надо же кому-то отвечать… По-украински это будет Цап Видбувайло… И даже не спрашивай, как оно переводится. Однако обстоятельства изменились.

— Грядет великая битва,— вставил Гоня.— Последняя разборка, армагедец, мля.

— За городом, на полигоне промышленных отходов, чтоб от людей подальше,— добавил Закидон, явно недовольный, что у него перехватывают инициативу в разговоре. Вот мы что придумали: сделаем из тебя боевого мага.

— ? — ?-нул я.

— А что? Зарядим тебя заклятиями, чтоб из ушей молнии били, отключим сознание, и отбарабанишь как миленький, на дистанционном управлении! А в конце сражения показательно отречешься от прошлых заблуждений.

— Ничего не понимаю.

— Ну смотри,— опять встрял шеф.— Ты сейчас официально — вроде как главный бандит и вообще… «Крестного отца» видел? А после вашей с Уткой мнимой кончины… Кстати, а с Уткой-то что? Молчишь? Ну, молчи, молчи. Так вот, после вашей мнимой кончины из тебя сделали едва ли не безвинно пострадавшего от лап Контроля, честного и отважного борца за правое дело, понял? Скоро на улицах начнут узнавать, если доживешь, конечно.

— И чего?

— Вот дурак,— пожаловался Закидону Гоня. Глава оперативного отдела понимающе кивнул, типа, есть немного.

— Аарон Поликарпович свою армию из кого набрал? В большинстве своем такие же лохи, как и повсюду. Без лапши на ушах ни на что не годны. У Поликарпыча бизнес, а у них — убеждения. Каково с моральным духом станет в его армии, когда она увидит, что бывший идейный вождь сражается на нашей стороне? — огласил Закидон и изрек оригинальную, свежую и блистающую своей новизной сентенцию.— Войны выигрываются умом, а не жопой!

Тут в кабинет без стука влетел кто-то из оперативников.

— Ультиматум! — крикнул он.

Словно только этого сообщения и дожидаясь, прямо на Закидоновом столе разорвалась небольшая информационная бомбочка.

— Ну че, сатрапы? — Я узнал голос Аарона Поликарповича.— Слабо стало в натуре реальным пацанам противостоять? Сдавайтесь, или мы вам без базару разборку устроим…

Закидон раздраженно махнул рукой, и информационная бомбочка заткнулась.

— По фене базлает, как фраер,— заключил он и добавил презрительно.— Сразу видно, интеллигенция…

Поликарпович Смит, впрочем, тоже оказался не лыком шит. Он предусмотрительно наложил на информационную бомбочку несколько защитных заклятий, так что та, после минутной паузы, продолжила:

— Будешь за решеткой гнить, падла…— готов поклясться, голос на этот раз звучал даже немного обиженно.— Получишь по полной! А тот, кто…

Закидон рассердился и сумел наконец прогнать навязчивую говорилку.

— Ну что, Гэндальф Калиострыч? — спросил он шефа.— Ответим достойно врагу?

Закидон хрустнул пальцами и сотворил подобие только что полученного нами ультиматума.

Оно легким облачком повисло в воздухе, готовясь запоминать слова и предложения.

— Слушай, Поликарпыч,— фамильярно начал Закидон.— Если ты, козел, мне в руки попадешься, я тебя самолично так вые…

— Нет беспределу! — крикнул я, тоже желая поучаствовать в историческом событии. «Запорожцы пишут письмо турецкому султану…»

— …бу — безмятежно продолжал Закидон,— что ходить не сможешь! Из-за тебя, мудила, мы в этом месяце понесли убытков больше, чем за всю Вторую мировую. Учти, я еще в Гаагский трибунал на тебя заяву кину. Будешь, падла, на зоне под нарами кантоваться…

— Коробки для посылок делать! — подсказал Гоня.— Мешки из дерюги на машинке строчить!

— На параше кукарекать,— не остался в стороне я.— Гундосого мусолить! Радиоточку изображать!

— Так что сиди тихо, не быкуй, а то будешь бедный, понял?

Закидон упаковал послание и отправил его Аарону Поликарповичу.

— С уведомлением? — спросил я.— Долго будет идти?

— Сеть ни к черту,— пожаловался Закидон.— Зато входящие бесплатно.

— А в роуминге как? — заинтересовался Гоня.

— Ладно, хватит,— Закидон потянулся.— Пора, что ли, начинать.

Дальнейшие события я видел как бы со стороны. Хотя почему как бы?

Закидон быстро и безболезненно отделил мой дух от тела, вытянув его через дырку в ауре, что завелась у меня в районе мечевидного отростка.

— Следить надо за астральной гигиеной… — наставительно произнес шеф оперативного отдела. Затем он перехватил тонкую ниточку, соединявшую мою бессмертную душу с бренным телом, и накрепко связал ее с как попало болтавшимися обрывкам духовной оболочки, которая у меня тоже оказалась далеко не в лучшем виде.

— Как к тебе в астрал еще никто не подселился с таким иммунитетом? — подивился Закидон.— Наверное, побрезговали.

Я хотел ответить какой-то язвительной гадостью, но ничего не вышло.

Душа моя утратила власть над телом, которое, в свою очередь, сделалось безвольной игрушкой в чужих руках.

Сверху, да еще из приграничных слоев астрала, все виделось в немного искаженном, черно-белом варианте.

Серая Гонина лысина блестела, как волейбольный мячик.

На пару с Закидоном они принялись программировать меня и заправлять смертоносными заклятиями.

Затем в кабинет ввели Крошку Лили. Глаза девушки были пустые и стеклянные.

Я попытался отыскать ее душу, но то ли у длинноногих красавиц она в принципе отсутствует, то ли ее куда-то очень хорошо упрятали.

— Собирай народ,— усталым голосом сказал Закидон.— Таки грядет великая битва между волшебниками. Как я надеялся, что не доживу до этого момента.

Мое тело поднялось и чеканным шагом отправилось вслед за шефом.

Собирать народ не потребовалось, все были уже в сборе. Многочисленные сотрудники Контроля Всему выходили из кабинетов, дожевывая бутерброды.

Я хотел было остаться вместе с Закидоном, поглядеть, как старый маг готовится к великой битве, но меня вдруг выдернуло, и понесло прямо сквозь стены, вслед за удалявшимся телом. Разорвать его связь с душой оказалось не так просто. Хм, а прическу нам не худо бы и сменить. Никогда не думал, что я сзади так смешно выгляжу. Перья торчат какие-то…