Глен Кук – Байка о рыбалке мечты (страница 5)

Волчок? Крутое воображение, малыш…

Сильное погоняло для кабыздоха. Я, конечно, не ветеринар, но очевидно, что животное немного наглоталось воды.

Немного, но недостаточно, чтобы утонуть? Оба двое?

Полная хрень.

Свидетели утверждают, что Трепач с его могучей собакой скрылись под водой три дня назад. Что–то я не встречал ни одного чемпиона, который смог бы задерживать дыхание так долго.

Остальные мои спутники молча стояли рядом. Им было любопытно, что произошло после того, как Трепач погрузился в воду.

Я поймал себя на том, что начал постоянно прохаживаться, не в силах смотреть прямо на речных женщин.

Я начал подозревать, что подруга Трепача была создана специально для того, чтобы проецировать очарование, даже не напрягаясь специально. Интересно, вдруг она была приманкой для ловцов русалок?

Парни, ранее предлагавшие себя в супруги нимфы, вели себя так, будто вот–вот готовы прыгнуть в воду в погоне за речным зайцем. Им хотелось разделить приключения Трепача, который в их воображении наверняка включал в себя исполнение горизонтальной польки с горячей девушкой.

Поэтому я предложил Лейтенанту поскорее убрать этих идиотов отсюда, иначе очень скоро у нас на десяток пропавших без вести станет больше.

Это потребовало некоторых усилий, но нам удалось выгнать всех, у кого в данный момент не было командирских лычек. Все, кто остался с Трепачом и Волчком, повернулись к речным женщинам спиной.

Все, кроме Душечки. Та подошла прямо к кромке воды, намочив пальцы ног.

Девушка была магическим нулём. Она встала в угрожающую позу, уперев руки в бока, с явным вызовом: «Только попробуйте!»

Речные женщины, поедание плоти которых могло остановить косу самой Смерти до тех пор, пока до «бессмертного» не доберутся другие русалки и его сожрут, отступили от берега, сторонясь ауры душечкиной антимагии.

Так–так. Всё–таки они волшебные существа.

Душечка дала через плечо знак. Молчун уловил, что она сказала и знаками передал мне: "Она просит расспросить Трепача о происшедшем. Пока она между нами, речные женщины не нападут.

Мне не верилось, что русалки имели в виду что–то подобное, но спорить не стал.

Волшебство, разумеется, каким–то боком было вовлечено, а Душечка была антиволшебным кошмаром.

— Отдышался, сынок?

Это вступил в дело Лейтенант.

Трепач шмыгнул носом. Он усадил Волчка к себе на колени. Сильнее они уже не намокнут. Оба были не прочь, чтобы от них отстали и не хотели того, о чем Трепач догадывался, должно было случиться.

— Итак, Трёп, может поведаешь нам, где был и чем занимался с тех пор, как сиганул за борт?

Лекарь одним глазом следил за пацаном, а другим — за публикой. Зоркий глаз в двадцати метрах подметил двоих из трёх рыбаков, подсматривающих за нами из леса.

Дамы в реке тоже их заметили, подняв перепалку из щелчков, фырканья и свиста, что должно быть на их языке означало разговор.

— Дай–Ли отвела меня с Волчком во Дворец Речной королевы, — ответил Трепач. Он произнёс имя как «Да–и–ли», и великодушно взмахнул рукой в сторону самой зажигательной и юной речной нимфы, которая, очевидно, услышав своё имя, помахала рукой.

Я почувствовал сильное желание помахать рукой в ответ и, возможно, побежать к ней, но затем Дай–Ли улыбнулась, обнажив рот, полный острых зубов, как у акулы.

— Твою мать! — выпалил Леденец. — Я передумал просить пососать мой леденец

Трепач буркнул что–то невнятное, но одновременно спорное и плаксивое. Ясно одно, он был недоволен, потому что Леденец не разделял его восхищение красивой речной девушкой.

Но Лейтенанта не проведёшь и не отвлечёшь на пустяки.

— Расскажи нам, что именно случилось, сынок.

— Так я же говорю. Дай–Ли отвела меня с Волчком во Дворец Речной королевы. — Сказано с намёком на то, что Лейтенант должно быть туповат, раз приходится дважды отвечать на один и тот же вопрос.

Но у терпения есть пределы, и Трепач уже достал Леденца. Тот отвесил крепкий подзатыльник:

— Соберись, Отрыжка! Ответь на заданный вопрос.

И последовал ещё один подзатыльник.

Наконец–то до Трепача начало доходить, что придётся рассказать нам подробности своей жизни, о которых собравшиеся ничего не знают.

Я приподнял его за подбородок и посмотрел в глаза.

— Малыш, никто из нас не имеет ни малейшего понятия о том, о чем ты говоришь. Начни с того, почему ты решил прыгнуть в реку. Давай. А затем расскажи поподробнее, что случилось до того момента, как Леденец шлёпнул тебя. Ничего не упуская.

— Я просто увидел Дай–Ли в воде, такую красивую и мокрую, и понял, что она хочет, чтобы я шёл к ней. Из всех на мосту она выбрала одного меня. У меня не было выбора. Пришлось идти к ней. Когда Волчок прыгнул следом, я был удивлён не меньше остальных.

— А где Молоток?

— А? Да, почём мне знать? Никто понятия не имеет, что с ним случилось. Может, ему все осточертело и он свалил.

Такое случается, особенно в трудные времена. Однако, река посреди негостеприимного леса — скверное место, для вменяемого дезертира. Они предпочитают города, где есть возможность исчезнуть и места, где отсидеться, и зачастую в этом участвуют женщины.

Вопрос Леденца, и упоминание Трепача о Волчке вызвали у меня неожиданную цепь умозаключений.

Факты. Устрашающие на вид зубы у речной красавицы. Рассказ о том, что русалки съедают любого, кто ест их плоть. Таинственное исчезновение Молотка до того, как Трепач совершил какую–нибудь абсолютную хрень. Волчок, который остался с ним, когда Трепач откликнулся на зов русалки.

Смешайте все эти факты, а затем постарайтесь расставить по местам.

Летописец во мне предположил, что Молоток, вероятнее всего покоится на дне реки в виде обглоданных костей, и кости нашего Трепача покоились бы рядом, если бы двортерьер не сиганул за ним в воду.

Чистые домыслы, и даже летописец скептически оценивает собственный вариант сценария.

— Итак, — продолжал допрос Лейтенант. — Ты плюхнулся в воду и направляешься к красотке. Та тычется носиком тебе в плечо — что дальше?

Взгляд Трепача на мгновение выглядел отсутствующим, а затем он снова выпалил:

— Дай–Ли отвела нас с Волчком во Дворец Речной королевы.

По непонятной мне причине Лейтенант с Леденцом с вопросительным выражением на рожах повернулись ко мне.

Я пожал плечами.

— Не знаю. Просто выясняйте шаг за шагом, что ещё он помнит.

Наше мудрое руководство мгновенно разделилось на старые–добрые типажи дознавателей. Леденец всегда выбирал быть злым парнем, который становился все злее. Лейтенант — выбрал роль сочувствующего типа, которому очень хочется помочь страдальцу закончить эти страдания.

Более или менее, этот подход сработал. Трепач перестал твердить одно и тоже, но не очень хорошо понимал, что с ним случилось после того, как он добрался до девушки.

С этого момента возникли серьёзные провалы в памяти.

Тогда Лейтенант чуть изменил подход и непринуждённо стал расспрашивать:

— Расскажи–ка нам о дворце Речной королевы. И о ней тоже. Удалось с ней познакомиться? Какая она?

Это окончательно перегрузило способности Трепача вспоминать, рассуждать и вообще справляться с ситуацией. Он начал невнятно мямлить. Думаю, на самом деле это оказался набор отрывочных и путанных во времени воспоминаний. Он выпаливал вещи, которые видел под рекой в любом случайном порядке, который приходил ему на ум.

Для вас я расположил их следующим образом:

Где–то недалёко ниже по течению под водой есть безводный пузырь, в котором жили речные женщины. Их количество совершенно непонятно, но их больше дюжины, включая Речную королеву и парочку юных особ, которые оказываются даже краше, чем так красотка, которая заставила Трепача совершить маниакальный прыжок ласточкой в воду.

Совершенно сбитый с толку Трепач начал рассказывать:

— Это что–то вроде сада, но он не похож ни на что, что вы когда–нибудь видели. Дома такие аккуратные, правда не думаю, видел что–то подобное. — С этого момента его описания стали ещё более расплывчатыми, за исключением того, что он сообщил, что Речная королева является матерью или даже бабушкой всех остальных женщин. Но она умерла и вознеслась, а недавно превратилась в водяного дракона. В конце концов, она уплывёт, найдёт другую реку и отложит там новую кладку яиц, и как только они вылупятся, там появится новый выводок русалок.

Ладненько. Полная околёсица.

— Черт! Звучит скверно!

Это выдал Леденец, который, судя по всему, без труда поверил, что с возрастом речная нимфа превратится в дракона.