Глеб Серов – Лунокровные ягоды (страница 3)
– Отродья Тьмы, Каланар! Я понял только то, что эта дрянь могущественнее, чем простой воскресший колдун! Скажи только ещё одну вещь: что ты имел в виду, когда говорил про один организм? – в сердцах воскликнул Олган.
– Есть существа, которые как озёра, соединённые подземными переходами. Разделённых озёр на поверхности могут быть десятки, но, по сути, это один водоём. Так и с такими существами. Всё они являются частью чего-то одного, единого существа, единого разума в разных проявлениях и формах. А вот что мне не понятно самому, так это…
Неожиданно фонарь вильнул вправо и остановился, а следом раздался и приглушённый лай Тагора.
– Чтоб тебя! Только не здесь… Опять измараю весь костюм, и буду выглядеть как бродяжка с паперти… – поморщившись, блондин спешился, и подошёл к узкой, убегающей вглубь начавшего чахнуть леса и начавшей зарастать дорожке.
– Что там, Ол? В этих краях я ещё не был, – спрыгнувший на землю следом Каланар потрепал пса за ухом, и вытянув вперёд руку, послал сложный магический импульс.
– Болота, а за ними несколько деревень. Глухие места, в которые и сборщики налогов сами не хотят лишний раз соваться… В прошлую эпоху – в Древнем Эризиане, там находилась священная библиотека их культа и места паломничества. Большего, мы, увы, не знаем. Болото забрало шесть из восьми археологических экспедиций.
– Ты уверен? – невесело улыбнувшись, спросил Каланар.
– Что ты имеешь в виду?
– Смотри!
Присев, Каланар подобрал горсть земли, и медленно растирая её между пальцами, начал читать заклинание.
Неожиданно посветлевшее небо возвестило о наступлении утра, и в рассветных сумерках налетевший порыв ветра будто бы сорвал с леса и дороги впереди лёгкую фату, демонстрируя совсем иную картину.
Абсолютно здоровый лес укрывал частично проявившийся купол, внутри которого Олган с удивлением и испугом увидел странные магические вспышки, возникающие из ниоткуда, и словно ожившую, саму собой расступающуюся землю.
– Матерь лесов, что это за дрянь такая?! – воскликнул блондин, тут же выхвативший защитную серебряную пластину.
– Это, похоже, остатки защитной системы того самого Эризиана. Я много читал об этой цивилизации, но о том, что в этих краях находятся её остатки – не знал.
Олган нервно облизал губы и, передёрнув плечами, спросил:
– Ты сможешь обезвредить эти ловушки? Одушевлённые быстры, но, боюсь, они не смогут уклониться от всего. А княгиню нужно спасти!
– Смогу, друг, но в этом нет необходимости. Тропинка безопасна, хоть и петляет, в отличие от иллюзорной дороги. Вопрос в другом: знают ли местные об этой защите, или же там настолько дремучие крестьяне, что совсем не выходят за пределы своих деревень…
– В Тьму рассуждения! Пошли, Калан, я хочу найти и выжечь гнездо тварей, которые завелись в нашем княжестве!
– Пошли, друг. Только ты всё равно зря не взял с собой хотя бы десяток телохранителей. Тагор, вперёд!
Друзья вернулись к одушевлённым конструкциям, внешне выглядящим как красивые породистые кони, и Каланар, щёлкнув пальцами, погасил магический фонарь и вернул его в седельную сумку. Тагор крадущимся шагом пошел перед одушевлёнными, громко втягивая воздух.
Немного проехав, Олган ответил:
– Людей катастрофически не хватает, Каланар. Большая часть занята охраной князя и его родных. Остальные охотятся за крысиными королями. Снимать людей с заданий нельзя, а остальные отдыхают перед заступлением. Когда ты пришел в мой дом, я знать не знал, что княгиня каким-то образом покинула покои и отправилась в этом проклятом дилижансе. Там должна была отправиться её особая почтовая. Получается, либо мои люди проглядели её выход, либо она специально сбежала из-под надзора. Дилижанс должен был идти в городок Марев, там живёт ведунья, троюродная сестра княгини. Напавшие знали, что в дилижансе едет княгиня, а значит, сплетённой паутине уже не один день. Дай боги, впереди мы найдём ответы!
* * *
Лес расступился внезапно, открыв искателям картину настолько безмятежной утренней деревни, что в первые мгновения мужчины опешили от контраста. Огромный пёс же зарыскал, пытаясь найти оборвавшийся след, и обернувшись на хозяина, негромко рявкнул. Каланар успокаивающе махнул рукой, и всмотрелся в деревушку.
По единственной улице на выпас уже брели чернорогие коровы, а от находящегося в конце улицы дома старосты разбредалась большая группа крестьян.
– Что-то рановато для утренней молитвы… – пробормотал под нос серый жрец КоаДива.
– Что ты сказал? – откликнулся Олган.
– Хм… Скажи, друг, а каким богам поклоняются в этой деревне? – вглядываясь в заметивших их крестьян, спросил Каланар.
– Рикате, как и во всём княжестве. Только церковь даже для деревни выглядит слишком… неухоженной. Наверное, у местных всё очень плохо, если даже набожная чернь не следит за божьим домом.
Действительно, высокое деревянное строение рядом с домом старосты местами почернело от времени, а окна закрывали покосившиеся ставни, с которых осыпалась вся краска.
Однако, чем ближе друзья подъезжали к дому старосты, тем сильнее в их сердцах зрело непонимание. Одетые в чистую добротную одежду люди не выглядели несчастными или бедными. С интересом разглядывая чужаков, они совсем не походили на обычных жителей деревень, которые вжимали головы в плечи и старались убраться с глаз охранителей княжества. Сама же деревня будто сошла с холста столичного художника, настолько красивой, ухоженной и богатой она оказалась.
– Ничего не понимаю. Здесь слишком хорошо для затерянной в болотах глухой деревни, Каланар, и совсем не похоже на то, что я о ней читал. А вокруг будто картина про идеальные времена Древнего Эризиана. Это точно не иллюзия? Ты не чувствуешь магию вокруг? – напряженно спросил аристократ, незаметно подтянувший к себе замаскированную оружейную перевязь на одушевлённом скакуне.
– Нет, Олган, я не чувствую здесь фальши. Я чувствую, как вокруг разлита сила, очень плодородная сила. Она делится своим плодородием и с землёй, и с людьми, – задумчиво протянул Каланар. – Наверное, именно поэтому отсюда никто не спешит бежать.
– А что скажешь про церковь? Для черни это точно не характерно!
– Это я как раз очень хочу выяснить у старосты, друг. Ты смотри, какая красота! – восхищенно воскликнул Каланар, кивком указав Олгану на устланную досками площадь перед домом старосты.
Приглядевшись, Олган заметил испещрявшую доски безумно сложную, глубокую, изображающую плавные узоры резьбу, и быстро проговорил, наклонившись к жрецу:
– Каланар, будь наготове. Это мраморное дерево. Безумно редкое и дорогое. Ему точно не место на земле в жалкой деревушке в семь десятков душ!
– Понял тебя, друг мой. Но будь немного расслабленнее. Сначала нам нужно выяснить, что здесь происходит, и где находится княгиня.
Ничего не ответив, Олган спрыгнул с остановившегося на площади одушевлённого, и сверкнув в восходящем солнце запонками охранителя, снял шляпу. Последовавший за ним Каланар снял с одушевлённого небольшую серую котомку и подозвал к себе Тагора. Когда пёс подбежал и ткнулся носом в ладонь хозяина, Каланар на несколько секунд остолбенел, и бросив короткий взгляд на заброшенную церковь, протянул Тагору из котомки кусок вяленого мяса. Довольно взрыкнув, пёс выхватил мясо, и лёг между одушевлёнными, больше ни на что не обращая внимания.
– Пойдём, друг, я очень хочу пообщаться со старостой этого захолустья, – резко произнёс блондин, и крутанувшись, быстрым шагом направился к богато украшенному двухэтажному деревянному дому.
* * *
Несмотря на интерес местных к гостям, перед крыльцом с резными перилами собралось всего трое: молодая женщина с повязанным на волосы платком, девочка лет двенадцати, и старик, явно из рабочих дома.
Улыбаясь чужакам, женщина вышла вперёд, и с земным поклоном обратилась к охранителю:
– Мир вам, путники! Будьте нашими гостями, но не нарушайте благо, что царит в этих землях! С чем вы пожаловали в наш благословлённый край?
– Ты желаешь нам мира, женщина, но называешь нас гостями. Ты находишься на землях княжества Риккатис, а известно ли тебе, кому принадлежат эти земли? – резко выплюнул Олган, вперившись жестким взглядом в продолжающую улыбаться женщину.
– Приветствую вас, карт Ва Коррис! Не сердитесь на глупую женщину, что крестьянка по своему скудоумию может толкового сказать? Этот рабочий скот годен только для черных работ, и для воспроизводства новой рабочей силы!
Неожиданно раздавшийся мягкий вежливый голос прокатился над площадью, и друзья вскинули головы, уставившись на опершегося на перила высокого крыльца крепкого мужчину. Внимание сразу же зацепилось за густую окладистую бороду и внимательные карие глаза, но спустя несколько секунд сознание цепляла какая-то неправильность облика статного мужчины.
– Каждый человек есть отражение малой частички Творца его, и негоже называть его скотом, человек. Разве ты сам, и весь род твой, не есть крестьяне? – укоризненно произнёс Каланар, глядя на величественно спускающегося к нему старосту.
Спустившись, староста остановился перед Олганом, и оправив накинутый на плечи черный сюртук, отвесил охранителю лёгкий изящный поклон.
– Рад видеть вас в Звездопаде! Моё имя Витар Древорез, староста этой забытой богами деревни! Чем я могу быть вам полезным, карт?