Глеб Ковзик – Синичка (страница 11)

— Мы про вас ничего не слышали, — признался Илья. — И большая у казахов Зона?

— Не меньше вашей, как минимум. И ползёт в разные стороны. Но с Уральским Периметром я познакомился только год назад. А вы?

Почему-то хотелось верить этому спокойному и размеренному голосу. Он стоял, держа руки на боках и выравнивал дыхание. Череп у него квадратный, сам парень коренастый, но прыткий, знающий, как жить в природе. Я взял слово:

— Вадим, без обиняков, но перед тобой новички. И оружия нет, и крипты, и броника, и хабара. Ни-че-го. Нам нужна твоя помощь.

— Нормас. Это ещё не конец.

Сначала мы безумно радовались несказанной удаче, ведь ещё пять минут назад приходилось терпеть арест в выгребной яме, а теперь в команде появился опытный ходок и сталкер, — но вслед за улыбками по капле в наш разум стекало осознание, что мы совершенно голые, лишенные возможности защититься ободранцы в лесу.

Все вещи были конфискованы в военном лагере, там они и остались, а раздобыть их перед побегом мы как-то не додумались…

Разум естественно потянулся за мнением самого опытного. Вадим без долгих дум предложил для начала покинуть опасную территорию, а после сориентироваться по местности и выйти к сталкерам.

— Меня взяли у края Периметра, — он шёл впереди, пристально вглядываясь в местность. На нём была бежевая куртка и, в отличие от нас, он сумел прихватить с трупа пистолет и фонарик. — Так, дети, глядим в оба — это аномалия.

Его рука, а также луч фонарика указывали на куст. Я недоумённо смотрел то на него, то на сталкера. Увидев замешательство, Вадя сорвал ветку и ткнул ею в куст.

Реакция была молниеносной: изнутри выскочил костяной, похожий на лапу богомола выступ. Он ударил в мягкую землю, и резко запахло едким.

— Это дурман, не дышите им, — сталкер повёл нас в обход аномалии. — В лапе находятся стрекательные клетки для паралича жертвы.

Я восторженно спросил:

— Ничего себе! С ума сойти, что это вообще было? Как ты узнал, что перед тобой аномалия?

— Вы не видели ни одной аномалии? Во везунчики. А она, эта “кислица”, плохо прячется от жертвы.

— Но ведь мы ничего не заметили…

— Мимо идёшь, а “кислица” всеми листьями к тебе направлена, будто следит. У неё чутьё на живых существ, как заметила, так сразу готовится напасть.

— Получается, мы теперь реально в Периметре, — констатировал Илья. — Поздравляю, Тимон.

— И тебе не болеть, Пумба.

Начало светать. Это прибавило нам настроения: больше никакого неба в клеточку, никакой постной еды и садистов в лице Митяя и полковника. Свобода вдохновляла на подвиги, а первая попавшаяся на пути аномалия казалась своеобразной присягой сталкера.

“Я видел настоящую аномалию!”

Дальнейшая дорога получилась очень болтливой. Большинство вопросов крутилось вокруг аномалии: как исследовать, почему бьет стрекательными клетками, почему вреден дурман, что можно сделать против аномалии, можно ли её убить, чем доставать артефакты и есть ли они у неё вообще. Почему-то сталкер хохотнул от последнего вопроса, но потом вставил ремарку:

— Если тебе интересно мое мнение, то в Периметре не достают что-либо — Периметр сам дарит. Аномалии делают нам подарок в виде артефакта.

— А в чём разница? — не понял я.

— Потом поймёшь.

— Вадя, не хочу показаться неблагодарным, — замешкался с вопросом Илья. — Но, как ты, должно быть, заметил при утреннем свете, нас обобрали вплоть до ножа. Я темщик, но в Периметре обыкновенный лох. Поможешь раздобыть хабар?

Мне хотелось добавить: “И на гражданке лох”, но вовремя осёкся.

— Помогу. Могу и криптой поделиться, но только немного.

— Спасибо. Обязательно вернём.

— Потом сочтёмся.

Неожиданно путь до цивилизации прервался новой находкой. Пустая лесобаза с заросшей дорогой: небольшие одноэтажные здания разной пропорции, наваленные в кучу брёвна, заржавевший трактор с манипулятором. Но заброшенный вид ввёл нас в заблуждение. Едва пройдя через ворота, как нас гнусавым голосом окликнули.

— Здорова честным людям!

— Опаньки, — Илья быстро остановился. — Знаем мы такой говор, знаем. Не нраица.

— Привет вам, — Вадя махнул руками, показывая добрые намерения: — Не повезло, ребята. Бандитский лагерь.

“Да что не так с этим миром? — подумал я. — Чем мы заслужили столько неудач?”

— Вы с какой братвы? — к нам подошёл осведомиться пацан в спортивном комбезе. АКСУ, популярное оружие у военполов, висел на его плече, но бандит не скрывал дерганные, импульсивные прикосновения пальцев правой руки к рукояти.

Ясный и понятный сигнал. Если что не понравится — расстреляет в упор.

— Мы из вольных сталкеров, — сказал Вадя.

— Ну да, мы тоже типа вольные, — пацан гыгыкнул. — То есть вы ни под кем не ходите?

— Нет.

— Так не бывает, — проверяющий прищур пацана звучал как вызов. — Ну-ка, давайте побазарим с нашим бригадиром.

— Да без вопросов.

Во внутреннем дворе стояли ещё четыре трактора в ряд. Один из них сгорел дотла, из кабины второго подтекал синеватый, почти сизый газ. Вадим, заметив мое наблюдение, по-доброму мигнул: “Да, это тоже аномалия”. Только я открыл рот, чтобы вдогонку спросить, как он нахмурился и покачал головой.

— Не пали, что ты новичок.

Бандиты расположились в длинном, похожем на мастерскую, здании, только внутри никаких станков и инструментов не осталось — всё смародерили, растащили, на бетонном полу видны следы стоявших приборов и крепления болтами. Удивительно, но у решетчатого окна висел плакат — календарь с Ельциным за девяносто шестой год. Похоже, прежние хозяева лесобазы не нашли в нём никакой ценности и бросили висеть дальше, однако приглядевшись, я заметил надписи алым фломастером: “Капиталист, олигарх, предатель СССР”. Ещё ему пририсовали рога и знак доллара на рубашке.

На тахте и на письменном столе сидели ещё трое бандитов, болтая ногами. Один из них внезапно спросил:

— Давид, ты что ли? Кто к нам привапил, какое счастье.

— Вы знакомы? — удивился Илья.

— Привет, Иванчик, — я спрятал руки за спину. — Не думал, что мы встретимся в Периметре.

Пацаны выжидали реакции лидера. Это всегда заметно — в группе с жёсткой иерархией одного движения мизинца хватит для принятия решения. Из плюсов текущей ситуации то, что Иванчик не убьёт нас просто так: в Снежинске его бандитизм считался щадящим, а долю за предпринимательство он брал в размере около пяти процентов. От вояк мы ждали только расстрела либо пыток, а тут хотя бы знакомая наглая рожа.

Поэтому Иванчику, кстати говоря, удавалось подолгу держаться на волне, несмотря на юный возраст и жёсткую бандитскую конкуренцию.

Мы с ним одногодки.

Но был и жирный минус: Иванчик не подошёл и не поздоровался за руку. Братва сделает соответствующие выводы.

— Какими судьбами, Давид? Чё в универ не поступил?

— Да какая учёба, пережить бы происходящее в мире.

— Зона не для таких интеллигентов, как ты. Забуреть не дадут, рога быстро обломают. Но академия жизни неплохая. Можете к успеху прийти, если антилопить не станете. А что вы такие пошарпанные?

— На военных напоролись.

— Да ты что? — покачал головой Иванчик. Интонация звучала лживо. Его лицо, как и раньше, оставалось невозмутимым. Оно у него, сколько помню человека, было таким всегда. Даже когда похоронил всю семью, с таким же каменным выражением стоял и землю на опущенный гроб кидал. — Частенько слышу, как бакланят гансы. Есть планы на жизнь?

— План простой. Разжиться имуществом. Оружие бы, для начала. Ну и детектор аномалий.

Иванчик чуть приподнял брови.

— Хорошо. Пацаны, я им доверяю. Пусть отдохнут на лесобазе. А по твоей темке как раз есть мыслишка. Видишь мешок?

Бандит метким пинком выкинул вещь из-под стола.

— Тут хабар одного бедного… Не буду ругаться, коли собрались такие интеллигентные люди в нашей берлоге. Отдам всё и без базара, чётко по расходу. Если выполнишь непыльную задачку, то поверх ещё докинём. Но время тик-так, решать надо сейчас же. Чтобы завтра уже пошлёпать на завод.

— И без лишнего базару, — добавил пацан с гнусавым голосом, встретивший нас во дворе.

Вот и первое задание в Периметре. Жаль, что оно опять исходит от бандитов, а не от нормальных людей. Из одного плена в другой, всё никак с качелей слезть не можем. Я вопросительно взглянул на свою группу, и в глазах Вади и Ильи читалось скверное, но всё же согласие.