Глеб Кащеев – Уровень 2 (страница 78)

– Верните нас домой, – тут же сказала Дана.

Богиня стала серьезной:

– Тут есть небольшая проблема… – произнесла она и, сделав театральную паузу, тяжело вздохнула.

– Это невозможно, потому что мы все умерли, да? – спросил Илья, не выдержав.

– Умный мальчик, – золотоглазая кивнула одними ресницами, – я знала, что ты должен был догадаться.

– То есть как? – вы про мертвые тела в особняке? Ну так это же понарошку… – растерянно пролепетал Дин.

Богиня посмотрела на Илью и тот за нее пояснил:

– Нет. Мы действительно все умерли. Задолго до того, как попали в тот особняк. Мы уже были… призраками… привидениями… заблудшими душами.

– Как? – удивился Дин.

– Ты утонул полгода назад. Зимой. Шел по льду пруда, как обычно задумавшись о чем-то, и не заметил, что в одном месте он слишком тонкий. Можно сказать, что ты не заметил, как умер. Твой дух как обычно пришел домой и продолжил там жить. Попытайся вспомнить, когда ты действительно общался с реальным человеком, а не через интернет. Тебя уже год никто не замечает. Твоя мать не звонила тебе, потому что уже отрыдала свое на твоей могиле, – сочувственно произнесла богиня.

– А я… мы с Юлькой все-таки тогда замерзли в лесу, да? – спросил Семен, крепче обнимая Ханку. Богиня медленно кивнула.

Надя спрятала лицо в ладонях. Дана растерянно оглядывала остальных:

– Но я-то общалась с людьми совсем недавно!

– Тебя сбила машина вечером перед тем, как ты попала в особняк. Вспомни, – прищурилась богиня и Дана вздрогнула.

– Я ощущал блок в памяти у каждого из нас, – сказал Илья, – и потом понял, что он касался момента смерти. Надя угодила под машину, когда вывалилась в портал. А я… инсульт? Мне стало плохо на улице?

Золотоглазая опять кивнула одними ресницами.

– Но я должна вернуться! Мои папа и мама! Они не справятся с этим! – со слезами на глазах выкрикнула Надя.

– Кто еще хочет вернуться несмотря ни на что? – холодно спросила богиня, оглядев остальных.

– Я! – прошептала Дана.

– Я обещал, что последую за Надей куда бы она ни шла! – твердо произнес Илья.

Богиня выжидательно посмотрела на Снежану.

– Ну, я таки была права? – спросила та с надеждой.

– Да. Вы меня удивили. Именно у вас троих есть возможность вернуться, если вы действительно твердо это решите. Вы не умерли… полностью и находитесь в коме. На перепутье. Причем ваши тела лежат даже в одной больнице. Однако, я считала, что вся ваша компания предпочтет остаться здесь. Когда вы пришли в город, то не обладали достаточной волей, чтобы иметь право вернуться.

– А я знала! Я верила! С самого начала! – радостно заявила Снежана.

– Погоди, а как же ты? – спросила ее Дана.

Та отмахнулась:

– Я добровольно ввела себя в медикаментозную кому. Один укол сделают и проснусь. Я здесь действительно в командировке. А за вас очень рада!

– Вот что ты имела в виду, говоря, что мы из разных миров… – грустно сказал Дин, – ты живая… а я мертвый?

Улыбка Снежаны тут же потухла. Она серьезно посмотрела на юношу:

– Дин… это не значит, что мы никогда не встретимся. Просто… не сейчас. Я не знаю куда закинет меня судьба.

Богиня прервала затянувшуюся паузу, спася Снежану от подбора внезапно разбежавшихся слов:

– Должна сказать, что для вас четверых, как и для еще некоторых моих друзей, дверь на созданный вами верхний слой, всегда будет открыта. Мастер башни почувствует ваше появление. Думаю, он будет так же не против, чтобы наверх поднялись и Семен с Ханкой, так что встречаться вы можете так часто, как захотите. Вниз, пока вы живы, вам дорога будет закрыта, но тот наивысший слой особенный и он будет местом ваших встреч. И да… имейте в виду, что бессмертие работает только около башни. На Земле вам по-прежнему стоит быть осторожными, – она сделала паузу. – Но, так получается, что я наградила только троих. Что насчет вас, Семен и Дин? – спросила Богиня.

Семен почесал в затылке:

– Да, в общем, у меня теперь все есть. Благодаря вам я встретил Ханку, вылечил сестру и больше мне ничего и не надо. Хотя… можете прислать сюда толкового инженера, который в электросетях сечет? Хочу этот городишко из средневековья вытащить.

Дин вяло кивнул, не сводя глаз со Снежаны, соглашаясь с Семеном.

– Договорились. Чувствую, это местечко скоро преобразится, – улыбнулась богиня, – что ж. Меня ждут дела. Да… Надя… У меня для тебя будет еще один маленький подарок за то чудесное место, что возникло благодаря твоей воле. Совсем небольшой. Ты изменилась сильнее остальных. Думаю, я вскоре познакомлю тебя с остальными настоящими. Найдя и разбудив себя, ты еще недавно озвучила свое тайное желание. Так вот… я решу проблему с документами и зачислением. Не спрашивай куда. Узнаешь, когда проснешься.

– Нам пора прощаться? – спросил Дин

– Даю вам на это еще сутки. Следующим утром проходите через Лабрис к той двери, через которую попали сюда. Я имею в виду вас троих, – она кивнула в сторону Даны, Ильи и Нади, – а со Снежаной вы должны проститься сейчас. Мы покинем вас вместе.

Снежана подошла к Ханке и обняла ее. Потом кивнула одними глазами Семену. Подошла к Дину и провела ладонью по его щеке:

– Мы действительно еще увидимся, – улыбнулась она.

Богиня за ее спиной с сомнением покачала головой.

Глава последняя

Илья

Он долго думал на что же потратить этот последний день. Прощаться целые сутки? С кем? С девушками он и так увидится, а мужчинам долгие прощания ни к чему. Пожмут друг другу руки в последнюю минуту и хватит.

Но у него было чувство, что он задолжал.

Поэтому, не сказав никому ни слова, рано утром он направился на окраину города.

Пантелеймон, казалось, нисколько не удивился, когда Илья притащил несколько камней и встал рядом с ним, прилаживать их в кладку. Монах улыбнулся, кивнул и продолжил работать. Вдвоем они починили тачку, которая уже на ладан дышала и притащили со свалки еще кучу обломков.

Укладывая очередной камень в стену, Илья огляделся по сторонам и увидел Надю. Она, очевидно, уже некоторое время издали смотрела как они работают. Надя подошла ближе:

– Ты меня сейчас вот совсем удивил, – улыбнулась она.

– Только не считай, что я резко воцерковился, – прокряхтел он, затаскивая глыбу на верх стены.

– А что я должна подумать?

Илья оглянулся на монаха, но тот был сейчас далеко.

– Что я помогаю человеку в том, во что он искренне верит. С некоторых пор я начал это ценить. Я резковато обошелся с ним при первой встрече, и решил, что обязан помочь. Чтобы он не чувствовал себя одиноким, чтобы верил, что когда-нибудь, придет еще кто-то и подхватит его дело. Это же так важно, показать человеку, что он не один в своей войне… или мире.

Надя улыбнулась:

– Неожиданно. Вот честно. Ты здорово изменился, конечно, но такие выводы… Скажи что-нибудь еще. Мне нравится слушать тебя… такого. Что еще тебе важно?

Илья оторвался от постукивания камня, чтобы тот лучше вошел в пазы.

– Ну хорошо. Хочешь морали, вот, получай. Каждый всегда считает себя умным, красивым и добрым. Но реально проявляет насколько он действительно хорош – только выражая все это по отношению к другим. Умный – иди учи, ну и учись у кого-то сам. Полон идей – воплощай. Добрый? Прояви заботу. Только тогда ты действительно добрый. А если ты существуешь только в себе, то на кой ты остальным, да и миру в целом сдался? Если бы вселенная хотела скрыть твой восхитительный внутренний мир от остальных, тебя бы не существовало вообще. Но ты родился и этим уже задолжал миру.

Илья сделал паузу, посмотрев на силуэт башни вдали:

– Вот Мастер говорил, что всем двигает страх смерти. Ничего подобного! Человечность всем двигает. Мир становится лучше благодаря тем, кто стал честен самим с собой и реализовывается, помогая другим.

Быть собой – это не только найти в себе тот стержень среди навеянного окружающими мусора, что сделает из тебя личность, это еще и проявить себя вовне. Только тогда ты человек. А иначе – недоразумение, ошибка вселенной.

Большинству с такой ответственностью жить страшно. Потому что больше не спрятаться за чужими спинами, дескать, так положено, как все, так и я. Не получиться придумать отговорки почему ты не стал тем, чем хотел. Не уничтожать себя в приступе жалости, зависти к другим, в ощущении просранной жизни, а понимать, что все в твоей судьбе сделал ты сам.

Если что-то хочешь – берись и делай. Без отговорок. Это сложно, но это единственная задача, которая в твоей жизни вообще есть. Быть собой, и проявлять это вовне. Короче, жить так, как живешь ты, – заключил Илья.

Надя засмеялась:

– Скажешь тоже!

– Расскажи лучше, что там остальные делают.