Глеб Брук – Девушка в красном (страница 8)

Мир Кошкина перевернулся. Он словно очутился в эпицентре урагана. Андрей…жив? После той страшной аварии, все считали его погибшим. Чудо, невероятное чудо, затмило все его переживания. Мгновенно, желание мести, которое тлело в его сердце, сменилось облегчением, надеждой и жгучим желанием увидеть друга, узнать правду.

Он вскочил со стула, опрокинув его, схватил куртку и выбежал из квартиры, не заботясь о том, чтобы запереть дверь. Он мчался к больнице, не обращая внимания на светофоры и пробки, чувствуя, что каждый потерянный миг может стоить ему жизни. Он должен был успеть, должен был услышать от Андрея, что произошло на самом деле в тот роковой день, что скрывала та женщина. Должен был узнать все.

Он преодолел расстояние между домом и больницей в рекордное время, игнорируя знаки дорожного движения, подвергая свою жизнь и жизни других опасности. Прибежав в больницу, запыхавшись, Кошкин кинулся к стойке регистрации, задыхаясь, прося о встрече с Волковым. Медсестра, пожилая женщина с усталым взглядом, равнодушно взглянула на него и произнесла: «Волков? К сожалению, мистер Кошкин, вы опоздали. Его только что нашли мертвым.»

Мир Кошкина рухнул. Облегчение мгновенно сменилось новой волной отчаяния и гнева. Он опоздал. Кто-то успел раньше него. Он проиграл. В коридоре повисла звенящая тишина, нарушаемая только его тяжелым дыханием. Он попытался осознать произошедшее, но мозг отказывался работать. Убийство. Андрея убили. Его единственная надежда, его единственный свидетель, мертв. И теперь он остался один, в лабиринте лжи и предательства.

Кошкин, охваченный яростью и отчаянием, пообещал себе, что найдет виновных. Он поклялся отомстить за смерть друга, во что бы то ни стало. Он понимал, что теперь ему придется столкнуться с настоящей тьмой, с теми, кто скрывался в тени, кто дергал за ниточки, управляя судьбами людей. Он должен был раскрыть правду, даже если она приведет его к гибели.

Кошкин начал собственное расследование, погружаясь в мир коррупции, криминала и политических интриг. Он использовал все свои ресурсы, все свои связи, чтобы найти убийцу Андрея и раскрыть правду о том роковом дне. Он прочесал архивы, опросил свидетелей, собирал улики, подвергая себя смертельной опасности. Его преследовала тень той странной женщины, которая, казалось, знала все, и он был уверен, что именно она была ключом к разгадке.

Глава 4: Церемониальные агенты…

Май 1991 года, в Ленинграде выдался на редкость сумрачным. Небо, затянутое серыми тучами, словно предчувствовало надвигающуюся бурю. Не только политическую, но и личную, которая обрушилась на Светлану Юрьевну Волкову, когда гроб с телом ее мужа, Андрея Петровича, опускался в холодную землю. Похороны проходили на небольшом кладбище, затерянном среди новостроек и обветшалых пятиэтажек. Ветер, казалось, выл, разнося по округе горестные вздохи и шепот сочувствия. Экономический кризис, уже давно терзавший страну, проявил себя и здесь, на похоронах, в убогости венков и скудости поминального стола.

Светлана, красивая женщина с глазами, полными слез, стояла у могилы, крепко сжимая руку Михаила Кошкина, лучшего друга и коллеги Андрея. Михаил, коренастый мужчина с поседевшими висками, был для нее опорой в эти трагические дни. Они с Андреем были не просто коллегами, они были настоящими боевыми товарищами, прошедшими вместе огонь, воду и медные трубы в стенах Министерства внешней торговли. Теперь Михаил чувствовал себя обязанным поддержать Светлану, помочь ей пережить эту страшную потерю. Он знал, что смерть Андрея – это не просто личная трагедия, это еще и потеря для страны, для дела, которому они посвятили свою жизнь.

Погода продолжала нагнетать обстановку. Дождь начал моросить, превращая землю в липкую грязь. Люди, собравшиеся на похороны, кутались в пальто и плащи, стараясь укрыться от холода. Среди них выделялись несколько знакомых лиц – коллеги Андрея, с которыми он работал рука об руку долгие годы, пожилые родители Светланы, еле стоявшие на ногах, и несколько далеких родственников, приехавших из других городов. Каждый из них переживал свою боль, свою утрату.

Во время поминальной трапезы в небольшой квартире, где они жили с Андреем, атмосфера была гнетущей. Стол ломился от скромной снеди – консервы, картошка, пара салатов, которые Светлана приготовила заранее, собрав последние средства. Михаил, стараясь хоть немного поднять настроение, рассказывал анекдоты, но смех звучал неестественно, сквозь слезы. Он вспоминал, как они с Андреем начинали свою карьеру, как вместе ездили в командировки, как переживали взлеты и падения советской экономики. Он говорил о его таланте, его честности, его преданности делу.

Внезапно, в самый разгар поминального обеда, когда Михаил рассказывал очередную байку из их совместной работы, в дверь раздался стук. Резкий, настойчивый стук, который пронзил тишину, как нож. Светлана, с дрожащими руками, пошла открывать. Она словно предчувствовала что-то неладное. Ее бледное лицо выдавало страх, который мгновенно охватил ее. Дверь открылась, и на пороге предстали двое мужчин в строгих, серых костюмах. Их лица были непроницаемы, а взгляды холодны. Оба представились сотрудниками КГБ.

В глазах Светланы застыл ужас. Михаил, словно почуяв неладное, шагнул вперед, желая защитить ее. «Что вам нужно?», – спросил он, стараясь скрыть волнение, но голос его дрожал. Один из мужчин, с холодным выражением лица, начал говорить о том, что Андрей был замешан в каких-то сомнительных финансовых операциях. Его смерть, как они выразились, требовала тщательного расследования. Обвинения звучали зловеще, грозя разрушить все, что они знали о друге и муже.

Михаил, стараясь сохранить самообладание, пытался взять ситуацию под контроль. «Товарищи, представьтесь по форме, вы не видите, что перед вами жена офицера?», – произнес он, его голос теперь звучал твёрдо, как сталь. В этот момент он осознал, что простое горе превращается в нечто большее, в угрозу, которая нависла над ними всеми. «А, вы собственно кто сами, товарищ?», – с ледяной усмешкой спросил один из мужчин. Тогда Михаил вытащил из кармана удостоверение. «Кошкин Михаил Сергеевич, капитан Прокуратуры Ленинградской области».

Взгляды чекистов изменились, но напряжение в воздухе никуда не делось. Вместо диалога последовала стремительная атака. Мужчины, словно дикие звери, набросились на Кошкина. В тесной прихожей квартиры Волкова, где еще витал призрак недавней смерти хозяина, воздух сгустился от напряжения. Кошкин, с покрасневшим лицом и горящими глазами, стоял против двоих, чьи силуэты терялись в полумраке коридора. Светлана Волкова, в черном вдовьем платке, застыла в дверном проеме, не в силах вымолвить ни слова.

Первый удар пришелся в челюсть Кошкина, отбросив его к стене, обитой выцветшим ковром. Он охнул, но быстро пришел в себя, ответив резким ударом ногой в колено нападавшего. Тот закричал от боли, оседая на пол. Второй мужчина бросился на Кошкина, пытаясь сбить его с ног. Завязалась борьба, кулаки летели в лицо, в живот, в грудь. Звук ударов, хрипы, стоны разносились по квартире, нарушая тишину, которая совсем недавно казалась незыблемой.

Кошкин, несмотря на численное превосходство противников, дрался яростно, отчаянно. Он использовал все, что попадалось под руку: вазу с искусственными цветами, тяжелую пепельницу, даже зонтик, найденный у двери. Предметы летели в противников, добавляя хаоса в и без того безумную сцену. Светлана, наконец, пришла в себя и попыталась вмешаться, крича и умоляя прекратить драку. Один из нападавших, окровавленный и тяжело дышащий, схватил с вешалки плащ и рывком вытолкнул своего товарища из квартиры.

Кошкин, шатаясь, оперся о стену, чувствуя, как по лицу стекает кровь. В квартире воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Кошкина и рыданиями Светланы. Спустя время, вызванная Светланой милиция увела избитых, но так и не представившихся, людей в серых костюмах. После этого случая, Кошкин, будучи офицером, начал собственное расследование, желая выяснить правду о смерти своего друга, Андрея. Он верил, что за этой историей кроется нечто большее, чем просто финансовые махинации. Он понимал, что столкнулся с системой, которая готова уничтожить любого, кто встанет у нее на пути. И Михаил был готов бороться, до конца, чтобы узнать правду, какой бы горькой она ни была. Он знал, что это будет долгий и опасный путь, но он был готов пройти его, чтобы почтить память Андрея и защитить Светлану.

Первым делом, Михаил, принес свою извинения за беспорядок в квартире. Его жена лишь молча кивнула, обнимая его и прижимаясь к нему. Дальше, Кошкин, собрав остатки сил, принялся за дело. Он решил, что первым делом нужно допросить тех нападавших.

Связав и оттащив этих двоих в подсобку, он начал свой допрос, используя все свои навыки и знания. Он был полон решимости узнать правду, какой бы горькой она ни была, и ничто не могло остановить его.

– Итак, товарищи… эээ… Петров и Сидоров. Как вы утверждаете. Вы оба утверждаете, что являетесь сотрудниками КГБ, и прибыли в Ленинград из Москвы по личному распоряжению товарища Андропова. Верно?

Петров, худощавый мужчина с нервным тиком, кивнул. Сидоров, массивный и молчаливый, последовал его примеру.