Глеб Бобров – Тень цикады (страница 2)

– Понятно что… Изнасиловали. Я подписал все, что из меня выбивали, и в итоге мне вместо обещанного следаком условного срока дали полторушку общего режима. Отсидел год, вышел по УДО и уехал в Воронеж.

– Так ты у нас сиделец?! Вот с этого надо было и начинать, – с нажимом сказал полковник, откинувшись на стул и как бы под новым углом изучая собеседника.

– С активом сотрудничал? – в свою очередь, задал вопрос майор.

– Нет, хорошо работал на лесопилке, там мало кто справлялся на подкате бревен.

– Почему в училище не восстановился?

– Не взяли. Поэтому я и уехал, жизни мне бы они там не дали в любом случае.

– Сейчас что хотят повесить?

– Убийство Стаса.

Полковник посмотрел на коллегу.

– Его убили? Когда?

– Вчера или позавчера, судя по всему. Только не убили, он пьяный захлебнулся блевотиной во время извращенного самоудовлетворения.

– Откуда знаешь?

– Да весь Красный Луч об этом только и говорит.

– А когда ты там был?

– Недели две-три назад.

– Так откуда о слухах знаешь?

– После маминого звонка созвонился с друзьями.

– И какое ты имеешь отношение к этому происшествию?

– Прямое. Отец не сможет смириться с таким позором, и они сделают так, что вначале оформят его смерть как убийство, обвинят в этом меня, а потом заставят подписать чистосердечное признание так же, как в прошлый раз.

Полковник помолчал.

– Ты прямо ментовскую мафию нам тут нарисовал…

– Это не мафия, Петр Данилович. Это бандиты в погонах, – прямо посмотрев в глаза полковника, ответил Влад. – Я не дам им себя арестовать. Задержите меня вы и проведите честное расследование здесь, в Воронеже.

– Нам только чужие кальсоны осталось достирывать, а так больше нечем заняться, да?! – поднялся полковник. – Кто первый взял в рот, тот пусть и досасывает, – хмыкнул он вновь и пошел к своему столу. Там, набрав телефонный номер, откинулся на спинку кресла.

– Доброго вам денечка, шановный добродию! Как там ваше ничего? – широко улыбнувшись, спросил он в трубку. – Так тебе и надо! Слушай, у меня к тебе вопрос тут тет-а-тет, – посерьезнев лицом, отметил начальник УГРО. – Расскажи, что у вас там произошло… – он поправил очки и посмотрел на запись в блокноте, – с Мельничуком Станиславом Григорьевичем?

Выслушав рассказ, он едва уловимо кивнул майору.

– Какая конкретика есть по данному делу? Какой еще следователь?! А связь какая? И все? Так чего ж люди тогда выехали? Ну, друг мой, ты же знаешь, как первый реагирует на заезды в свою епархию без доклада???

Он отрицательно покачал головой, глядя на своего заместителя.

– Парень у нас, пусть твои орлы сразу ко мне едут, ага…

Тяжело посмотрел на Влада.

– Лучше тебе говорить правду, иначе твоя жизнь станет такой же страшной, как дверь в милицию. А пока – посидишь, подумаешь.

За карамельным столом на этот раз расположилось сразу несколько офицеров – капитан и старлей сидели с одной стороны, майор Неретин с другой. Петр Данилович занимал свое привычное место во главе.

Привели Влада и посадили рядом с замначальника УГРО. Помолчали. Все смотрели на юношу. Тот расслабленно сидел, облокотившись на спинку. Левая рука лежала на столе, правая на колене. Парень молча смотрел куда-то под ноги.

– Чтобы не пересказывать по кругу, скажи нам, что ты делал в ночь между субботой и воскресеньем шестого июня.

– В субботу мы дежурили до шестнадцати ноль-ноль, а потом поехали на дачу заместителя главного врача по медицинской части нашей скорой Эмиля Романовича.

– Что там делали?

– Пожарили шашлык, поели, доктор выпил немного. Потом он пошел спать в дом, а я ночевал на диване предбанника.

– А остальные?

– Мы были вдвоем. Когда вначале мы заехали за его женой, она отказалась – у нее кандидатская.

Сидевший через стол капитан фыркнул.

– Тебе на слово поверить? Или папику твоему?

– Валера, успокойся, – вдруг сказал Неретин. – Какая машина у твоего врача?

– Копейка. Белая. Номер не помню, я в машинах не разбираюсь.

– Права получил?

– Нет, мне негде было учиться.

Майор повернулся к своему начальнику.

– Ехать до Ворошиловграда отсюда без малого пятьсот километров, то есть часов шесть пути минимум. Шесть туда, шесть назад, два часа там, допустим. К восьми утра теоретически могли вернуться.

– Автобус одиннадцать часов идет в одну сторону, – сказал парень.

Через стол опять фыркнул капитан.

– Ну так то ж автобус, – не отводя от парня тяжелого взгляда, сказал майор. – Что вы делали на следующий день?

– Яков Леонидович, давайте сначала. Мы освободились в шестнадцать, поехали вначале за женой и мясом к Эмилю Романовичу домой, потом на дачу. Мы туда добрались только к шести вечера. И потом от Ворошиловграда до Луча еще 80 км. На следующее утро мы в восемь заступили на смену, а от дачи до скорой нам два часа пути.

– Да не вопрос, проверим, – плотоядно улыбнулся майор.

Помолчали. Парень, не поднимая глаз, смотрел под стол.

– Что есть из конкретного фактажа, кроме расчетов маршрутов? – обратился полковник к краснолучскому капитану. Тот встал.

– Главное – мотив, Петр Данилович. Мы знаем о планах мести, – он мотнул головой в сторону Влада.

Когда он сел, встал Влад. Но рта открыть не успел.

– Давайте с мест, а то у меня уже в глазах рябит, – веско отмерил полковник и посмотрел на парня. – Говори…

– Капитан Пятибрат врет вам, товарищ полковник. Ничего подобного я никогда никому не говорил. Что касается мотива, то у Стаса только общеизвестных уголовных преступлений три штуки. В шестнадцать лет он пырнул одноклассника в ягодицу финкой. Мальчика потом оперировали. В семнадцать сбил на отцовом автомобиле тетку. Со смертельным исходом, кстати, – акцентировал он. – В восемнадцать Стас изнасиловал первую красавицу медучилища Ленку Паршину. В первых двух случаях уголовных дел не было, а в третьем его быстро замяли. Об этом весь город гудел. И врагов у него и в Луче, и в Ворошиловграде предостаточно, с его-то характером.

Полковник глянул на краснолучских милиционеров.

– Это правда?

– Уголовных дел в Луче на него не было, по Ворошиловграду надо пробивать.

– Угу. Понятно… Что по самому потерпевшему сообщить можете? Что за человек был Мельничук Станислав Григорьевич?

– Парень был непростой, врать не стану, – ответил капитан.

– Скажи, Дружин, из-за чего они собирались тебя избить тогда, когда вы подрались? – помолчав, спросил полковник парня.

– Думаю, хотели опустить.

– Прямо опустить?!